Леди травница - Ксения Руднева

– Эдрик всего лишь сменил тактику, – пожал плечами Ирвин. Вот уж кого произошедшее ни капли не обеспокоило. Наверное, привык иметь дело с подобными людьми. – Он не из тех, кто легко отступает. Нам же остается принять правила новой игры и быть предельно внимательными.

– Я бы предпочла старые правила. Тогда я хотя бы понимала, чего от Эдрика стоит ожидать.

– Держи друзей близко, а врагов – еще ближе, – процитировал народную мудрость* (* на самом деле это слова Макиавелли, но в мире Мари этого политического деятеля быть, конечно же, не могло) принц.

– Во всем есть свои плюсы. Зато теперь тебе не придется терпеть оскорбления, – подмигнула Рамира, и гнетущая атмосфера, витавшая над нашим столиком, рассеялась.

Но если принц действительно успокоился, то его подружка Амина и не думала оставлять меня в покое. Просто стала делать все исподтишка, чтобы не нарваться на гнев старшего товарища. Правда, после всех изощренных издевательств Эдрика, потуги его подружки не трогали меня от слова совсем. Я с недоумением смотрела на чужую по сути беспочвенную злобу и проходила мимо.

А в один день университет потрясла новость: Аральское море вынесло на побережье странные останки, больше всего похожие на останки дракона.

– Но их же не существует, – растерялась я.

– Как показывает жизнь, очень даже существуют, – казалось, Элику новость совершенно не впечатлила.

– Я тоже думала, что это сказки, – призналась Рамира.

Силия хранила молчание. Ирвин тоже не спешил делиться мыслями. Вся столовая гудела как растревоженный улей, но хоть чего-то толкового никто сказать ожидаемо не мог. Магистры ходили с непроницаемыми лицами и обсуждать горячую новость категорически не желали.

– Прогуляемся? – позвал после ужина Ирвин.

Я не отказала. И вот мы неспешно брели по парковым дорожкам, подбрасывая носками туфель пожелтевшие листья и любуясь разноцветьем деревьев. Осень вступала в свои права, неся перемены не только в погоде. Постепенно менялось все, и невозможно было этого не ощущать.

– Тебе что-нибудь известно? – принц соседнего государства был заметно напряжен.

– Только лишь неясные слухи о том, что грядет война, – решила я не скрывать. Может, и у жениха найдется в таком случае, чем поделиться. Все-таки он принц соседнего государства, его, в отличие от девчонок, подобной новостью не испугаешь. – Тебе известно что-нибудь об этом?

– Похоже, что так оно и есть. Слишком уж много в последнее время странностей происходит. И все сосредоточены в районе Аральского моря.

– И что это значит? – в вопросах политики я совершенно ничего не понимала, поэтому приходилось полагаться на мнение Ирвина.

– Только то, что именно с той стороны следует ждать беды. А уж кто ее виновник, пока не известно.

– Но ведь за морем, насколько я знаю, живут варвары. Они никогда не интересовались нашим материком. Вот уже тысячи лет семь королевств делят эту территорию, а в последнее время – так и вовсе под регламентом мирного договора, остановившего двухсотлетнюю войну.

– Но это не значит, что всех все устраивает. Твой род, например, до сих пор вынужден заключать политические браки, а все младшие наследники королей обязаны учиться у соседей, и, поверь, таких вот сдерживающих войну факторов полно, просто не все они афишируются. Или воспринимаются людьми, как странные, но устоявшиеся традиции. Да и кто может гарантировать, что варвары не решились в какой-то момент на завоевания. О них мы, по сути, совсем мало знаем. Не так много находилось смельчаков, чтобы преодолеть море, впадающее в океан, и узнать, как в тех местах устроена жизнь. Многие уходили в плавание, но лишь единицы возвращались. И если верить их словам, уровень развития варваров значительно уступал нашему, но что если они за последнее время совершили рывок? Или нашли способ быстро и безопасно преодолеть море? Я в силу своего положения тоже многого могу не знать, но одно несомненно: короли всех государств к чему-то готовятся.

– Может, поэтому нам вместо обществознания ввели дополнительное занятие по целительству, а наставник гоняет так, словно нам завтра выпускаться?

– Не удивлюсь, если все это – звенья одной цепи.

– Спасибо, что поделился, Ирвин, – сжала я руку жениха.

– Всегда пожалуйста, Мари, – похлопал он меня по пальцам свободной рукой. – И знай, в случае чего ты всегда можешь поехать со мной, твой статус официальной невесты это позволяет, а Фливалия находится на приличном расстоянии от Аральского моря. В отличие от Александрии* (*Александрия в данном случае – одноименная столица королевства Александрия).

Я поблагодарила, хоть бежать отсюда никуда не собиралась. Думаю, принц прочел это в моих глазах, однако настаивать ни на чем не стал. Мы еще погуляли, пока я дышала пряным и терпким осенним воздухом, с запахом прелой земли. Раньше, в лесу, он всегда был в моем распоряжении, теперь же в суете столицы приходилось выкраивать время, чтобы насладиться привычными ароматами. После Ирвин проводил до комнаты и распрощался. Поцелуй в щеку, ставший уже привычным, почти не уколол. От первого, который случился вскоре после того, как я приняла предложение принца, я не могла отойти несколько дней. Мне все казалось, что я предаю лорда Вестона и себя саму заодно. Я вспоминала, как он держал в руках леди Мирано, а после любезничал с ней за столом, но от этого не становилось легче.

«Он сам так хотел. Он сам так хотел» – повторяла я, и вот спустя время, кажется, даже смогла себя убедить. От лорд-канцлера вестей не было, хоть я по привычке и проверяла свиток по нескольку раз в день. Лорд Вестон вообще исчез из моей жизни, словно и не было никогда нашего похода в горы, перепалок в гостях у Андрэ и клятв, что должны были навсегда связать нас воедино. По вечерам я уже не плакала. Просто запретила себе терзаться, убеждала, что нужно быть сильной, что бы ни происходило вокруг. Андрэ тоже стал писать реже, и я все больше чувствовала себя запертой в тесном мирке университета с ежедневными занятиями, общением с девчонками, Ирвином и неугасающим и в то же время напрягающим вниманием Эдрика.

Он стал пугающе любезен. Желал легкого дня при встрече, пропускал вперед себя, если мы сталкивались возле дверей, а иногда даже присоединялся к нашим прогулкам. Я не знала, что и думать, но верить в чудесное превращение себе запрещала. Вместо этого сосредоточено ждала, когда же он ошибется и хоть чем-то выдаст истинное ко мне отношение. Пока что Эдрику вменить было нечего – поведение принца оставалось безупречным.

На занятиях по целительству я заметила еще одно изменение. Вроде бы незначительное, но мне в свете последних новостей оно говорило о многом. Если в самом начале занятий нас обучали, как справляться с такими простыми и часто встречающимися болезнями, как простуда или мигрень, то в последнюю неделю магистры сосредоточились на оказании первой помощи. Нас обучали останавливать кровь, заживлять раны и даже сращивать переломы. Наставник учил вливать жизненную энергию уже в животных и показывал внешние признаки, когда стоит остановиться, чтобы не навредить. А на последнем занятии мы вместе с Ирвином и Амелией учились ставить живой щит. Задача не для младшекурсников, но почему-то магистр Дерус счел это важным.