Единственная для первородного вампира - Алиса Буланова

— Видела, — киваю я угрюмо. Наверное, мне лучше вернуться к себе и попробовать написать Алексу. Может быть, он найдёт время ответить мне. Я поворачиваю назад.

— Эй! — презрительно бросает мне в спину Николай. — Ты, наверное, чувствуешь себя Золушкой? Но едва ли ты сможешь закончить, как она. Люди и вампиры не могут быть вместе по определению. Мой брат — романтик и слепец, потому и не понимает этого. Но ты ведь умная девушка, не так ли? Ты же не будешь верить в сказки?

— Если говорить о сказках, — отвечаю я обернувшись. — То я скорее закончу как русалочка.

— Чего?! — кривится Николай. — Ты дура, что ли? Не поняла, что я имею в виду?

— Я-то тебя поняла, — мрачно усмехаюсь я. — А вот ты меня — едва ли.

Не дожидаясь его реакции, я возвращаюсь к себе. Оглядываю пространство комнаты и бессильно наваливаюсь спиной на дверь. Сердце бьётся тревожно и гулко.

Глава 25

Вероятно, Николай хотел запугать меня, но на самом деле только придал уверенности. Он напомнил мне, что я смертная. А значит, у меня нет времени на сомнения. Я должна ловить момент и быть счастливой рядом с тем, кто мне нравится. И пусть сейчас совсем не время для этого, пусть мы совершенно разные — всё это, в конце концов, неважно.

Я открываю список контактов и нахожу номер Алекса. Раздумья длятся всего долю секунды. Дрожащими руками я набираю его номер.

— Яна? — слышится из трубки удивлённый голос.

— Я люблю тебя! — восклицаю я взволнованно. Потом вдруг спохватываюсь и понимаю, что могла застать его врасплох. Для меня мои слова были продолжением нашего разговора и ответом на его признание. Но он, возможно, был занят важными делами и думал совсем о другом. Мне вновь становится неловко.

— Спасибо, — вдруг произносит он полушёпотом. От этого мурашки пробегают по спине. — Ты не представляешь, как вовремя позвонила.

Внутри разливается приятное чувство. Слышу, как он улыбается, и собственные губы тоже расплываются в улыбке. Прямо сейчас как же мне хочется быть с ним рядом! Из груди вырывается взволнованный вздох.

— У тебя всё хорошо? — спрашивает он беспокойно.

— Да, я в порядке. Теперь. Мне просто нужно было сказать тебе это.

— Ясно, — у меня перед глазами появляется его лицо. — Я скоро закончу всё и приеду. Но ты можешь не ждать меня и ложиться. Тебе нужно больше отдыхать, помнишь?

— Могу я… подождать тебя в твоих покоях? — спрашиваю я неожиданно даже для самой себя. Мысль эта, однако, сильно волнует и возбуждает. И судя по его вздоху, не меня одну.

— Я буду очень счастлив этому, — отвечает Алекс.

Я закусываю губу и прикрываю лицо ладонью. Кажется, я сейчас, как воздушный шарик, переполнена эмоциями. Мысль о том, что я смогу быть с ним, любоваться шёлком его волос, касаться его совершенно тела сводит с ума. Мне немного страшно, что он разочаруется во мне. Я ощупываю себя, потом раздеваюсь и иду к большому зеркалу в ванной. Может, мне снять повязки? Я пробую оторвать одну, но это оказывается больно. Кажется, её поверхность спеклась с кровью. С кровью…

Совсем другая дрожь проходит по телу. Я вспоминаю тех монстров, что напали на меня. Алекс сказал, что это был низший класс. Что вампиры, окружающие меня прямо сейчас, не убивают людей и вообще не пьют кровь напрямую. Что среди вампиров есть закон, запрещающий делать это, а все, кто нарушают его — преступники и отбросы общества. Мне хочется верить ему. Хочется доверять. Ведь кроме него у меня больше никого не осталось.

Я провожу рукой по лицу. Мыться под душем всё ещё нельзя, но можно, наверное, принять ванну, если не трогать повязки.

В покоях Александра много электрического света. Есть большая библиотека и собственная столовая. Это удивительно — я не знала, что вампиры тоже едят. В отличие от остальной части дома, эта выглядит более современной. Я прохожу дальше к его спальне и нервно сглатываю на пороге. Вижу большую кровать, застеленную тёмным шёлком.

— Что ты здесь делаешь?! — раздаётся незнакомый женский голос за спиной. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Передо мной стоит красивая девушка с длинными светлыми волосами и бледной кожей.

— Я пришла к Алексу, — отвечаю, прочистив горло. Она, морщась, прищуривает красные глаза.

— Его нет! — произносит агрессивно.

— Я знаю, — киваю, стараясь сохранять самообладание. — Он просил подождать его здесь.

Девушка оскаливается, обнажая острые клыки. Пусть Алекс сказал, что мне нечего бояться в этом доме. Но она явно представляет угрозу. Интересно, кто она? Сестра? Нет, Алекс говорил, что они с братом последние представители семьи. Выходит, она его подруга или…

— Так значит, это правда? — зло усмехается девушка. — Ты и есть его новая фаворитка?! Неожиданно… Ты, наверное, на седьмом небе от счастья. Ещё бы — такой мужчина обратил на тебя внимание.

— Мне приятны его чувства, — отвечаю я, присаживаясь в ближайшее кресло. — Однако не думаю, что должна обсуждать с вами подробности.

— Это уж точно! — восклицает девушка. — Ты ведь знаешь, кто я?!

— Вы не представились, а потому не имею ни малейшего понятия.

— Я Анастасия Мейснер, невеста Александра! — зловеще шепчет она, склонившись надо мной. — Уже очень давно я слежу за тем, чтобы рядом с ним не появлялось всяких нежелательных элементов. Скажу прямо: ты проблема для Александра. Особенно сейчас, когда его положение стало как никогда не устойчивым!

Эта девушка пугает. Но я отчего-то совсем не удивлена, что она зовёт себя его невестой. Алекс ведь живёт уже очень долго. У него должны были быть отношения, в том числе и с другими бессмертными. И пусть я ревную, и мне неприятно, но я могу с этим справиться. Быть может, это наивно, но я уверена, что что-то значу для Алекса.

— Вы уже очень давно его невеста, — произношу, возвращая ей усмешку. — И каково это — быть вечной невестой?

— Ты умереть захотела?! — она хватает меня за руку, рассекая кожу острыми длинными ногтями.

— Успокойтесь, я не займу вашего жениха надолго, — говорю, глядя в её устрашающие глаза. — Вы ведь и сами знаете, что человеческая жизнь очень быстротечна. Поэтому делайте то же, что и всегда — ждите. Прямо сейчас он мой! Но скоро вы сможете получить его назад.

В моих словах злость и обида, и не только на неё — на эту жизнь и несправедливый и пугающий мир. В глубине души мне жаль эту девушку. Но она оказалась не в том месте и не в то время, а ещё задела меня за