Рубин Карашэхра - Наталья Турчанинова

— Встаньте, генерал, — повторил он.

Человек поднялся, глядя на него исподлобья, и в его глазах горел фанатичный огонь. Вот оно — то самое высшее существо, во имя которого он воевал все эти годы. Пришел, чтобы наградить за верную службу или повести в последний бой.

— Ваша светлость, я счастлив, что могу принимать вас в этой крепости… Вы проделали долгий путь, не хотите ли…

Движением руки Энджи остановил его.

— Не беспокойтесь. Мне ничего не нужно. Давайте перейдем сразу к делу.

Генерал помолчал, собираясь с мыслями, а потом указал на кресла:

— Прошу вас.

Мы сели, и в широко распахнутых крыльях ангела радугой вспыхнуло солнечное отражение. Генерал на мгновение прикрыл глаза и произнес:

— И все же это невероятно. Вы! Здесь!

Энджи невозмутимо переждал приступ его восторжен ной слабости.

— Мне нужна ваша помощь.

— Все что угодно! — последовал мгновенный ответ.

— Тогда позвольте представить. Буллфер. Гэлинджер.

Мы поднялись из кресел, одновременно меняя облик.

Густая шерсть, клыки, мощные когти и прочая демоническая экзотика. Немного театрально, но очень действенно.

Генерал вцепился в подлокотники, багровея на глазах:

— Это заговор! Провокация!

— Успокойтесь! — В певучем голосе Энджи неизвестно откуда появилась вдруг повелительная интонация. — Не провокация и не заговор. Они пришли, чтобы просить вашей помощи. На очень выгодных условиях. А я согласился быть посредником в этих переговорах.

Ах, Энджи, Энджи, как складно у тебя все получается. Значит, ангелы страдают, когда предают их друзей? Сначала плачут и просят о помощи, а потом становятся вот такими — холодными, спокойными, отрешенными…

Серебряная башня, плывущая в мареве душного полдня, возвышалась над городом. Из ее окон были видны крыши домов, буйные заросли парков и тонкие блестящие ниточки оросительных каналов, бегущих вдоль улиц.

Ангел стоял возле одного из окон и смотрел вниз. Буллфер расхаживал по залу, и мрамор пола звенел под его копытами. Генерал «Белых щитов» сидел в кресле, гневно сжимая подлокотники. Я устроился на краю стола и, задумчиво болтая ногами, рассматривал эту милую компанию: человек — ангел — демон. Безумие надеяться на то, что они договорятся.

— Мы воюем с демонами не одну сотню лет, — сказал наконец генерал после продолжительного молчания. — В этой войне смысл существования нашего Ордена. И она будет продолжаться до тех пор, пока не останется ни одной их этих тварей или пока мы все не погибнем. Мы делаем святое дело, освобождая землю от нечисти… ваше дело, — он мрачно посмотрел на ангела, но тот даже не обернулся. — Но ни разу, ваша светлость, мы не получили от вас помощи, даже знака, что вы смотрите на нас, следите за нами, радуетесь нашим победам и оплакиваете погибших. Где было ваше святое воинство, когда эти твари, — он махнул железной перчаткой в сторону невозмутимого Буллфера, — напали на нас в горах Велисэйма, или когда они заманили в болота нашу конницу? Вы не пришли на помощь, чтобы спасти наших лучших воинов в битве… И тогда мы поняли, что вам нет до нас никакого дела, вы не желаете правосудия, вы заняты собой. Мы не знаем ваших планов, может быть, вас устраивает, что демоны существуют и творят зло, может быть, еще рано уничтожать их, но я знаю главное — ни один из нас не может спать спокойно, пока эти противные природе существа затаились где-то неподалеку. Кто знает, что они замышляют… Почему бы вам не позвать Ваше ангельское войско. Они не отвечали на наши призывы, но вас-то смогут защитить. К вам они придут.

— Не придут, — тихо ответил ангел, и его плотно сложенные крылья дрогнули. — Я не могу их позвать.

Генерал покачал головой.

— Вот значит как, ваша светлость, ваши воины не хотят прийти, и вы решили просить помощи у нас, простых смертных?

Ангел опустил голову, а Буллфер остановился и посмотрел на генерала вспыхнувшими глазами.

— Вот вам реальная возможность покрыть себя славой с ног до головы и написать на своих щитах «Победители демонов».

— Мы не заключаем сделок с демонами, — сказал генерал, глядя на Булфа с откровенной ненавистью. — Вам нельзя верить.

— Он верит мне, — сказал мой бывший Хозяин, кивая на ангела, стоящего у окна. — Его слова тебе недостаточно?

— Да, он просил меня доверять тебе, но откуда я знаю, можно ли доверять ему самому? Я не уверен, что он знает до конца твои планы, что не обманут тобой. Кто может сказать, зачем ты пришел сюда?

Буллфер подошел ближе, наклонился над ним, и генерал сразу же стал казаться меньше ростом, и внушительности у него поубавилось.

— Ты хочешь знать, зачем мне твоя армия?! Я скажу. Я хочу отомстить. Одна тварь лишила меня власти. Теперь она сидит на моем троне, командует моими слугами и смеется надо мной. Я никогда не прощу этой дряни того, что она сделала со мной, и не успокоюсь, пока в клочья не разнесу ее гнездо.

— Откуда я знаю, что у тебя на уме?

Буллфер не рассвирепел и не вышвырнул генерала вместе с его креслом из окна. Кажется, Хозяин научился сдерживать свои бурные эмоции, выступая в роли просителя, только верхняя губа его дрогнула в неосознанном желании оскалить клыки и зарычать на дерзкого смертного.

— Смежные территории, — сказал он, глядя в упор на генерала. — Если ты поможешь мне вернуть власть, земли от устья реки Великой… до гор Велисэйма на севере будут освобождены. Я выведу своих слуг с этой территории. — Не глядя, он спихнул меня с карт и обвел когтем бледно-зеленый вытянутый овал спорных земель. — Все это будет принадлежать вам. Или ангелам. Мне все равно. Кажется, вы неплохо уживаетесь вместе.

Генерал аккуратно придвинул к себе карту и стал рассматривать ее так, словно впервые видел этот давно всем осточертевший кусок земли. Потом взглянул на Буллфера, нетерпеливо постукивающего когтями по столу.

— Выгодное предложение. Если это правда.

— Правда.

— Никогда не доверяй демонам, — снова пробормотал генерал, начиная колебаться.

Еще бы! Буллфер, считай, дарил ему прекрасную землю — леса, пастбища, удобные бухты плюс несколько серебряных шахт. Отличные земли, которые «Белым щитам» никогда не отвоевать своими силами.

— Ты можешь поклясться, что, если мы выполним свою часть договора, ты выполнишь свою?

Буллфер посмотрел на меня, и я почувствовал даже некоторую гордость оттого, что в один из самых ответственных моментов жизни он обращается за поддержкой не к своему обожаемому ангелу, а ко мне. Впрочем, ничего удивительного, сейчас я понимаю его лучше, чем все ангельское воинство. Я-то прекрасно знаю, что у него на уме. Ангел повернулся к нам и посмотрел на Буллфера долгим тревожным взглядом. Демон улыбнулся ему, чуть наклонил голову и положил руку на карту, припечатывая ладонью спорные территории.