Забвение - Бекка Фицпатрик

Своей огромной когтистой лапой он прижал меня к тротуару. Он давил очень сильно; я слышала, как трещат мои ребра.

– Оставь меня!

Я попыталась сбросить его лапу, но он был слишком силен. Я не знала, слышит ли он меня, понимает ли. Я не знала, сохранилась ли хоть какая-нибудь часть Гейба-человека внутри медведя. Никогда еще в жизни я не встречалась с чем-то настолько ужасным и необъяснимым.

Поднялся ветер. Волосы у меня разметались, упали мне на лицо, сквозь них я видела, как ветер уносит прочь медвежью шерсть: маленькие клочки шерсти носились в ночном воздухе, словно кто-то подул на одуванчик. Когда я снова взглянула на него, надо мной уже снова нависал Гейб. Его садистская улыбка без слов говорила мне: «Ты моя игрушка. Не забудь об этом!»

Не могу сказать, кто пугал меня больше: медведь или человек.

– Пошли, – сказал он, поднимая меня с земли.

Он подталкивал меня, заставляя двигаться в ту сторону, откуда я убежала, пока не показались огни супермаркета. В голове у меня была полная каша. Он что… загипнотизировал меня? Заставил поверить, что превратился в медведя? Или всему этому есть какое-то другое объяснение? Я понимала, что мне нужно выбираться отсюда и искать помощь… но я никак не могла сообразить, как это сделать.

Мы зашли за угол магазина и оказались в проулке, где уже были трое парней.

Двое из них были одеты обычно, как и сам Гейб. На третьем была светло-зеленая футболка-поло с логотипом 7-Eleven и инициалами Би Джей, вышитыми на кармашке.

Би Джей стоял на коленях, держался за ребра и стонал. Глаза у него были закрыты, а из уголка рта тянулась струйка густой слюны. Один из дружков Гейба, одетый в серую толстовку на пару размеров больше, чем нужно, стоял над ним, держа в поднятой руке железный прут, по-видимому готовясь к новому удару.

У меня пересохло во рту, а ноги стали ватными. Я не могла отвести глаз от темно-красного пятна, расплывающегося на футболке Би Джея.

– Вы же делаете ему больно! – произнесла я в ужасе.

Гейб протянул руку за прутом, который ему с готовностью передал его приятель.

– Ты имеешь в виду вот это? – с невинным видом спросил он и ударил со всей силы прутом по спине Би Джея. Я услышала громкий хруст. Раненый закричал и упал на бок, скорчившись от боли.

Гейб положил железяку себе на лопатки, взяв ее двумя руками за концы, словно бейсбольную биту.

– Хоум-ран![4]– крикнул он.

Двое его дружков засмеялись. Я почувствовала тошноту и головокружение.

– Просто возьмите деньги! – проговорила я, голос у меня сорвался на крик.

Ограбление ограблением, но нельзя же так – они зашли слишком далеко!

– Вы же убьете его, если будете продолжать его бить!

Они все трое хмыкнули как-то так, словно им было известно что-то, чего не знала я.

– Убьем его? Это вряд ли… – ответил Гейб.

– Да он уже истекает кровью, ты что, не видишь?

Гейб равнодушно дернул плечом. Вот теперь я окончательно поняла, что он не просто вопиюще жесток – он безумен.

– С ним все будет в порядке. Он вылечится.

– Нет, если не отвезти его в больницу немедленно!

Гейб толкнул Би Джея ботинком, тот перекатился на живот и уткнулся лбом в бетонную площадку у черного хода. Его тело сотрясала крупная дрожь, и я подумала, что это похоже на глубокий шок.

– Ты слышал ее? – крикнул Гейб Би Джею. – Тебе нужно в больницу. Я сам, лично, отвезу тебя туда и оставлю в приемном покое. Но сначала ты должен сказать это. Давай. Произнеси клятву.

С трудом Би Джей поднял голову и бросил на Гейба горящий ненавистью взгляд. Он открыл рот, и я подумала, что он сейчас скажет то, чего они от него добивались, но вместо этого он плюнул и попал в ногу Гейбу.

– Вы не можете меня убить… – он усмехался, но зубы у него стучали, а глаза закатывались, он явно находился на грани потери сознания. – Черная Рука… сказал… мне…

– Ответ неверный.

Гейб подбросил железный прут и поймал его, словно играя, а когда наигрался, замахнулся и воткнул его со всей силы в спину лежащему на земле парню. Прямо в позвоночник. Би Джей содрогнулся, вытянулся и издал такой крик боли, что у меня волосы встали дыбом.

Я обеими руками закрыла рот, онемев от ужаса. Этот ужас был вызван не только жуткой картиной, которую я наблюдала, – он был вызван и тем словом, которое кто-то будто прокричал у меня в голове. Это слово словно всплыло из глубины моего подсознания, прорвав глухую оборону не желающей работать памяти, и ударило меня, словно кто-то мне по голове стукнул.

Нефилим.

«Би Джей нефилим! – почему-то знала я, хотя значение слова было мне совершенно непонятно. – И они хотят заставить его произнести клятву верности».

Это внезапное озарение было очень пугающим, потому что я ничего не понимала. С чего я это взяла? Как я могла понимать, что происходит, если никогда раньше такого не видела?

Я тут же выбросила все это из головы, потому что в проулок на скорости въехал белый джип и резко затормозил, ослепив всех фарами. Гейб опустил прут, спрятав его за спину. Я молилась про себя, чтобы водитель, кто бы он ни был, остановился, перекрыл проулок и вызвал полицию. Если он этого не сделает и попробует вмешаться – что ж, я уже видела, на что способен Гейб, чтобы убедить людей не помогать мне.

Я стала прикидывать, как потихоньку утащить отсюда Би Джея, если Гейб и его приспешники отвлекутся на чужака, и тут тот, который был в серой толстовке, спросил Гейба:

– Как думаешь, это нефилимы?

Нефилимы. Опять это слово. Только на этот раз оно было произнесено вслух.

Я должна была бы успокоиться, услышав его, но на самом деле мой ужас только усилился. Я знала это слово, и теперь было очевидно, что Гейб и его товарищи тоже его знают. Это слово как бы объединяло меня с ними, показывало, что у нас есть нечто общее. Как вообще у меня с ними может быть что-то общее?!

Гейб покачал головой:

– Нет, тогда бы одной машиной не обошлось. Черная Рука не пошел бы против нас, не взяв с собой как минимум двадцать своих парней.

– Тогда полиция? У них есть машины без опознавательных знаков. Я могу пойти и объяснить им, что они завернули не туда.

Он сказал это так, что я невольно подумала, что не только Гейб владеет способностью к гипнозу. Возможно, его сообщники в этом ему не уступают.