Мир после: Водный мир - Ольга Шевлягина

– Да. Но волшебники стали использовать магию не только во имя добра, как эльфы, но и чтобы творить зло, – мрачно проговорил Ярик, словно он сам присутствовал в те времена. – И мудрецы всех эльфийских племен приняли закон о том, что эльфам запрещено общаться с людьми, помогать им и, тем более, вступать с ними в супружеские отношения. Любой эльф, вина которого была доказана, изгонялся из племени.

– Твою мать изгнали? – испуганно спросила Алексис, чувствуя, что Ярику сложно рассказывать эту историю, по сути, получается, историю его семьи.

– Нет, потому что моя мама – дочь Царя эльфов, главы всех племен, что существуют сегодня в мире. Бабушка умерла, когда мама была очень юной, и дед делал для нее все, чтобы она чувствовала себя счастливой. Поэтому ей было разрешено общение с магами, и именно там она встретила моего отца.

– Твой отец – маг?

– Нет, он родился в племени ныряльщиков: эти люди погружаются к затопленным городам и собирают разные предметы, вещи, которые обменивают у магов на камни Правящих, продукты, магические штучки. Когда дед узнал об их связи, то проклял моего отца, стараясь разлучить их с мамой навсегда.

– Проклял? – ужаснулась Алексис. То, что рассказывал Ярик, было похоже на одну из страшных сказок из детства, но эти сказки всегда хорошо заканчивались. А сейчас девочка не была уверена, что услышит о хорошем финале истории. – Убил?

– Нет, мой отец жив, – но радости в голосе мальчика не было, он смотрел с вызовом, – дед превратил его в то, что в легендах людей называется оборотнем, а на языке эльфов Дхан, «проклятый». Мой отец шесть лет и шесть месяцев ходит по миру в облике черного волка, и лишь на шесть дней становится человеком.

– Так вот откуда ты появился, – хмуро заметил Истер, словно подводя итог невеселой истории. – Сын эльфийки и оборотня.

– А твоя мама? Она все еще любит его? – Алексис не представляла себе, что должна была чувствовать Эйлин, узнав, что ее избранник был проклят ее отцом на такое ужасное существование.

– Эльфы – однолюбы, – словно приговор, произнес Ярик.

– И никто ничего не может сделать?

– Пока жив мой дед, ничего не исправить, – пожал плечами мальчик-маг. – Мама нашла себя в помощи людям, сейчас она живет с магами, у меня есть младший брат, ему пять, – взгляд мальчика посветлел, когда Ярик заговорил о семье. – Мама многому научилась у магов, особенно в области лекарства, поэтому я позвал ее, когда понял, что ты в опасности, – парень потрепал подругу по здоровой руке.

– Почему же она не вылечила меня полностью? Это невозможно?

– Уверен, что возможно. Просто для этого нужно, чтобы ты была рядом с ней или с магом-целителем.

– Но как я заболела, ты понял? – девочка решила перевести тему в другое русло, потому что рассказ о родителях принес грусть в глаза мальчика-мага.

– Думаю, да, – осторожно кивнул Ярик, снова переглянувшись с Истером. – Причина всему – кинжал, который Лектус принес в библиотеку и который ты держала в руке.

– Ну, конечно! – Алексис словно настигло озарение. – Я сжимала его в этой ладони, – она поднесла к глазам забинтованную руку. – На нем было какое-то заклятье?

– Я не знаю, – пожал плечами маг, – но я уверен, что это какая-то важная вещь для Правящих, этот кинжал нужен для того, чтобы из человека сделать одного из них. Если я прав, то его может держать только подготовленный человек, а ты схватила его… А вот Лектуса готовят к Посвящению, поэтому он не оказался на грани жизни и смерти. К тому же есть одна вещь, которая подтверждает мою догадку.

– Какая?

– Вчера я не мог прочесть мысли Лектуса. Там, в библиотеке, он словно был закрыт от меня. Видимо, прикосновение к кинжалу на время делает его Правящим. Но это только теория, так ли это, скажут маги. Нужно только сделать одну мелочь, – улыбнулся Ярик, и Алексис насторожилась.

– Сбежать отсюда?

– Не просто сбежать, – улыбка мальчика стала еще шире, а лицо Истера помрачнело, – а сбежать, прихватив с собой Лектуса и кинжал.