Арифмоман. В небесах - Александр Рудазов

– И сколько времени все это займет? – уточнил Эйхгорн.

– Два часа и немного минут. Это самый быстрый маршрут, если не хочешь пользоваться частником.

– Частником?.. – заинтересовался Эйхгорн.

– Ну да. Тут работает один волшебник – отправляет на любую станцию мгновенно, без ожидания, – махнул рукой рассчитыватель.

– Тогда почему все этим не пользуются? – не понял Эйхгорн.

– Потому что это стоит три тумана. Он же индивидуальный ритуал проводит.

Эйхгорн хмыкнул. Да, три тумана – это дороговато. В десять раз дороже, чем телепортация на общих условиях. Конечно, если кому-то нужно так срочно, что кровь из носу, или просто денег куры не клюют… но Эйхгорн-то никуда не торопится.

Впрочем, бегать два часа со станции на станцию ему тоже не хотелось. Гораздо сильнее хотелось есть и спать. Уж лучше спокойно отдохнуть, переночевать, а наутро со свежей головой в Озирию.

Благо все эти услуги на портальной станции имелись. Содержащие ее волшебники организовали разветвленный бизнес, предоставляя путешественникам все виды сервиса. Тут был хостел, таверна, баня, мелкие лавочники и лоточники… даже дом терпимости!

Эйхгорн первым делом отправился в таверну. Кормили там не то чтобы роскошно, но съедобно, а главное – сытно. Эйхгорн взял пива, рыбы с картошкой, хлеба, и присел за свободным столиком у окна. Снаружи как раз начался дождь.

Макая рыбу в гороховый соус и заедая ее солеными огурцами, Эйхгорн пристально рассматривал других посетителей. Из-за дождя их число заметно выросло, свободных мест почти не осталось. Все новые и новые странники входили внутрь, прячась от непогоды.

Едва не свернув башкой косяк, вломился небывало крупный тролль. За ним, дрожа всем телом, вошел сгорбленный ящер с красной чешуей и гребнем на голове. Этот прошипел трактирщику что-то нечленораздельное, совершенно точно не на парифатском, и получил ведерко крутого кипятка, которое тут же и опорожнил.

А вот следующий посетитель заинтересовал Эйхгорна сильнее других. Точнее, посетительница – темноволосая женщина средних лет. Одежда выдавала в ней колдунью… и не только одежда. За женщиной вышагивал трехметровый урод, похожий на монстра Франкенштейна – весь изборожденный шрамами, с пустым и бессмысленным взглядом. Существо покорно следовало за хозяйкой, время от времени издавая сдавленные стоны.

В зале уже негде было упасть яблоку. Медленно идя по проходу, колдунья оглядывалась по сторонам, но нигде не видела достаточно места для себя и своего… спутника.

Медленно цедивший пиво Эйхгорн поймал ее взгляд и молча указал на два табурета рядом с собой. Колдунья кивнула, расправила подол и уселась на замызганный табурет с таким гордым видом, точно находилась посреди королевского бала. Монстр, словно подчиняясь беззвучному приказу, шмякнулся подле хозяйки.

– Благодарю вас, мэтр, – чопорно сказала колдунья.

– Всегда пожалуйста, – ровным голосом ответил Эйхгорн. – Заказать вам что-нибудь? Пива, может?..

– Разве что чарку настойки, чтобы согреться, – мотнула головой колдунья, доставая из вещмешка на спине монстра темную бутыль. – У меня портал через час, я зашла только укрыться от дождя. Не скоротать ли нам ожидание манорой, мэтр?

– Чем-чем?.. – не понял Эйхгорн.

– О, простите… – пристально взглянула на его лицо колдунья. – Я приняла вас за волшебника. Ваш колпак…

– Увы, я всего лишь ученый.

– Да, теперь вижу. Я Луймелла. Луймелла до Сигонь, лиценциат Монстрамина.

– Эйхгорн. Кандидат технических наук.

Луймелла налила себе чарку пурпурной, остро пахнущей жидкости и предложила того же Эйхгорну. Тот никогда не упускал возможности попробовать что-то новое, так что не отказался. У настойки оказался глубокий сливовый вкус, а крепость ее составляла от пятнадцати до двадцати градусов. Определить точнее без химического анализа Эйхгорн затруднялся.

– А что это за манора такая? – полюбопытствовал он.

– Логическая игра волшебников, – ответила Луймелла.

– А обычные люди в нее играть не могут?

– Естественно, нет. В нее же играют маной.

– Чем?..

– Маной. Вот, взгляните, – провела рукой колдунья. – Я сделала первый ход.

– Я ничего не вижу.

– Естественно. А волшебник бы увидел. Правда, для правильной маноры нужны некоторые принадлежности – чашка воды, свечка, кость…

– Зачем?

– Потому что в игре используется мана шести видов – Огонь, Воздух, Вода, Земля, Жизнь и Смерть. С их помощью игроки плетут разноцветные узоры, перетягивают их на свою сторону, заставляют менять цвета… Очень сложная игра, там куча правил. Но если вы не волшебник, вы не можете не только играть в манору, но даже смотреть, как играют другие.

– Как жаль, – произнес Эйхгорн. – И что, все волшебники в это играют?

– Многие. Это самая популярная из магических игр. Она не принадлежит никакому конкретному институту, и в нее может играть любой волшебник.

– Институту?.. – не понял Эйхгорн. – Вы хотите сказать, что у каждого института… э… свои игры?..

– Естественно, – пожала плечами колдунья. – Это давняя традиция Клеверного Ансамбля – у каждого института есть своя магическая игра. Тридцать институтов – тридцать игр. А манора – тридцать первая, она как бы общая.

– А какие другие? – стало любопытно Эйхгорну.

– Словотворчество, Чарующий Смычок, Скользкий Шар, Битва Умов, магигард, миражата… надеюсь, вы не ждете, что я перечислю все тридцать?.. Некоторые я даже не помню. Сама я всегда больше всего любила манору… ах, жаль все-таки, что вы не волшебник…

– А что, здесь нет других волшебников? Мне казалось, тут их много работает.

– Работает, в том-то и дело, – вздохнула Луймелла. – Они на службе, им некогда. Да и времени у меня уже в обрез… Жаль, право, что в манору могут играть только волшебники…

Эйхгорн махнул рукой, подзывая полового. Тот поставил на стол еще кружку пива, сразу же принимая два медля. Монстр Луймеллы уставился на золотистую жидкость и издал протяжный стон.

– Тихо ты, – шикнула на него колдунья, наливая себе еще сливовой настойки. – Он вам не мешает, надеюсь?

– Нисколько, – ответил Эйхгорн, пристально глядя на монстра. – Что это за существо, если не секрет?

– Обычный кадавр, – отмахнулась колдунья. – Мой слуга, грузчик и телохранитель.

– Вы сами его… сделали?

– Естественно. Кто же еще?

– В самом деле, кто же еще. И как именно вы его… сделали? Очень любопытно.

Луймелла окинула Эйхгорна насмешливым взглядом и спросила:

– Вы имеете хотя бы общее представление о практическом волшебстве, мэтр? Изучали хотя бы основы маносборчества, душестроения, ятрохимии? Если нет – мои объяснения будут для вас сугубой бессмыслицей. Вы же не волшебник.