Вторжение - Кэтрин Эпплгейт

—Где это ты пропадал? — спросила мама, когда мы уселись за стол.

Порядки дома у нас довольно старомодные, и ужин для мамы — святыня. Все должны чинно сидеть за столом, никаких телевизоров. Она у меня пишет книги и просто ненавидит телепередачи, если, конечно, это не ее любимый сериал.

— Где я пропадал? Да так, шлялся по городу. С Марко, естественно.

— С чего это ты задаешь ему такие вопросы? — удивился отец. — У него всегда один ответ: «Шлялся по городу».

— А чем занимался сегодня на работе ты, пап? — поинтересовался я.

— Шлялся по городу, — подмигнул мне отец. Я посмотрел на Тома. Он ел курицу и давился кусками от смеха. Он был такой нормальный! — Том, ты вечером занят? — спросил его я.

— А в чем дело?

— Знаешь, — с невозмутимым видом сказал я, — может, пошвыряем в кольцо мяч? Я бы с удовольствием позаимствовал у тебя пару приемов. Может быть, мне бы удалось попасть в команду в следующем году.

— Прости, дружище. Сегодня никак не могу.

— Опять дела?

— Отправится шляться, без всяких сомнений, — заметила мама. — Джейк, положи себе еще брокколи, она очень полезна для тебя. В ней полно витаминов и микроэлементов, которые больше нигде не встречаются.

— С удовольствием, мамочка. Ты же знаешь я обожаю микроэлементы.

Я подцепил вилкой самый маленький кусочек брокколи и сделал вид, что с наслаждением проглотил его. В конце концов, он оказался ничуть не хуже живого паука.

— Так чем, Том, ты намерен сегодня заняться? Я не расслышал, — повторил я свой вопрос.

Он недовольно посмотрел на меня:

— Я что, должен отчитываться перед тобой?

У меня есть свои дела, братишка.

— Девушка, — пояснил отец. — Уж поверьте мне. Я — врач.

«Ошибаешься, папа, это не девушка, а инкубатор йерков», — хотел сказать я. Что это такое? О, дорогие родители, это долгая история.

Я решил сделать еще одну попытку. Мне не хотелось верить, что Том уже не тот, что был раньше.

— Да ты просто боишься, что я обставлю тебя, братец.

— Именно так. Доволен? — фыркнул он. Наши взгляды встретились. На мгновение мне показалось, что в глазах Тома мелькнула искра. Что это было? Сидевший у него в мозгу йерк? Не знаю.

Как распознать, кто на самом деле является контроллером, а кто — нет? Невозможно. Вот, почему бороться с ними так трудно. Контроллером может оказаться любой. Любой.

Даже тот, кого знаешь всю жизнь. Кем восхищаешься. Кого любишь.

Я опустил взгляд в тарелку.

Через несколько минут Том поднялся и направился к двери. Я знал, куда он пойдет. Вот дверь захлопнулась, и я поспешил на второй этаж. Мне нужно было позвонить Марко так, чтобы родители не слышали наш разговор.

— Он уже вышел, — сообщил я Марко. Затем я переговорил с Тобиасом и Рэчел.

Вместо Кэсси к телефону подошла ее мать.

— А Кэсси нет дома, Джейк. Она даже не ужинала. Отправилась кормить животных и еще не возвращалась.

У меня екнуло сердце от плохих предчувствий.

— Наверное, решила прокатиться на лошади, — сказал я, пытаясь успокоить самого себя. — Вы же знаете Кэсси.

— Все лошади в стойлах, — ответила мне ее мама.

Я сделал глубокий вдох. Что—то было не так.

Куда могла запропаститься Кэсси?

— Я схожу поищу ее. Не беспокойтесь. Увидела какую—нибудь пичугу со сломанным крылом и сейчас возится с ней. Вы же знаете Кэсси.

— Пожалуй. Я уверена; с ней ничего не случилось.

Как же, уверена. Но мне—то что делать? Мы планировали напасть на инкубатор и спасти Тома. Может, Кэсси уже ждет нас у школы?

Может.

Я крутил педали велосипеда и изнывал от дурацких предчувствий. Добравшись до школы, я спрятал велосипед в кустах на противоположной стороне улицы, как и договаривались. Дождался Марко и Рэчел.

— Кэсси нигде нет, — сообщил я им. — А где Тобиас?

— Рэчел подняла палец вверх. Солнце уже заходило, но я все же рассмотрел парившего в вышине Тобиаса.

— С чего это он вдруг? — разозлился я. у него в запасе всего два часа, а ведь мы не знаем, сколько нам потребуется времени.

— Может, отложить пока все и выяснить, где Кэсси? — спросила Рэчел.

— А вдруг она просто испугалась? — предположил Марко. — Мне, скажу честно, тоже страшновато.

— Все возможно, — согласился я, хотя в душе меня терзали сомнения.

Кто знает, как человек поведет себя в бою?

Героем или трусом окажется?

Мне очень, не хотелось сдрейфить. Во рту уже пересохло, и сердце стучало, как отбойный молоток. А ведь мы еще даже ничего не сделали.

Тобиас спланировал вниз и уселся на плече Рэчел. Меня это удивило. Откуда вдруг у него такая симпатия? А она и не поморщилась даже щекой потерлась о крыло ястреба.

— Мы собираемся что—нибудь делать? Или нет? — спросил Тобиас.

Начиналось все далеко не так, как надо.

Мерзкое ощущение в желудке усиливалось. Кэсси нет, Тобиас зря тратит время.

Все уставились на меня в ожидании окончательного решения.

— Идем, — сказал я.

Школа была уже закрыта. Но Марко предусмотрел это. Он повел нас к окну физической лаборатории, запор на котором кто—то давно сломал.

Мы забрались в лабораторию. Стояла почти полная тьма, если не считать последних отблесков заходившего солнца, отражавшихся в стеклах шкафов и пробирок. Тобиас устроился на учительском столе.

— Дайте—ка мне сначала взглянуть.

Я чуть приоткрыл дверь и медленно высунул голову в коридор

— Там люди. Три человека направляются к кладовке уборщицы.

— Контроллеры, — сказала Рэчел. — У йерков, похоже, время ужина.

Ее шутке никто даже не улыбнулся.

— Как мы проберемся туда? — спросил Марко.

— Подожди, — остановила его Рэчел. — А контроллеры знают друг друга в лицо? Почему бы нам не прикинуться ими?

— То есть взять и пойти туда как ни в чем не бывало? Дивный план, Рэчел, но у меня есть идея получше: покончить с собой прямо здесь, и точка.

— Может быть, Рэчел права, — заметил я.