Темный горизонт - Антон Грановский

– Ну, хорошо, – нехотя согласился Волчок.

– Как только я выскочу – начинай считать. Досчитаешь до пяти – и деру. Готов?

– Да.

Медиум тихо что-то прошептал, словно бы помолился перед трудным боем, после чего резко поднялся в полный рост и открыл по тварям-пластификатам огонь.

Волчок мысленно досчитал до пяти и тоже поднялся, сжимая рукоять «глока» двумя руками. Ни Геера, ни потусторонних тварей он не увидел. Перебраться через ржавые машины было делом двух секунд, а потом Егор понесся по пустому тротуару во весь дух.

Пробежав метров сто, он услышал позади топот. Оглянувшись на бегу, Волчок увидел трех чудовищ-пластификатов, несущихся за ним следом. Егор развернулся и открыл шквальный огонь из файергана.

Первый из пластификатов был в пяти метрах от Егора, когда в него попал огненный заряд. Тварь покачнулась, но не упала и даже не остановилась, лишь слегка замедлила ход.

Второй пластификат взвыл – такого кошмарного звука Волчку никогда не приходилось слышать раньше. Тварь остановилась и уставилась на Волчка красными глазами, в которых Волчок разглядел лишь злобу и несокрушимую ненависть, но никак не страх.

Третий зверь сумел увернуться от заряда и теперь крупными прыжками приближался к Волчку.

Егор отбросил «глок», сунул руку в карман и достал два «кубика», которые дал ему медиум. Сковырнул ногтем чеку на одном, на втором, и швырнул их под ноги наступающим тварям. Затем быстро распластался на асфальте и прикрыл уши ладонями.

Как ни странно, грохота взрывов Волчок не услышал, лишь асфальт под ним дважды вздрогнул, как живое существо. Волчок убрал руки от головы, оглянулся и взглянул на чудовищ. Его взгляду открылось изумительное и отвратительное зрелище. Куски тел пластификатов, разлетевшиеся на много метров вокруг, шевелились на земле, скребли отросшими коготками, цеплялись за щели и выбоины в асфальте и подтягивались друг к другу, чтобы вновь соединиться в одно целое.

Ближайший из кусков плоти быстро подполз к Егору и вытянул лапы, усыпанные крючковатыми иглами, намереваясь вонзить их Волчку в ботинок. Егор вскочил на ноги и сильным пинком отшвырнул гадину к стене дома.

Тут и прочие куски плоти, отвратительно скребя по асфальту, поползли к нему, словно только сейчас сообразили, что дичь по-прежнему здесь. Многие куски, соединившись с другими, отращивали себе уродливые когтистые лапы и ковыляли на них к Егору.

Несколько кусков покрупнее объединись в целое и снова приняли вид небольшой собаки. Из ее мясистой, обтянутой желтоватой кожей спины выпростались два голых, перепончатых крыла.

Должно быть, между фрагментами тел чудовищ-пластификатов существовала ментальная связь, потому что другие скопления плоти – большие и малые – словно получив подсказку, тут же стали отращивать из своих шевелящихся масс крылья. Прошло несколько секунд, и вот уже десятки невиданных тварей, создав себя из разрозненных кусков плоти, взвились в воздух и устремились к Егору.

– Дьявол! – хрипло проговорил он и выхватил из ножен лазерный клинок, готовясь встретить атакующих тварей лицом к лицу.

Но воспользоваться своим лазерным ножом Волчок не успел. Лицо его вдруг обдало жаром. Облако пыли, поднятое ударной волной, взвилось с земли и забило Волчку глаза.

Ударил второй заряд. Взрывная волна швырнула Волчка на асфальт, и он упал боком на какие-то железки, но тут же вскочил на ноги, готовый продолжать бой. Однако не пришлось. В радиусе тридцати метров асфальт был усыпан пузырящимися красными ошметками, в которые превратилась плоть пластификатов.

– Кажется, конец. – Медиум Геер, стоявший рядом с Егором, вытер рукавом плаща потный, испачканный мазутом лоб.

– Как ты это сделал? – спросил Егор.

– Выставил файерган на максимальный заряд, – ответил Геер. Усмехнулся невесело и добавил: – Рискованная штука, если учесть, что файерган самодельный.

– Ты говорил, что в Оптине не бывает осечек, – напомнил Егор.

Медиум хмыкнул и сказал:

– Я также говорил, что Оптина любит смерть.