Грядущая буря - Брэндон Сандерсон

– Что, во имя Света, ты с ним сотворила? – прорычал с порога взбешенный Тэм ал'Тор. Кадсуане оторвалась от чтения:

– Ничего я с мальчишкой не делала, только попыталась обучить его хорошим манерам, которые, как я вижу, это семейное. Не помешало бы научиться вести себя и другим членам семьи.

– Попридержи свой язык, Айз Седай, – огрызнулся Тэм, – Ты хоть взглянула на него? Комната как будто потемнела, лишь он зашёл. Чего только стоят его глаза, во взгляде трупа и то больше эмоций! Что стряслось с моим сыном?

– Насколько я поняла, – произнесла Кадсуане, – воссоединение не состоялось?

Тэм глубоко вдохнул, и вдруг гнев как будто вытек из него. Несмотря на скованность движений и недовольный взгляд, ярость прошла. До случившегося в Бандар Эбане Ранд не раз демонстрировал подобный мгновенный самоконтроль.

– Он пытался убить меня, – бесстрастно произнёс Тэм, – Мой сын. Когда-то он был добрым и отзывчивым парнем, о котором может мечтать любой отец. Этой ночью он направил Единую Силу против меня.

Мин в ужасе прикрыла рот рукой. Воспоминание о Ранде, сжавшем мёртвой хваткой её горло, вновь встало перед глазами. Но ведь это был не он! То была Семираг!

«О, Ранд, – подумала Мин, вспомнив неожиданную волну боли, просочившуюся ранее сквозь узы, – что же ты наделал?»

– Интересно, – ледяным голосом процедила Кадсуане, – ты сказал всё точно, как я велела?

– Поначалу, – ответил Тэм, – но сразу осознал, что это не сработает. Он отказывался говорить со мной по душам, да я и не виню его. Только подумать, общаться с сыном по сценарию Айз Седай! Не знаю, что ты с ним сотворила, но ненависть я узнаю сразу. Тебе многое придётся объяснить…

Речь Тэма прервалась, когда он неожиданно взлетел к потолку.

– Я, кажется, предупреждала тебя насчёт манер, мальчишка? – спросила Кадсуане.

– Кадсуане! – промолвила Найнив,- нет никакой надобности…

– Всё в порядке, Мудрая, – успокоил её Тэм. Он впился взглядом в Кадсуане. Ранда выводило из себя, когда с ним обращались подобным образом. Насколько помнила Мин, остальные в ужасе вопили.

Тэм, не отрываясь, следил за ней.

– Я встречался с людьми, привыкшими решать все проблемы кулаками. Я никогда не любил Айз Седай, и с радостью от них избавился, вернувшись на ферму. Громила – он громила и есть, использует он кулаки или иные средства.

Кадсуане хмыкнула, но её задели слова Тэма, и она опустила его на пол.

– А теперь, – произнесла Найнив, словно именно она прервала пререкания Кадсуане с Тэмом, – вернёмся к делам по-настоящему важным. Как раз от тебя, Тэм ал'Тор, я ожидала другого результата. Разве мы тебя не предупредили, что Ранд немного неуравновешен?

– Неуравновешен? #8209; переспросил Тэм. – Найнив, да этот парень почти обезумел. Что с ним случилось? Я помню, что бывает с людьми на войне, но это…

– Это не имеет значения, – промолвила Кадсуане. – Осознаёшь ли ты, дитя, что последняя возможность спасти твоего сына, скорее всего, безвозвратно упущена?

– Если бы ты заранее позаботилась объяснить, как он к тебе относится,- ответил Тэм, – я бы попробовал другой подход. Да испепели меня Свет! Вот оно, наказание, за то, что я следовал указкам Айз Седай.

– Это наказание за твою набитую шерстью башку и игнорирование наших инструкций! – вставила Найнив.

– Это урок нам всем, – сказала Мин, – за заблуждение в том, что мы можем склонить Ранда делать то, что пожелаем.

Комната мгновенно смолкла. Мин почувствовала Ранда далеко на западе.

– Он ушёл.

– Да, – скривился Тэм. – Он открыл один из этих проходов прямо на балконе. Оставил меня в живых, хотя, судя по выражению глаз, могу поклясться, собирался прикончить. Я прежде видел подобный взгляд у мужчин. Обычно это заканчивалось трупом на залитой кровью земле.

– Что же произошло? – спросила Найнив.

– Он… казалось, вдруг что-то его отвлекло, – сказал Тэм. – Он схватил ту статуэтку и рванул через проход.

– Тебе, случайно, не удалось заметить, куда вёл этот проход? – выгнув бровь, спросила Кадсуане.

«Запад, – подумала Мин, – далеко на запад».

– Я не уверен, – признался Тэм, – было довольно темно, но мне показалось…

– Что показалось? – потребовала Найнив.

– Эбу Дар, – огорошила всех Мин, – он отправился уничтожить Шончан, как и пообещал Девам.

– Не знаю насчёт Шончан, – ответил Тэм, – но это место и, правда, было похоже на Эбу Дар.

– Храни нас Свет, – прошептала Кореле.

Глава 49. Просто человек

Ранд шел, спрятав культю в карман куртки и опустив голову. Ключ доступа, плотно завернутый в белую льняную тряпицу, висел в петле сбоку на поясе. На Ранда никто не обращал внимания – просто еще один прохожий, бредущий по улицам Эбу Дар. Ничего особенного, разве что ростом повыше большинства. А что до рыжевато-золотистого цвета волос, то он, возможно, связан с примесью айильской крови. С недавних пор город был наводнен странным людом, приехавшим в поисках защиты у Шончан. Подумаешь, одним больше.

Любой человек, не способный направлять, мог обрести здесь стабильность. И безопасность.

Это его беспокоило. Они были его врагами. Завоевателями. Ранд был уверен, что на завоеванных землях не может быть мира. Там должны царить ужас и страдание под пятой деспотичной власти. Но все было совсем не так.

Правда, если ты не способен направлять. То, что Шончан делали с этой частью жителей, ужасало. Не все было хорошо за этой ширмой благоденствия. И все равно – осознание того, как хорошо они обращались с остальным населением, шокировало.

Под стенами города разбили лагеря крупные таборы Лудильщиков. Группы фургонов, неделями не двигавшихся с места, начинали походить на деревеньки. Бродя среди них, Ранд слышал, как некоторые рассуждали о том, не осесть ли здесь. Другие, разумеется, возражали… Они же были Лудильщиками, Странствующим Народом. Как им найти Песню, если не искать ее? Ведь в этом их призвание, как и в Пути Листа.

Прошлую ночь Ранд провел у одного из костров в их лагере, вслушиваясь в разговоры. Они приняли и накормили его, не спрашивая, кто он такой. Ранд смотрел на прогоравший до углей костер, пряча знак Дракона на руке. Ключ доступа был тщательно укрыт в кармане куртки.

Прежде он никогда не был в самом Эбу Дар, только на холмах к северу, где с Калландором в руках противостоял Шончан. То было место его поражения. И вот он вернулся в Алтару. Но зачем?

Утром, едва открылись ворота, Ранд вместе с другими, прибывшими ночью, вошел в город. До рассвета всех приютили Лудильщики, которые, судя по всему, получали от Шончан продовольствие для припозднившихся путешественников. Лудильщики занимались не только этим. Они чинили котлы, шили форменную одежду и выполняли разную случайную работу. Взамен, впервые за свою долгую историю, они получили покровительство властей.