Град разбитых надежд - Мария Токарева

— Мы должны выйти в Хаос через калитку в квартале прокаженных, — сказал Страж Вселенной.

— Я провожу вас. Знаю короткий путь в квартал прокаженных. И у меня есть ключ от калитки.

«Откуда?» — только и подумал Джоэл. Он предполагал, что узкие врата в Хаос отворит сам Каменный Ворон, но от помощи Нейла Даста не стоило отказываться. Суровый старик без ненужной суеты спустился в чердачный люк, потом так же степенно, но стремительно выкинул еще пару гранат на улицу, заставляя противников в смятении отступить, скрыться среди переулков и домов. Они решили не тратить время на горстку сумасшедших маньяков во главе со столетним дедом. Годы не притупили его меткости, а ярости хватило бы еще на тысячу лет. Джоэл завороженно следил, как древний охотник, дух разрушенной Цитадели, выпускает арбалетные болты, а следом кидает гранаты и отрезает от преследователей дымовой завесой.

— Это с тобой Страж Вселенной? — спокойно и даже как-то небрежно кивнул на спутника Нейл Даст и, не дожидаясь ответа, добавил: — Идите-идите, валить Змея пора.

— Ты из секты «Иных»?

— Нет. Местрий — старый восторженный дурак. Но я слышал зов Стража Вселенной, он являлся ко мне во снах. А я ему ответил: «Иди к другому сильному воину, со мной ты опоздал, как минимум, на полвека», — беззлобно рассмеялся Нейл Даст, выводя на улицу.

Джоэл удивленно глянул на Каменного Ворона, который только пожимал плечами и украдкой улыбался. Зато теперь складывалась единая картина того, почему старый охотник столь охотно передал меч и почему в госпитале он требовал не умирать. Похоже, Вермело ждал этого дня, пусть и не предчувствовал падение, и не одному Джоэлу не посчастливилось вступить в ряды последних спасителей гибнущего мира. Но разве для этого он должен был всех потерять? Разве не существовало иного пути? Возможно, Каменный Ворон и впрямь просто не успел вмешаться, не исцелил. Он шел по улицам в образе обычного воина с мечом, не считая старинной кольчуги, точно он сбежал с рисунка на выцветшем пергаменте.

— Скоро ли стена? Не знаю этих районов, — встряхивал головой Джоэл, пока Нейл Даст вел их через подвалы и крыши, точно диких котов. Таким же способом Рыжеусому удавалось проскальзывать мимо патрулей.

— Скоро, путь знакомый. Я порой ходил к стене, выбираясь из арсенала. Виделся с одним… давним знакомым.

Джоэл встряхивал головой, не представляя, какие еще тайны о древнем духе Цитадели предстоит узнать. Но как только они выбрались к забору Квартала Прокаженных, их встретили крики и гиканье.

— Страж Вселенной явится и спасет нас от Змея! Страж Вселенной!

Их обступала толпа «Иных», уже не сдерживающих свою звериную форму. Хлопали и стрекотали крылья, ветвились причудливые рога, воздух рассекали длинные когти. Потом все смолкло, существа возвратились в образ людей по приказу своего вождя. Вперед выступил Местрий Пратт, направляясь к Джоэлу.

— Нам надо скорее попасть за стену. Их восторги демаскируют нас, — испугался Каменный Ворон, до того задумчиво молчавший.

— Бегите! Я их задержу! — крикнул Нейл Даст, передавая ключ. И они кинулись сквозь толпу, прорываясь в стене, а шествие восторженных тварей пугающе быстро двинулось за ними. Они пришли убить или просто проводить? Джоэл терялся в догадках, Каменный Ворон ничего не говорил, с болезненной тоской уставившись на маячившую невдалеке калитку.

— Вот мы и встретились, — оскалился Нейд Даст. — Ничего себе ты устроил, цирк уродцев!

— Встретились. Не думал, что я еще жив? — ответил ему Местрий Пратт, словно давнему знакомому. Старики выглядели противоположностью друг друга, полюсами магнита. Вера в чудо противостояла отрицанию избранности, одиночество — собравшейся вокруг бывшего прокаженного толпе.

— И я не думал. Все еще мутишь воду? Я же тебя предупреждал!

— Предупреждал, напарник.

— Мы ведь столько лет сражались на одной стороне. Так чего не бросил свою затею? Стал треклятым революционером, — осуждающе покачал головой Нейл Даст.

— Сражались, а теперь на разных. С тех пор, как ты отправил меня умирать от лепры в Пристанище Изгоев. Как видишь, я исцелился и стал Иным! — недовольно оскалился Местрий Пратт, наползая во главе толпы чудовищ.

«Напарники… напарники! Теперь враги. И теперь бывший охотник ведет свою армию иных», — не укладывалась в голове Джоэла простая истина.

— Значит, будем сражаться снова, — развел руками Местрий Пратт, хищно усмехаясь.

— Похоже, этот бой будет последним, — оскалился Нейл Даст, вскидывая арбалет и отгоняя предупредительным выстрелом нескольких особо ретивых «Иных». Они не нападали, выжидающе окольцовывая своей измененной армией.

— Для одного из нас наверняка, — угрожающе ответил Местрий Пратт.

— Для обоих, — мрачно пообещал Нейл Даст, вскидывая несколько гранат.

Джоэл с опаской выставил меч, готовый принять бой еще и с этой силой, но Каменный Ворон торопил. Он сжал пальцы на плече и потащил за собой к стене. Приближались окровавленным светом зубцы стены, где чернота тонула в багрянце, как отцветший край ночи в пределе рассвета. Все искажалось и изменялось нестройностью очертаний.

Только Нейл Даст оставался непоколебимой скалой, глыбой, которой и надлежало оставаться великому охотнику до самого конца. Если бы его не сместили с должности Верховного, Цитадель пережила бы все потрясения, он бы не допустил таких разрушений, скорее, пошел бы против магнатов, чем против своих же. Но что говорить… Вечность свивалась тугим механизмом в замочной скважине. Нейл Даст передал Стражу Вселенной заветный ключ, дубликат ключа Местрия Пратта. Механизм заскрипел, вздохнул холодом и выпустил наружу, буквально втягивая в черноту бесконечной ночи.

— Нейл… Местрий… Так вот, кто был главным. А еще говорил, что не заинтересован в революциях, — все еще не верил Джоэл, ступая на пустынную землю по ту сторону стены.

— Мусорщики оказались хитрее королей. Хотя он был не главным. А одним из нескольких группировок, — заметил Каменный Ворон.

Когда калитка закрылась, Джоэл услышал гул мощного взрыва и мог поклясться, что Нейл Даст уничтожил вместе с собой лидера революционеров.

— Нейл! — крикнул Джоэл, но его голос потонул в вязкой темноте, и тогда он ощутил, что переступил порог миров, преодолел барьер, как это сделала Секта Дирижабля. Но они слишком торопились, слишком явно заявили о себе в глупом неверии в существование Змея. Здесь же всем правила тишина.

В слезах тонул город, отчужденный от слова и знанья, чужим бытием и забытыми снами. Все минуло в пропасть отцветших минут, другая судьба — человека и бога — утекала в легенды, вливалась на фрески разбитых минут. Часы иссякали, и время застыло. На башнях уже не гнездились голоса, замолк эфир, погруженный в ожидание конца или нового начала.

Джоэл понял: ждут его, ждут исхода начал и концов, сведенных в единственном танце боли, отчаянья и слова. Но душил запах свалки, голос тонул, окольцованный горлом, сцепленным гулким молчаньем. Оглушающая тишина кладбища разверзлась за стеной.