Неназванная - Даниэль Дессан

– Ну всё, хорош заливать, – мужчина снова приблизился. – А то зубы выбью.

– Нет, дай ей сказать, – перебила его женщина.

– Я Алдару никто, – повторила Кайя. – Не дочь, не племянница и не сестра, – добавила она и резко замолкла, осенённая внезапной догадкой.

“Если они поймут, что никаких денег за меня из Алдара не вытрясти, то…”

Додумывать ей не хотелось.

– Сходи, разузнай, – велела женщина.

Судя по топоту, с которым подельник кинулся выполнять распоряжение, он явно был ниже рангом.

Кайя попыталась воспользоваться возникшей у врагов заминкой. Договариваться – пустое, это было ясно сразу. Она навострила слух, внимая малейшим звукам. Вдруг кто-то подаст голос на улице. Вот бы там оказался прохожий, а ещё лучше – стражник! Всего-то останется дела – крикнуть о помощи, заорать, что есть мочи.

Ударит, выбьет пару зубов? Не страшно, придётся потерпеть. Интересно, исцеляющее заклинание поможет вырасти новым, или просто уймёт кровь и боль?..

Но что, если похитительница её попросту прикончит? Перережет горло, чтобы не кричала. К счастью (или к несчастью), выбирать Кайе, звать на выручку или нет, пока не требовалось: с улицы не доносилось ни звука.

Вернулся мужчина довольно быстро, и ещё с порога начал сыпать ругательствами.

– Девчонка не соврала, – завершил он свою тираду. – Зря под такое дело подставились.

– Не соврала, значит, – женщина, судя по интонациям, чуть расстроилась. – Что ж…

– Я – незаконнорожденная дочь, – пискнула Кайя, но похитители лишь рассмеялись дуэтом.

– В подвал, – распорядилась женщина. – И закончи там. Потом приберись.

У девушки от страха пересохло в горле. “Подождите!” – хотела прокричать она, но получилось издать только сдавленный хрип. Кто-то поднял её вместе со стулом, легко, как пушинку, и понёс. Сначала – прямо, потом по ступеням вниз.

Гулко захлопнулась дверь.

– Глупо получилось, – расстроенным голосом сообщил Кайе мужчина. – Уже месяц сидим без монеты, такой шикарный план придумали, и нá тебе! Ты не держи зла. Сама понимаешь, свидетели нам ни к чему.

– Сними мешок, – тихо попросила Кайя. – Не хочу умереть с вонючей тряпкой на голове.

– Тебе не всё ли равно? – хмыкнул похититель, однако мешок с девушки всё же стянул.

Чародейка, наконец, увидела его, и он тут же упал мёртвым: желание было однозначным.

“Надо было ещё попросить развязать верёвки, – запоздало подумала Кайя. – Как теперь выбраться?”

Она попробовала пошевелить руками или ногами, но безрезультатно. Узлы были сделаны весьма качественно.

“Глупо будет помереть здесь от голода”, – мрачно вздохнула девушка.

Помощи было ждать, понятно, неоткуда.

Она ещё раз вздохнула и принялась рыться в памяти. Было ведь заклинание, которое пережигает верёвки, Бередар про него как-то рассказывал! Ну же!

– Ну, что ты так долго возишься? – возмущённо проговорила похитительница, рывком распахивая дверь. – А…

Больше она не успела ничего сказать, присоединившись к подельнику. Кайя определённо видела её впервые в жизни, даром, что голос показался знакомым.

Два трупа. Но при этом – справедливость в чистом виде. Никаких угрызений совести, даже лёгких намёков на оные, девушка, понятно, не чувствовала.

“Может, позвать на помощь?” – подумала она, но прикинула толщину стен и поняла: смысла тратить силы на крики попросту нет. Не услышат.

“А если услышат – то ещё неизвестно, хорошо это или плохо, – усмехнулась Кайя в мыслях. – Может, их трое, или четверо, или вообще десяток”.

Это подстегнуло её попытки вспомнить формулу. Действительно, задерживаться здесь в любом случае опасно. Надо выбираться!

– Thiaro Exanthaero! – звонко продекламировала она, зажмурившись в ожидании боли от ожогов.

Ничего не произошло. Верёвки не вспыхнули, не рассыпались в пепел, и как будто даже стянули руки ещё чуть крепче.

Кайя шёпотом произнесла одно из известных ей ругательных слов, а вслух попробовала заклинание ещё раз. И ещё. И снова, перебирая возможные варианты произношения.

– Думай лучше! – приказала она себе после двадцатой неудавшейся попытки.

Но “лучше” не получалось. В доме было тихо, подельники у похитителей если и были, то сюда не являлись. По всему выходило, что разработка способов высвободиться затянется на часы, а то и дни.

Голодать несколько дней Кайе приходилось. Но прожить их не только без еды, но и без воды девушка никогда не пробовала.

“Вот и попробуешь”, – мрачно подумалось ей.

Затем чародейка начала прикидывать, каков шанс, что в подвал заглядывают крысы, и что эти хвостатые посетители перегрызут верёвки. Но сообразив, что, когда крысы явятся, то начнут вовсе не с верёвок, она пригорюнилась окончательно.

– Кайя! Ты здесь?! – наверху внезапно раздался голос, сопровождаемый каким-то грохотом, будто на камень упала деревянная колода.

– Здесь! – прокричала в ответ девушка.

Этот голос она узнала сразу. Шаттнаара.

– Как Вы меня нашли? – с радостным удивлением спросила Кайя, когда целительница, ругаясь, спустилась к ней в подвал.

– Везение, – буркнула Шаттнаара, подхватывая с земли кинжал похитителя. – Что они от тебя хотели? – палец целительницы указал на два валяющихся трупа.

Вопроса наподобие “что здесь произошло” она не задала. Это и так было ясно.

– Выкуп, – коротко ответила Кайя. – От Алдара. Думали, что я – его дочь. А когда узнали, что это не так…

– Погоди, – Шаттнаара даже прекратила разрезать верёвки, опутывающие девушку. – От кого узнали? Ты им сказала, что ли?!

Кайя грустно кивнула.

– Ой, какая ду-ура! – протянула целительница, даже с каким-то восхищением, мол, видала я разных, но ты переплюнула всех.

Девушка снова кивнула, ещё печальнее.

– Да везучая какая! – тем же тоном продолжила Шаттнаара. – Вот что бы ты делала, не приди я?! Алдар с ног сбился, разыскивая тебя, но не может же он проверить каждую хибару в Гатвине!

– Сбился… – растерянно повторила Кайя. – Почему? Я же всего-то час назад ушла!

Шаттнаара внимательно посмотрела на девушку, и той стало даже не по себе от такого взгляда.

– Верно же? Час назад? – осторожно переспросила она.

– Угу, – целительница ехидно хмыкнула. – Вчера! Тебе что, по башке заехали?

Кайя вздохнула.

– Представьте себе…

– Алдар, тоже дурная задница, вместо того, чтобы сразу рассказать всё мне, всю ночь шерстил разные закоулки. – продолжала Шаттнаара. – Так что, если он всё-таки решится тебя выпороть, я не стану его отговаривать на этот раз, – целительница, наконец, закончила перепиливать верёвку и с ругательствами разогнулась.