Мастер-арфист - Энн Маккефри

Мама так никогда и не рассказала Робинтону, почему вдруг она появилась в то утро в классе и негромко переговорила с Кьюбисой — та сохраняла полнейшую невозмутимость. Потом мама просто вручила Роби его теплую куртку и велела ее надеть, а сама быстро собрала все, что он хранил в школьном столе, в заплечную сумку и добавила туда же вещи, принесенные Кьюбисой.

Было в ее поведении нечто странное, и Роби предпочел покамест ни о чем ее не расспрашивать. По классу поползли взволнованные шепотки; двое учеников даже сорвались с места и высунулись в окно.

Лишь тогда Робинтон заметил, что во дворе удобно расположился бронзовый дракон.

— Думаю, радость моя, ты не будешь возражать, если мы прокатимся на драконе, — сказала мама, когда они с Роби вышли из класса. В одной руке у нее была битком набитая сумка, а второй она держала Роби за руку. Им нужно было спуститься вниз по крутой лестнице.

— Прокатимся на драконе?! — От удивления Роби даже споткнулся. Хорошо, что мама крепко его держала!

— Да, мы отправляемся в Бенден-холд. Лорд Майдир прислал за нами дракона.

— Дракона — за нами?!

Робинтон от потрясения умолк. Во дворе он увидел Бетрис, мастера Бослера и мастера Уошелла. Они передавали всаднику сумки, а тот прикреплял их к драконьей упряжи. Мама поспешно двинулась через двор. Роби огляделся по сторонам, выискивая, где же отец.

— Папа с нами не поедет, — сказала мама странным тоном.

И, прежде чем Роби успел возразить, мама подхватила его на руки и передала всаднику, который уже стоял наготове. Затем она и сама взобралась на спину дракону и уселась позади Робинтона.

«Я — Спакинт', а моего всадника зовут К'роб. Кортат' и Килминт' сказали, что ты нас слышишь».

— Так я полечу на тебе? — взволнованно пискнул Робинтон.

— Совершенно верно, ты полетишь на моем драконе, — ответил всадник.

Робинтон попытался извернуться, чтобы посмотреть в лицо К'робу.

— Да, я понимаю, — вежливо ответил он. Тут Роби сообразил, что мертвой хваткой держится за выступ гребня. — Ой, извини, пожалуйста! Я не сделал тебе больно?

«Конечно, нет. Гребень для того и нужен, чтобы за него держаться», — сказал Спакинт', и одновременно рассмеялся К'роб:

— Нет, паренек, так дракону больно не сделаешь. — А потом он наклонился вперед и взглянул на Робинтона, приподняв брови. — Так, значит, Спакинт' с тобой разговаривает?

Похоже, эта новость удивила всадника. Робинтон улыбнулся и разжал пальцы; теперь он лишь слегка касался гребня.

— Кортат' и Килминт' тоже со мной разговаривали.

— А что, они…

В этот момент внимание К'роба переключилось на Мерелан.

— Держитесь за ремень, мастер, — сказал всадник. — Вашего сына я уже устроил.

— Значит, мы можем отправляться?

Голос Мерелан слегка дрожал, и Робинтон подумал, что мама, должно быть, ничуть не меньше, чем он сам, волнуется из-за предстоящего полета на драконе.

В следующее мгновение Спакинт' сильным толчком оторвался от земли, и Робинтон стукнулся головой о грудь К'роба. Крылья дракона рассекали воздух с таким громким свистом, что Роби даже не услышал собственного изумленного возгласа… как будто все простыни, сколько их ни есть в Доме арфистов, вывесили на веревку для просушки и они захлопали все разом.

Второй возглас вырвался у него, когда Спакинт' стал подниматься по спирали, забирая к востоку; высокие здания Дома арфистов уменьшались так стремительно, что у Роби перехватило дыхание — собственно, только поэтому он не вскрикнул, когда дракон пролетел над Форт-холдом. Роби увидел на миг белые пятна — лица людей, глядящих в небо. Интересно, они знают, что это он, Робинтон, летит на бронзовом драконе?