Кошки против собак - Лора Вайс

В это самое время…

— Да, открывай ты, — Андрей еще раз стукнул по стеклу.

— Вы что себе позволяете? — приоткрыл окно таксист.

— Сколько она тебе должна?

— Три пятьсот.

— На, — просунул ему в щель деньги, — крохобор хренов, — после чего обошел машину и открыл дверь со стороны Даши.

А когда увидел, в каком она состоянии, так и потерял дар речи. Ее руки, ноги, грудь были усеяны швами, голова была забинтована.

— Выходить будете, нет? — недовольно глянул на нее водитель.

— Заткнись, урод! — зарычал Назаров, отчего мужчина точно окаменел. — Что? Что это все? Ты вообще можешь двигаться?

— Могу, — глянула на него мельком.

Андрей помог ей вылезти из машины и тут же подхватил на руки.

— Мне домой надо, — зажмурилась от боли.

— Какой домой? Со мной поедешь.

— Опять ехать? Нет уж. Блин, — вспомнила, что ключей нет.

— Судя по этому твоему Блину, ты сейчас едешь со мной. И не бузи, Рамонова.

— Сегодня бузотер из меня никакой, — а по щекам потекли слезы, ибо внутри сейчас будто кто-то сидел и рвал органы на части.

Аккуратно усадив ее в машину, Назаров немедленно вернулся на водительское сидение.

— Куда ты меня повезешь? — простонала.

— У меня квартира есть. В получасе езды отсюда. Потерпи, — глянул на нее в зеркало заднего вида.

Добрались даже быстрее.

Андрей занес бесчувственную Дашу в квартиру и скорее уложил в кровать. Сознание несчастная потеряла еще в машине. Не справилась с болью.

— Даш? — коснулся ее лица, которое буквально горело.

— М-м? — с трудом открыла глаза.

— Я сейчас вызову врача. Правильного врача. Слышишь?

— Угу.

— Хорошо, — и поцеловал в лоб, — скоро тебе станет лучше.

Доктор прибыл через минут сорок и началось. Седовласый волк сначала осмотрел раны, после проверил реакцию зрачков и рефлексы, а в конце вколол девушке мощное обезболивающее.

— Пусть спит, — вышел из спальни. — Досталось ей хорошо. Но кошки живучие, пару-тройку дней постельного режима, и она восстановится.

— У нее лихорадка.

— У кошек так и должно быть. Тело нагревается до сорока пяти градусов, это норма. Вот если полезет к пятидесяти, это уже плохо. Значит, процесс регенерации чем-то тормозится. Завтра как проснется, дай ей толстый кусок красного мяса да с кровью. И давай в течение всех этих дней. А я послезавтра загляну еще. Красивая кошка, кстати, и феромоны выделяет такие, что мозги плавятся. Так что, будь осторожен, — усмехнулся, — не попадись в любовные сети.

— Обязательно, — кивнул ему, затем достал деньги, — спасибо, Измаил Петрович.

— Давай, Андрей. Она хоть кто?

— Повар из моего ресторана.

— Значит, готовить умеет. Ух, вдвойне опасно, — блеснул глазами, в которых еще вовсю плескалось озорство.

Утра Назаров ждал с нетерпением. То в ее комнате сидел, то у окна в гостиной стоял, то просто мерил шагами квартиру, одним словом, глаз не сомкнул, а с рассветом поплелся в кухню, чтобы приготовить стейк. Ему хотелось как можно скорее узнать, что же случилось. В воскресенье ближе к обеду ему позвонил Быстров с вопросом, не знает ли он, где Даша, так как она не отвечает на звонки. Потом выяснилось, что она по наказу Элины поехала обслуживать очередное мероприятие. Но связавшись с отелем, где состоялась вечеринка, узнал от администратора, что Рамонова отработала в субботу, после чего отказалась от дальнейшего сотрудничества и уехала. Только вот домой не вернулась. Тогда Андрей снова связался с Быстровым, а услышав, что от Даши по-прежнему никаких вестей, решил приехать к ее дому и оставаться там как минимум до утра. Что ж, это было правильное решение. Но он никак не ожидал увидеть того, что увидел. К слову, Быстров тоже приезжал, однако Андрей, пообещав обязательно сообщить, если дождется своего кондитера, отправил его восвояси.

Через минут пять квартира заполнилась ароматом жареного мяса, а еще через минуту до ушей волка донеслась возня и тихие стоны.

— Твою ж мать, — потряс пальцем, на который попала капля раскаленного масла. М-да, готовил он всегда скверно. Но мясо все-таки переложил на тарелку, затем достал приборы и направился в спальню.

Даша проснулась, но выглядела все еще очень слабой.

— Ты как? — сел на край кровати.

— Живая… вроде… Или это рай, а ты решил и здесь меня преследовать? — втянула носом запах. — Чую, живительной силой пахнет.

— Ага, ей самой. Сейчас будем кормиться.

— Я сама.

— Лежи, Рамонова и не дергайся, — отрезал кусок от стейка, — ну, и рот открой.

На радость Андрею, а он испытал искреннее удовольствие, кормя кошку мясом, Даша съела все.

— А теперь рассказывай, — промокнул ее губы салфеткой, — что произошло.

— Знаешь, до позавчерашнего дня я и не знала о существовании медведей, — а глаза заблестели, — я вообще осторожная, но там. там они знали обо мне. Даже ты не сразу понял, кто я есть, а они поняли. Главный организатор вечеринки заказал креветки на гриле и велел принести ему в номер.

На что Назаров сейчас же стиснул зубы, руки спрятал, чтобы она не видела когтей.

— И ты понесла?

— Ну, да. Причем уже догадывалась, что, скорее всего, будет приставать. Только я — то была уверена, что он человек. Уж от человека отбиться не проблема. Но их в номере оказалось трое, и оказались они не людьми. Мне ничего не оставалось, как прыгнуть в окно. Пробила головой стекло, порезалась вся, но сбежала. Неслась потом по лесу черт знает как долго, остановилась уже от боли и бессилия. А утром меня нашли грибники местные, отвезли в больницу. И вот, я сейчас здесь.

— Значит, Гришин Павел Степанович.

— Ты его знаешь? — подняла на него испуганный взгляд.