Пятно - Павел Корнев

— Только что с пацанами на речке пиво пил, — неожиданно сообщил он.

— Круто.

— Помнишь, наши на крыше клей нюхали и сказки смотрели? — поинтересовался парень.

— Ну и?

— Меня сейчас под конец тоже на что-то такое пробило…

— Рад за тебя.

— Ничего ты в этой жизни не понимаешь…

— Да всё понимаю, чего там, — вздохнул я. — А не загадывал под «сахаром», что б с нами было… ну, если б эти выродки с Имедана не пожаловали?

— Загадывал, как не загадывал. — Стас хлебнул воды и замолчал. — Через раз об этом думаю.

— И?

— Да всё б хорошо было. По-любому.

— Хрена! — невесело рассмеялся я. — Всё хорошо никогда не бывает.

— Кто-то не дожил бы до двадцати, — не слушая меня, продолжил парень, — кто-то до тридцати. Но в целом, было бы лучше, чем сейчас.

— В целом, — скривился я и налил себе водки. — Куча хорошего народа обычно в это самое «в целом» не вписывается.

— Ну, по сравнению с тем, что мы имеем сейчас, хуже бы точно не было, — поёжился из-за идущей от реки прохладцы Стас. — Я б ушёл в армию, вы продолжили бездельничать в своём универе.

— Ты б к этому времени давно дембельнулся.

— Ага. И отрывался бы!

— Так, всё! Сменили тему!

— И о чём поговорим? О слонах? Или о мамонтах?

— А хотя бы и так!

Я выпил водки и хлопнул стаканом о подоконник. Раздался мерзкий «дзиньк», и отколовшееся донышко отлетело на бетонный пол.

— Ну ты и олень! — рассмеялся Стас. — Иди за новым.

— Вот ещё! — фыркнул я. — Что, я из горла водку никогда не пил?

— Через гуалу?

— Легко!

Я перевернул бутылку, и в рот потекла тоненькая струйка водки.

— Алкоголик, — только и вздохнул Стас, которого от такого зрелища натурально передёрнуло. — Запей.

— Запью, не беспокойся.

— Звери точно на тебя не выйдут? — как-то враз поскучнел парень.

— Точно не выйдут, — прожёвывав хлеб, кивнул я. — Никаких следов не оставил. Всё чисто.

— Шилову что скажешь?

— Не знаю пока.

Думать об этом не хотелось. Главное подольше Борису Петровичу на глаза не попадаться, а там утрясётся всё как-нибудь. А может, звери и не будут бучу устраивать. Следов-то и в самом деле не осталось.

Да и совсем другое меня сейчас волнует…

Из-за выпитой натощак водки мысли начали путаться, и я уже совсем собирался идти спать, когда во дворе захлопали автоматные выстрелы. Грохнул дробовик, вздрогнул от близкого взрыва пол.

— Это что ещё за фигня? — уставился на меня Стас и тут неподалеку загрохотал пулемёт.

— Алиса!

Я вскочил с табурета и бросился в дом. Рванул на себя закрывавший пролом в полу железный лист, и в тот же миг меня подбросило в воздух и отшвырнуло в сторону. Долбанувшись о стену, я кулем повалился на пол и, несмотря на все попытки, подняться на ноги уже не смог. Голова кружилась, а ещё в ней стоял непонятный гул, в котором терялись слова незаметно оказавшегося рядом Стаса.

— Вовка, Вовка!

Шум в ушах постепенно стих и крик приятеля показался неожиданно громким.

— Тихо! — прошипел я и парень моментально умолк.

Морщась из-за едкой гари взрывчатки, я подобрался к люку и глянул вниз. Пандус оказался разрушен почти полностью, а вот пролом в межэтажном перекрытии в размерах нисколько не увеличился.

— Повезло тебе. — Стас вытер пот с лица и судорожно сглотнул. — Взрывная волна вниз ушла, а тебя люк прикрыл.

— И что это было? — не в силах собраться с мыслями, я стиснул зубы и замотал головой. Контузило или из-за выпитой водки плохо соображаю? Надо думать, думать…

— Похоже, звери тебя всё же вычислили, — как-то совсем спокойно предположил парень.

— Чёрт! Алиса!

— Стой! — попытался остановить меня Стас, но я уже перекинул ноги через край пролома и, цепляясь за него пальцами, повис над полуразрушенным пандусом. Спрыгнул вниз, чудом устоял на ногах и успел отбежать к двери, прежде чем сверху посыпались обломки кирпича.

— Ты живой там?

— Тихо! — шикнул я в ответ и, вытащив из ножен кинжал, выглянул в коридор.

Но — нет. Тишина.

И что, тут стряслось вообще?!

Так и не решившись окликнуть Алису, я прокрался по тёмному коридору к своей комнате и замер на месте, заметив вырывавшуюся из приоткрытой двери полоску электрического света. Чувствуя, как начинают сбываться самые страшные предположения, рывком заскочил внутрь и выругался: девушки в комнате не оказалось!

Всё так же помаргивала под потолком лампочка, валялось отдёрнутое с кровати к стене ватное одеяло, стояла на полу пустая кружка — а девушки не было!

Заметив выглядывавшую из-под края подушки рукоять нагана, я схватил револьвер и проверил патроны. Все оказались на месте. Да и пороховой гарью от ствола не несло.

И о чём это говорит?

Успела убежать? Или не успела выстрелить?

Я сунул кинжал в ножны, с наганом в руке поспешил ко входной двери и не очень удивился, увидев, что она распахнута настежь.

Вот твари!

Приложив барабан нагана ко вновь начавшей раскалываться голове, я простоял так несколько секунд, потом рванул обратно в комнату с разрушенным пандусом и окликнул дожидавшегося меня на первом этаже приятеля:

— Стас, никуда не уходи! Сейчас обойду и заберу тебя!

— Давай резче! — откликнулся парень. — Тут, блин, неуютно!

— Бегу! — крикнул я и припустил по коридору ко входной двери.

Убедился, что никому не пришло в голову поставить там растяжку, выбрался под балкон и огляделся по сторонам. Во дворе соседнего дома мелькали яркие всполохи электрических фонарей, но стрельбы больше слышно не было. Ночная прохлада моментально забралась под распахнутую куртку, и меня пробрала дрожь.

С трудом поборов оцепенение, я метнулся вокруг дома и забрался в окно пристроя.

— Стас!

— Тут я!

— Пошли!

— Куда? — Парень указал на заваленную кучей кирпичных обломков дверной проём. — Мне тут не проехать!

— Сюда иди.

Сунув наган за пояс, я ухватил Стаса под руки и легко выдернул из инвалидного кресла.

— Ты чего?! — завопил он.

— Спокойно!

Вытащив парализованного ниже пояса парня в окно, я оставил его сидеть на газоне и вернулся за коляской.