Водные маги жгут - Надежда Мамаева

Дрок, стоявший рядом, как бы невзначай сделал шаг, заслоняя меня от светлых магов.

– Добрый вечер, я Дроккрин Стоун, глава посольства Темных земель. Это мои спутники и жена. Вот верительная грамота, подписанная Аврингросом Пятым, – с этими словами он медленно доcтал из-под полы плаща письмо с магической печатью, на которой стоял оттиск императорского дома.

Судя по тому, что маги ничуть не изменились в лицах, а тот, что держал атакующий аркан,и не подумал его схлопнуть, все прекрасно знали, кто мы. И тем не менее делали вид, что они просто очень бдительные.

Приветствие Дрока было скорее формальностью. Как и чтение грамоты. Маг, закрывший портал, лишь взглянул на лист и коротко кивнул стражам.

– Следуйте за мной! – в нашу сторону прозвучало не предложение радушного хозяина – короткий приказ. Точно таким же тоном маг произнёс, обращаясь к стражникам: – Нортон, Фирс, остаетесь на башне.

– Так точно, капитан! – слаженный ответ солдат дал понять: меченный шрамом маг ещё и начальник гарнизона.

Нас провели по галерее, которая располагалась сверху стены. С внешней стороны регулярно располагались прямоугольные зубцы. С внутренней ограда была куда ниже. А вот деревянного навеса,который бы защищал воинов от непогоды, не было.

Во внутреннем дворе крепости, куда мы спустились, нас разве что с вилами и факелами не встречали… Ан нет, это я просто в вечерних сумерках сразу не распознала приветливый замковый люд. Пригляделась и увидела топоры, рогатины, дубины… В общем, как говорится, на тёмного и инквизитор бежит. Ну или хотя бы разъяренная толпа,требующая зажигательной вечеринки.

– Я же говорил, Дрок, возвращаться – плохая примета. Особенно на костер… – послышалось сбоку от одного из темных.

– Дункан, твой язык до священника доведет… – лис произнёс это, кажется, не разжимая губ.

А вот замковая челядь cебя маскировкой не утруждала и горланила вовсю:

– Сжечь темное отродье!

– На костер их!

– Казнить!

– Тихо! – прогремел над разбушевавшейся толпой голос командира.

Не то чтобы я опасалась оказаться привязанной к костру: как-никак магессу, окончившую факультет стихийной магии с белым дипломом, не так-то просто не тo что сжечь – поймать… Это доказал мой внушительный «послужной» список, в котором каждый второй новобрачный обещался меня придушить. И пока это никому еще не удалось…

– Сегодня никого жечь не будем! – меж тем увещевал меченый маг.

– А может, хотя бы ведьму?! Вот ту, белобрысую? – с надеждой спросил какой-то детина, ткнув в мою сторону пальцем.

Рядом, словно кони в стойле, зафыркали послы, пытаясь спрятать смешки. А я аж задохнулась от возмущения: вокруг полно темных, а сжечь предлагают меня, светлую!

– Не все то дитя Мрака, что ярко горит, - прошипела я. – Мужик,ты мечтай, да не так громко. А то я тебя щас как житием святой Матильды благословлю да молитвой животворящего круга причащу!

И я воинственно перехватила книгу за край, чтобы было удобнее ею «осенять благодатью чело праведника». Благо фолиант, завернутый в тряпицу, мог одинаково сойти и за житие святой,и за гримуар.

Толпа,которой ведьма смела угрожать храмовой проповедью, замерла в нерешительности. Да уж, разрыв шаблонов мировоззрения – это вам не мясное рагу,так быстро не переваришь.

Я еще хотела что-то сказать, но… меня со словами:

– Уймись, светлая! – подхватили на руки и пoнесли. Видимо, защищая. Причем не меня от замкового люда, а наоборот.

Народ расступался перед Северным лисом. За ним клином шла шестерка темных. Вот так мы и двигались по улице до самых ворот. Под шепот снега, потрескивание факелов, злые молчаливые взгляды, бряцанье оружия стражников. Надо ли говорить,что в замке нам перенoчевать так и не предложили.

Лишь проводили хмурыми (стража) и разочарованными в несостоявшемся сожжении (челядь) взглядами до барбакана. В итоге с одной стороны было все хорoшо, а с другой стороны подъёмного моста были мы. И начинавшаяся метель. И изучавший меня пристальным взглядом темный. Пристально изучавший. Я оцепенела. Так и захотелось крикнуть: кто выключил воздух? Включите обратно! Не видите, лэриссе обморочно!

Но если я только раздумывала, отрубиться мне на руках мужа или нет, то надписи над воротами муки выбора были не свойственны. Под очередным порывом ветра она упала сразу же, не размениваясь на покачивание и скрип на одной петле.

Я машинально успела прочесть: «Никто не обидит меня безнаказанно» – и запоздало сообразила, что значит этот девиз. Нас телепортировали в Эденскую крепость, после которой начинались Шумерлинские топи.

И как только я это поняла, у меня сразу возникла подлая мыслишка: а не вернуться ли назад, к милым людям, готовым поделитьcя теплом, пусть и не душевным. Зато обитатели замка не входили в раздел бестиария «самые опасные реликтовые твари Светлых земель». Оные же гады как раз и водились в болотах, которые начинались севернее Эденской крепости.

М-да, как-то по-другому я представляла себе путь дипломатического посольства. Ну уж точно не пешком через болота.

Ветер стих, словно успокоившись: чужаки покинули крепость и можно больше не яриться, не лютовать. С неба в молочных сумерках опускался снег. Он падал большими хлопьями, одинаково надежно укрывая собой и осеннюю обнаженную красоту природы,и уродства людских пороков,и коварство топей, простиравшихся на севере. Снег, нежный и беспощадный. Для меня он стал не только предвестником скорой зимы, но и новой жизни. Только стоя под ним, когда Дрок опустил меня на землю, я поняла, что перешагнула черту, за которой нет возврата. Впереди – Темные земли, в которых у меня единственная задача – выжить и не сойти с ума.

– Стоит поторопиться до темноты, – голос северного лиса ворвался в мои мысли. – Я чувствую метку. Вон за тем холмом.

Его рука указала чуть выше и вперед, к подножию гор.

Темные слаженно закивали и двинулись в указанном Дроком направлении. Никто не собирался пояснять растерянной мне, что или кто спрятался за тем неприметным холмом, который я едва могла разглядеть в сгущающихся тенях.

– Ди, следуй за ними. - Не просьба – приказ.

– А ты? – Я вскинула взгляд на темного, бессознательно покрепче вцепившись в книгу.

– А я – за тобой. Кому-то же в случае нападения нужно будет защитить вам спину атакующим арканом. – Намек Дрока на уровень дружелюбия светлых был настолько прозрачным, что через него просвечивала неприкрытая угроза.

И хотя он не уточнил, чьей атаки ждет, дикой бестии или человека, было понятно, что о местной нежити он более высокого мнения, чем о светлых.

– Послушай , если ты нас так презираешь,то зачем взял в жены меня? – умом я понимала, что не должна была этого спрашивать. Но все же не удержалась.

– Ты действительно хочешь знать ответ? - его слова прозвучали жестко. Дрок был предельно серьезен. И я поняла: если скажу «да», он ответит. И его честный ответ пройдется по мне, как наждаком.