Трон Знания. Книга 5 - Такаббир Эль Кебади

— Здесь всем нужна моя помощь. Одна ты понимаешь. Спасибо!

— Я иду на бал.

— Поздравляю, — сказал Макидор и, усевшись на кушетку, закинул ногу на ногу. — Я тоже иду на бал.

Малика посмотрела на гладкие ноги в кожаных шлепанцах и еле сдержала улыбку. На теле ракшадов нет ни единого волоска, но это у ракшадов. Макидор вряд линатирал себя в юности соком голого дерева. Костюмер, похоже, поймал её взгляд иторопливо накинул на колени край покрывала.

Малика протянула ему платье:

— Сможешь расшить в груди? Или вставить клинышки.

— Ты с головой дружишь? — спросил Макидор после долгой паузы. — Какие клинышки?

— Мне не в чем идти на бал.

— К балу надо готовиться заранее.

— Я только сегодня получила приглашение.

— Дамы в таких случаях отказывают, чтобы не выглядеть смешными. На бал ходятв новых платьях, а не в том, что пошито полтора года назад.

Малика виновато улыбнулась:

— Я не могла отказать. И это платье никто не видел.

— С кем хоть идёшь?

Малика кивком указала на манекен:

— С ним.

Откинув с ног покрывало, Макидор резво встал:

— Чего сразу не сказала? Сирма, помоги ей переодеться. — И удалился в смежную комнату.

Через пять минут вернулся и прошёлся вокруг Малики, потирая руки:

— Твоя фигура наконец-то приобрела нужные формы.

— Понимаю, ты хотел сделать мне комплимент, — сказала она, борясь с желаниемспрятаться за шторой, — но не люблю, когда моё совершенство ограничиваюткакими-то рамками.

— Знаю-знаю, не будь ты совершенством, мыла бы полы или посуду.

Макидор снял мерки, пообещал за ночь что-нибудь придумать и удалился, чтобы не смущать Малику своим присутствием.

Шагая по коридору, она пыталась разобраться, почему визит к костюмеру оставил на душе неприятный осадок. И уже поднимаясь по лестнице на верхний этаж, с досадой вздохнула. Она неудачно пошутила, желая скрыть неловкость. Макидор не понял шутку и своими словами задел чувства бывшей пассии Адэра.

***

Перина под спиной ухнула вниз, изголовье кровати ударило в стену. Спросонья Адэр не понял, что произошло, и не успел закрыть лицо руками или натянуть наголову одеяло. Горячий шершавый язык прошёлся по подбородку, губам и носу.

— Парень! Фу! — произнёс Адэр, скривившись.

Нависая над ним чёрной тяжёлой тучей, зверь мазнул языком по щеке и виску. Адэр выдернул из-под головы подушку, желая заехать Парню по морде, но тотоказался проворнее: уткнулся влажным носом хозяину в ухо и засопел.

Полузабытые ласки зверя тронули до глубины души. Адэр обхватил его за шею, чувствуя лёгкую дрожь, свою и Парня, и проговорил:

— И я тебя люблю.

— А меня? — прозвучал от порога женский голос.

Парень надсадно вздохнул, совсем как человек, и, спрыгнув с кровати, прошмыгнул мимо Элайны в гостиную.

Сестра раскинула руки:

— Принимай поздравления, братец… Ну же! Иди ко мне.

Усмехаясь, Адэр подоткнул подушку под спину, подтянул одеяло.

Элайна вздёрнула блестящие бровки:

— Ты не рад меня видеть?

— Рад, но не могу подойти. Я голый.

— Давно?

— С вечера.

— В смысле… давно спишь без одежды?

Адэр пожал плечами:

— Наверное. Уже вошло в привычку.

— Плебейская привычка, — промолвила Элайна недовольным тоном. — Я подожду в гостиной.

Перешагнув порог, вдруг резко повернулась, пересекла спальню и присела накраешек кровати:

— Прости… Пожалуйста…

Адэр притянул Элайну к груди:

— Я думал, ты не приедешь.

— Это всё Модес. Каждый день кормил меня «завтраками». У него какие-тонеприятности.

— На работе?

— Не знаю. — Элайна отклонилась назад и взяла лицо Адэра в ладони. — Я люблю тебя и очень хочу, чтобы ты был счастлив. Разорви помолвку с Луанной.

— Вот так поздравление.

— Она мне не нравится. Из-за твоей помолвки я рассорилась с отцом, с Троем, с Модесом.

Всматриваясь в родные глаза, Адэр улыбнулся:

— А кто мне говорил, что я должен жениться на стране?

— Есть Леесса. Есть Тальяна. Через четыре года ей исполнится шестнадцать.

— А мне тридцать два.

— Тебя пугает разница в возрасте?

— Конечно, пугает. Ей всего двенадцать. Представляю девочку-подростка, и мне дурно.

— Прошу прощения, — промолвил Гюст, заглядывая в спальню. — Тут былооткрыто.

Выпустив сестру из объятий и усевшись чуть повыше, Адэр жестом разрешил секретарю подойти. Остановившись в трёх шагах от кровати, Гюст произнёс поздравительную речь и в конце передал поздравления от костюмера, чем сильноудивил. Макидор ни за что не упустил бы случая блеснуть перед правителемвысокопарным и витиеватым слогом.

— Заболел, бедняга, — промолвил Гюст. — Лежит весь белый, ноги-руки трясутся. Врач сказал: упадок сил. Если к вечеру ему не станет лучше, я лично помогу вамодеться к балу.

Отослав секретаря, Адэр обратил взгляд на Элайну:

— Не волнуйся, упадок сил не передаётся воздушно-капельным путём.

— Знаю.

— Почему так смотришь? Я плохо выгляжу?

— Выглядишь... как некоронованный король.

— Голый король.

— Некоронованный, остального я не вижу.

— Эх… — выдохнул Адэр. — Король без короны — не король. Я упустил время, Элайна, а теперь...

— А теперь не время, — закончила сестра фразу. — Тебя не настораживаетзаинтересованность Иштара Грасс-дэ-мором?

Адэр скрестил руки на груди:

— Нет.

— Меня тоже не настораживает, хотя все уверены, что Малика его шпионка. Я думаю: она была его любовницей. И это ещё противнее, Адэр.

— В Ракшаде запрещена половая связь между родственниками, — сказал он иперевёл взгляд на окно. Тонкие занавеси были похожи на замёрзший водопад.

— Да, я слышала что-то о брате и сестре. Во-первых, это смешно. Во-вторых, онипороднились перед самым её отъездом. В-третьих… — Элайна провела пальчикомпо локтю Адэра. — Ты меня не слушаешь.

— Слушаю, — сказал он, продолжая рассматривать сквозь ажурные занавесипустое небо.

— В-третьих, я твоя сестра, но корабли ты мне не даришь.

— Потому что у меня нет кораблей. Иштар подарил шхуны морскому народу, а не Малике.