Подарок для генерала Тьмы - Юлия Ханевская

Интерлюдия. Ликдар

Она сбежала.

Как последняя трусиха.

Вырвалась из рук, когда он уже и не думал сдерживаться: всё крепче сжимал податливое тело, терзал мягкие губы, привычно сладкие и нежные, такие же, какими их запомнил. Глупо поступил, накинувшись вот так внезапно, сам уже это понял. Но не сдержался. Разве возможно легко принять, что эта девушка — не его потерянная два года назад Амелия? Когда ее голос, запах, даже реакция на прикосновения — те самые. Когда она одна может спасти его душу, вытащить из болота, в которое он сам себя затолкал.

Дракон не узнал ее, и Ликдар по напридумывал себе самого худшего. Что она — очередная уловка темных тварей. Или того хуже, само порождение демонов, явившихся за уплатой долга. Уже потом, успокоившись, понял, что время еще не вышло, а признаков принадлежности к Темной стороне у девушки не наблюдалось.

Но вопрос все равно оставался открытым. Драконы не ошибаются, они слишком остро чувствуют людей. Единственным способом разгадать эту тайну был ритуал на крови. Оставалось найти подходящее заклинание и привести Амелию к Очагу.

Магия подтвердила истинность. Откуда бы она ни пришла, являлась той же Амелией Селвин, которая сбежала от него два года назад. А дракон скорее всего почуял в ней следы чуждой ему магии. Повторно ведь они к зверю не заходили. Может во второй раз он отреагировал бы как-то иначе.

Ликдар слабо верил в наличие двойников, существующих в других измерениях. Но не отрицал способность человеческой души путешествовать. После рассказа целительницы у него появилась собственная теория. Возможно, жизнь, которую они проживают — не первая, и не последняя. Умирая, люди пересекают черту, рождаясь заново где-то еще.

Он не знал, что случилось в день ее исчезновения из особняка, но уже точно был уверен во вмешательстве посторонних. Быть может, на нее напали. Атаковали редким заклинанием, или же какое-то из темных чар, столкнувшись с ее собственной магией среагировало необычным образом. И Амелию вышвырнуло куда-то за границы поместья. Даже как-то повлияло на ее память, на восприятие окружающего мира и себя самой. Она вспомнила одну из своих прошлых жизней, а потом нашла этому объяснение, самое логичное, какое только смогла…

Ликдар перебрал в мыслях все из возможных вариантов, и этот казался наиболее правильным. Потому что по крови, магии, поведению и внешности — она та, которую он знал уже много лет. Черт возьми, ведь даже поступила сейчас так, как свойственно только ей. Подпустила настолько близко, чтобы толкнуть удалось побольнее. Ударить в самое сердце. Как уже однажды делала.

— Мы — чужие друг другу люди, Ликдар.

Ее слова шли по кругу, повторяясь снова и снова, превращаясь в сливающуюся друг с другом какофонию звуков. Она так рьяно верила в придуманную ею же теорию прибытия из другого измерения! Сломать такую веру будет практически нереально.

Но вариантов у них обоих не особо много.

Он выцарапает эту девушку из пучины ложных представлений. Заставит вспомнить. Потому что в ее памяти хранятся ответы, без которых их история не больше чем сотканный из неподтвержденных фактов рассказ.

А она в свою очередь станет его маяком в борьбе за собственную душу. Потому что он наломал дров, совершил самую большую ошибку в своей жизни и очень скоро наступит день расплаты.

Ликдар недобро усмехнулся, опершись обеими руками на круглый столик. Взглянул на огонь, пляшущий в камине, и тот отразился маленькими язычками пламени в ставших непроглядно черными глазах.

У него оставалось не так много времени, чтобы всё исправить. Но попытаться стоило.

Конец интерлюдии.

Амелия захлопнула двери своей комнаты и, тяжело дыша, привалилась к холодным доскам. Коснулась кончиками пальцев губ, зажмурилась, растерла лицо ладонями. Нет, она не станет идти на поводу эмоций и низменных желаний!

У них сделка. Очищенный от проклятий дом в обмен на свободу.

Потом она покинет это место, забудет прошлое, настоящее, жгучее зелье из двух разных историй ее жизни, и начнет всё заново. Разузнает у призрака папы точный адрес их дома, соберет вещи и сбежит. Уедет, как можно дальше отсюда. Так будет правильнее всего. Она не предаст память о настоящем Ликдаре, их отношениях, любви. А пародия на то, что когда-то у нее было, ей не нужна. Как бы сильно не хотелось закрыть глаза и довериться. Нужно попытаться поступить правильно, какие бы глупости ее слабое сердце ей ни внушало.

Немного успокоившись, Амелия обернулась и пару минут просто смотрела на гладкую деревянную поверхность. Почему-то думала, что Ликдар немедленно последует за ней, догонит, схватит за руку, дёрнет назад. Потому бежала так, словно пыталась спастись от адских гончих. Но, похоже, захватившие ее чувства тронули и его тоже. Все-таки, однажды он любил местную версию Амелии Селвин, а топтаться на доброй памяти их отношений не очень хотелось.

Подумав еще немного, сняла кольцо. Повертела его в пальцах и сунула в карман. Затем взялась за металлическую ручку, дабы надежно запереть дверь магией. В венах забурлил огонь, разливая приятную дрожь по телу.

Любое взаимодействие с волшебством внушает уверенность в собственной всесильности, как бы по сумасшедшему это ни звучало. А ей, долгое время державшей большую часть Силы под замком, вовсе заволокло глаза золотым туманом. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы испугаться.

В который раз она снимает кольцо? Третий, кажется. И вроде бы использует совершенно безобидные заклятья: отбросить врага потоком воздуха, отодвинуть преграду с пути, запереть замок. Но эти, казалось бы, незначительные действия, играют роль мелких камушков, скатывающихся первыми с горы во время оползня. С каждым разом, энергия всё больше пробуждается, расправляет крылья, готовится вырваться из наскучивших тисков целительского артефакта. Нужно быть осторожней, иначе очень скоро ее накроет настоящей лавиной…

Амелия несколько раз глубоко вдохнула-выдохнула, сосредотачиваясь на одном из особых запирающих заклинаний, и мысленно его произнесла. Из замочной скважины потянулся красноватый светящийся дымок, в воздухе запахло лесными ягодами. Чары из разряда родовых. Конкретно эти создал когда-то ее прапрадед. Мужская линия их семейного древа весьма богата талантливыми волшебниками, способными созидать что-то новое. Артефакты, проклятья, бытовые заклинания. Амелия разучила несколько, казавшихся ей особенно полезными. Вот, пригодилось.