Счастье для ведьмы - Ольга Гусейнова

– С лица воды не пить!

– С красотой и камень оттает! – еще жизнерадостнее парировал дракон.

Акайо, отметив мои маневры на повозке и, надо думать, страх в глазах, ткнул Феро локтем в бок и продолжил знакомство, махнув ладонью в следующего гиганта:

– Эрн из рода Черный Гранит, по силе – второй в иерархии.

Огромный мужчина, выше всех присутствующих – я даже голову задрала, чтобы рассмотреть его подробнее. Длинноногий и широкоплечий, весь словно мускулами перевитый, в молочной рубахе с расшнурованным на гладкой загорелой груди воротом и темных коротковатых штанах. При этом босой, ведь вместо ступней у него когтистые лапы – нет, лапищи. Еще и к спине прижаты кожистые, хитро сложенные и наверняка огромные крылья.

Эрн встал, чуть расставив ноги и скрестив на груди ручищи. Я даже залипла взглядом на длинных сильных пальцах с темными острыми когтищами. Мощную шею венчает лохматая голова, волосы до плеч, неопределенного серого цвета.

Лицо пепельного блондина – отдельная песня, из которой слов не выбросишь. Прямоугольное, с выпирающим упрямым подбородком даже без намека на щетину, немного впалыми щеками, классическим орлиным носом и неожиданно чувственными, пухлыми губами. Правда, их эротичную красоту портили хорошо так выступающие с обеих сторон клыки.

Высокий лоб прикрывали грязные лохмы, а из-под идеальных дуг серых бровей на меня с абсолютным безразличием взирали темно-серые, как штормовое небо, глаза. Дальше я залипла на непривычно больших, заостренных кверху ушах. Не эльфийских, пошире, но, безусловно, похожих. Грубое, по-звериному хищное, не слишком симпатичное, но одновременно странно привлекательное и даже харизматичное лицо. Парадокс!

– Здравствуйте, Эрн, – более-менее связно пробормотала я, глядя в вымораживающие серые глаза бесстрастного гиганта. И вцепилась в козлы, не доверяя дрожащим коленям.

– Он горгул, Еля, – добавил Акайо.

Я уже догадалась по имени его рода. Черный Гранит – сильнейший род этого весьма специфического, жутковатого народа. Причем уточнение о степени силы говорит о том, что этот громила на данный момент – второй претендент на трон. Горгулы живут на высокогорном плато Арвирана, а свои земли и столицу зовут не иначе как Великий Горгон. От человеческих их отделяют территории трех других рас, поэтому они гораздо реже остальных появляются по эту сторону Сумеречных пределов и более… хищные, если верить гримуару, которому я верю как себе. Больше чем себе.

Великий Горгон расположен в жерле гигантского потухшего вулкана, стены которого образуют естественные иерархические ступени. Чем выше к солнцу обосновался род, тем он сильнее и важнее, поэтому обязан защищать свой народ в случае нападения врагов. Внизу живут самые слабые и менее развитые горгулы, у которых только одна форма, срединная. Они не могут принимать ни человеческую ипостась, ни боевую, полностью звериную. В основном низшие прислуживают высшим родам.

Высшие горгулы – двудушники, которые получают потомство только в союзе с истинной парой, как и драконы. Из вороха собранных предыдущими поколениями моего рода сведений я вычленила, что в большинстве случаев пару горгулы находят среди своих, исключений мало. Но ведьмы в это исключение входят однозначно.

Правда, взглянув на будто замороженную глыбу мускулов, я сильно усомнилась в том, что с этой стороны меня ждет какая-либо засада. Не получив вежливого ответа на свое «здравствуйте», я неуверенно уточнила, метнувшись напряженным взглядом к Акайо:

– Что-то не так? У… горгулов другой вид приветствий? Я ошиблась и…

В компании с такими монстрами лучше сразу выяснять все нюансы, не оставляя на посмертное «потом».

– Светает! – ощерился в радостной улыбке Феро, только усугубляя мое непонимание.

Акайо пришел на помощь:

– Даже высшие горгулы – ночные существа. Эрна заперли во второй ипостаси, слишком близко к зверю, который каменеет при свете дня. Поэтому сейчас он… хм-м… малообщителен и заторможен. Не волнуйся, Елочка. Как снимешь с него ошейник, так и вернется к нему темперамент…

Меня словно ножом полоснули, настолько ледяным был взгляд серых глаз. Но эта громадина так и стояла не шевелясь, словно действительно окаменела.

– Уверен, лишь те, кто хорошо знают Эрна, способны оценить изменения его темперамента без ошейника, – саркастично заметил рыжий дракон.

– Феро, оставь свои шуточки на потом, – зло осадил его Акайо.

– Я – Тхан из рода Тешары, первенец гнезда, – услышала я мягкий, вкрадчивый баритон четвертого мужчины, который вмешался в намечающуюся перебранку.

И окончательно растерялась под впечатлением от внешности незнакомца. Даже не придала значения мысли, что тешара – самая ядовитая змеюка Мирея. Укусит – умрешь всего за несколько секунд, успев, правда, хорошенько помучиться.

Высокий худощавый мужчина с широкими плечами, облаченный в черное приталенное платье с глухим воротом и рукавами до кистей. Его большая сильная ладонь с почти молочной кожей легла на борт повозки. Такое же светлое скуластое лицо, тонкие губы, немного приплюснутый нос, раскосые, широко расставленные, завораживающие желто-зеленые глаза с сжавшейся точкой зрачка.

Пока я рассматривала черные грязные волосы, неряшливо свисающие с его плеч и спины, незнакомец мягко улыбнулся, блеснув парой верхних игл-клыков.

И этот зубастый… Ничего спросить или поздороваться с ним я не успела. За спинами мужчин блеснул черной чешуей весьма характерный хвост. Я даже дышать перестала, вытаращившись не на хвост, а на огромный хвостище, который тугими кольцами то свивался, то распрямлялся. И двигалась эта кошмарная тварь прямо к телеге.

– Бегите! Змея! – в ужасе заорала я, отшатываясь назад.

Рухнула спиной в повозку и оттуда, оглушенная набатом пульса в ушах, выглянула. Мужчины стояли не шелохнувшись, только ошарашенно глядели на меня. Наконец худощавый брюнет Тхан отмер и злобно выплюнул:

– Не змея вообще-то, а нагшар.

Почти незаметным движением пальцев он пробежался по своему платью с запахом и развел полы, видимо, демонстрируя разницу между змеей и нагшаром. Я была настолько дезориентирована и напугана, что соображала на редкость туго. Адреналин цунами несся по венам, отчего у меня дрожала, кажется, каждая клеточка. Только этим я могу объяснить свою абсолютную невменяемость и придушенный хрип при разглядывании этого кошмара всего сущего:

– Ой, вас, кажется, съели!

Голова, торс и руки полузмея были человеческими, со светлой молочной кожей. От пояса же тело переходило в змеиное, покрытое черной блестящей чешуей. Упругое, с белыми полосками по бокам, с толстым длиннющим хвостом, свивающимся кольцами… И с яростно подергивающимся разозленным кончиком.

На первый взгляд – будто питон пытается целиком проглотить человека и успешно с этим справляется, на второй – просматривается плавный переход от человеческой кожи в чешуйчатую, с постепенным потемнением.