Обсидиан - Дженнифер Арминтраут

Перевернувшись, я сотряслась в очередном приступе кашля. Согнувшись, я оперлась на кисти рук и заскулила.

— Вот дьявол! — прорычал глубокий голос. Последовал яркий красно-желтый свет. Уличные фонари с треском потухли, и весь квартал погрузился в абсолютную темноту. Я снова согнулась пополам, содрогаясь от болевых спазмов.

Послышался шорох камней, и перед моими глазами появились горные ботинки. Я выкинула руку вперед, в намерении держать на дистанции подошедшего, кто бы он ни был.

— Все хорошо. Он ушел. С тобой все в порядке? — Рука осторожным жестом легла на мое плечо, удерживая меня на месте. Где-то в подсознании мне показалось, что я уже слышала этот голос раньше. — Просто сиди спокойно.

Я попыталась поднять голову, но приступ тошноты почти перекрыл мое дыхание. Перед глазами все поплыло, а потом опять собралось в фокус. Мой левый глаз окончательно отек и уже совсем не открывался, пульсируя с каждым ударом пульса.

— Все хорошо.

Тепло окутало плечи, растекаясь по рукам и циркулируя на кончиках пальцев, успокаивая ноющие мышцы и проникая все глубже и глубже. Мне вспомнились те дни, когда я нежилась на песчаных пляжах под мягкими лучами солнца.

— Спасибо вам за... — мой голос оборвался, когда в поле зрения, наконец, появилось лицо моего спасителя.

Высокие скулы, прямой нос, полные губы. Лицо настолько поразительное и холодное, что оно просто не могло принадлежать тому источнику жара, который медленно насыщал все мое тело. Контрастирующие глаза редкого зеленого оттенка встретились с моими.

— Кэт, — произнес Деймон. Его лоб нахмурился от очевидной тревоги. — Ты все еще… со мной?

— Ты, — прошептала я, и моя голова склонилась на бок. Я едва заметила, что дождь уже закончился.

Он изогнул черную бровь:

— Да, это я.

Одурманенная, я посмотрела вниз - туда, где он держал меня за кисть. Рука больше не саднила, но его прикосновение приносило странное ощущение. Я выдернула руку из-под его пальцев, чувствуя панику.

— Я могу тебе помочь, — настаивал он, вновь потянувшись ко мне.

— Нет! — закричала я, и это причинило адскую боль.

Он склонялся надо мной еще несколько секунд, а потом выпрямился. Его глаза не отрывались от моего запястья.

— Как хочешь. Я позвоню в полицию.

Я пыталась не прислушиваться к его голосу, пока он говорил с полицией. В конце концов, я смогла успокоить дыхание.

— Спасибо... тебе. — Мой голос осип, говорить было невыносимо больно.

— Не благодари меня. — Он провел пальцами по волосам. — Черт, это моя вина.

Как это могло быть его виной? Мои мозги все еще плохо работали, потому что я абсолютно не улавливала смысла. Подавшись назад, я подняла голову и осторожно окинула его взглядом. Я пожалела об этом почти в ту же секунду. Он выглядел жестко. Покровительственно.

— Нравится то, что видишь, котенок?

Я моментально опустила глаза... к его сжатым кулакам. Костяшки не были оцарапаны даже слегка.

— Свет... я видела свет.

— Хорошо, говорят, что некоторые видят свет в конце тоннеля.

Я вздрогнула, понимая, что этой ночью чуть было не умерла. Деймон опустился на колени.

— Вот, дьявол. Прости. Вырвалось как-то бездумно. Что у тебя болит?

— Мое горло... оно печет. — Я осторожно коснулась пальцами шеи и поморщилась. — И еще запястье... возможно, оно сломано. — Я неохотно приподняла руку. Кисть сильно опухла и уже заливалась отвратительной окраской сине-фиолетового цвета. — А потом эта вспышка... света.

Он изучил мою руку.

— Возможно, здесь вывих или растяжение. Это все?

— Все? Этот человек пытался меня убить.

Глаза Деймона сузились.

— Я понимаю. Просто, мне очень хочется верить, что он не успел сломать чего-то жизненно важного. — Он сделал паузу на секунду. — Например, твой череп.

— Нет... не думаю. С этим все в порядке.

Он выдохнул:

— Ладно. Ладно. — Он поднялся на ноги и огляделся по сторонам. — Что ты вообще здесь делала?

— Я... ходила в библиотеку. — Мне следовало молчать, пока горло хоть чуть-чуть не утихнет. — Было... не так уж и поздно. Мы ведь живем не в... криминальном городе. Он сказал, что нуждается в помощи... у машины спустило колесо.

Глаза Деймона недоверчиво расширились:

— Темная парковка, к тебе подошел незнакомец, и ты вот так вот просто идешь и помогаешь ему? Это самый легкомысленный поступок из всех, что я слышал за очень долгое время. — Он скрестил руки на груди и посмотрел на меня сверху вниз. — Ты ведь способна думать о последствиях, верно? Разве ты не знаешь, что не следует брать сладости из рук незнакомцев или заходить в вагончики с надписями «Все котята бесплатно»? — Я задохнулась, а он начал нервно ходить. — Извинения вряд ли помогли бы, если бы я не пришел во время, верно?

Я проигнорировала его последнее замечание.

— И почему ты... был здесь? — Мое горло начинало немного адаптироваться. Оно все еще пекло, как в аду, но, по крайней мере, при каждом слове мне не казалось, будто я глотаю асфальт.

Деймон остановился и провел рукой по груди в области сердца.

— Я просто был здесь. Точка.

— О господи, а я-то думала, вы, ребята, должны быть милыми и галантными.

Он нахмурился:

— Какие еще ребята?

— Ну, те… ты знаешь - рыцари в сияющих доспехах, которые спасают дам, попавших в беду. — Здесь я запнулась. Видимо, мой череп на самом деле пострадал, а вместе с ним и мозги.

— Я не твой рыцарь.

— Окей... — прошептала я, подтянув ноги к себе и опустив подбородок на коленки. Все тело болело, но, конечно, далеко не так, как это было, когда маньяк сжимал мое горло. — К-куда он делся?

— Сбежал. Сейчас, наверное, уже очень далеко отсюда. Кэт?..

Я подняла голову. Его немаленькое тело подавляло меня, пока он пытался вглядеться в мое лицо. Его взгляд выводил меня из равновесия, пронизывая насквозь.

Я не знала, что сказать. Мне не нравилось, как его тело отбрасывало тень в свете луны, и я сделала попытку подняться.

— Не думаю, что тебе следует вставать, — Деймон снова опустился на колени. — Полиция и скорая помощь приедут с минуты на минуту. Я не хочу, чтобы ты упала в обморок.

— Я не собираюсь... падать в обморок, — возразила я, наконец, услышав вой сирен.

— Как-то не хочется снова тебя держать, если ты все-таки упадешь. — Он помолчал, несколько секунд изучая свои костяшки. — Он... он говорил тебе что-нибудь?

Мне так хотелось сглотнуть, но это было невозможно.