Девичьи грезы - Салма Кальк

— Патрик? — госпожа Арианна повернулась к менталисту.

— Я осмотрел ту самую туфлю, и гусеницу осмотрел тоже. Я знаю, чьи руки положили её в обувь госпожи Тьяны. Мне назвать имя?

— Ты уверен? — нахмурилась госпожа Арианна.

— На всякий случай ту туфлю ещё осмотрела Лина Дюваль. Я слышал, ей доверяет господин министр и кто-то ещё подобного же статуса, — усмехнулся Патрик. — И она здесь, если что.

— И она согласна с тобой?

— Вполне.

— Зови, — согласилась госпожа Арианна.

Ещё бы министр внутренних дел не доверял собственной дочери! И только не хватало, чтобы эта их частная история дошла совсем до верхов!

Лина Дюваль появилась и поздоровалась, и села рядом с Патриком.

— Так что там, молодые люди? — поинтересовался Саваж-некромант. — Мы умираем от любопытства.

— Флоранс Веро, — пожал он плечами.

— Что? — вот так просто? — Но откуда они взяли эту… мерзость? Это ведь приличные девушки, Жоли, ты ведь мне их рекомендовала, — госпожа Арианна была обескуражена.

— Да, это дочери моей кузины, — сказала Жоли. — И я думаю, им нужнее это третье место, чем каким-то там приезжим неизвестно откуда, из такого захолустья, какое даже и выговорить-то не получается!

— Наверное, в таком случае дочерям вашей кузины следовало лучше готовиться? А не травмировать ноги соперницам? — Саваж-некромант сладко улыбнулся.

— Но они не использовали магию! — сказала Жоли.

И в этом Арианна была с ней согласна. И множество зрителей тоже согласятся — эффект видели все.

— А вот тут позвольте высказаться мне, — сказал Жак де ла Мотт.

— Говорите, — выдохнула совершенно обессилевшая госпожа Арианна.

— Когда я увидел госпожу Тьяну в своём доме накануне фестиваля, в ней определённо не было ни капли магической силы. Более того, она утверждала, что там, откуда она родом, магической силой не владеет никто. Я позволил себе усомниться, потому что это свойство природы, а не человека, и если человек предрасположен, то ему и не избежать. Очевидно, госпожа Тьяна была… предрасположена. А магическое окружение и травма подтолкнули её в этом направлении. И когда она заявлялась в качестве участника, она никак не могла заявить себя, как мага. Потому что формально в тот момент магом она не была.

— Подтверждаю, — сказала Лина Дюваль. — Я регистрировала этих участников, никто из них не был магом.

— И что вы можете сказать о её силе, коллега? — живо заинтересовался Саваж.

— Она невелика. Немного стихийной силы, я даже не вижу, чтобы какая-то стихия преобладала над остальными настолько, чтобы её можно было вычленить, и немного ментальной. Такой уровень по нашим меркам — это даже не колледж, а курсы при колледже, это не может быть основанием для магической специальности. Другое дело, что не появись она здесь, то эти силы могли так и не выйти наружу — никогда.

— И что тогда? — нахмурился Дормир.

— Она занимается преподаванием и творчеством, и я полагаю, что это тот самый путь, которым идут не осознающие себя маги там, откуда она родом. Они просто что-то делают хорошо, может быть — лучше других. Кто-то танцует и учит танцевать, кто-то конструирует машины, кто-то пишет книги. Госпожа Тьяна приехала к нам сюда, и её способности перешли в явную форму, и назад уже не отмотать, хотим мы того или нет.

— И что же мне теперь с ними делать? — возопила госпожа Арианна.

— Простите, коллеги, я поставлю вопрос иначе, — покачала головой Марион де Саваж. — Что мы сделали, и как нам теперь минимизировать последствия.