Буря - Бриджид Кеммерер

Бекка стояла на кухне, когда в семь часов вернулась мама, в старой футболке и потертых спортивных штанах вместо медицинского халата.

Бекка уставилась на нее.

— Что ты здесь делаешь?

Мама зевнула и направилась к холодильнику.

— Слишком много медсестер в эту смену, поэтому меня отпустили. Ты уже поела?

— Да, нашла кое-что.

Бекка впилась ногтями в ладони. Ее «ужин» состоял из стакана шоколадного молока — она так разнервничалась, что мысль о еде вызывала у нее рвоту.

Мама начала вытаскивать еду из холодильника.

— Разве это не здорово? Может, посмотрим какую-нибудь передачу на платном телевидении или что-нибудь еще?

— Хм, на самом деле, мы с Квин собирались сходить в кино, — сказала она. — Я должна забрать ее...

— Что будете смотреть?

Что это такое, испанская инквизиция? Бекка сделала глоток своего шоколадного молока.

— Не помню. Квин выбирала.

— Тогда дай я надену джинсы. Я не была в кино целую вечность.

Бекка чуть не выронила стакан.

— Ты хочешь пойти? Мам, это вроде как вечер для девочек...

Мама закатила глаза.

— Я и есть девочка, Бекка. Я не видела тебя целую неделю...

— И кто в этом виноват?

Вот дерьмо. Бекка вздрогнула, желая забрать свои слова назад.

— Бекка, ты же знаешь, что я начала работать по ночам, чтобы быть дома днем.

Захлопнулась дверца холодильника, и мама со строгим выражением лица облокотилась на кухонный островок. Бекка не помнила, чтобы видела раньше у мамы на висках пряди седых волос, но сейчас они точно там были.

Интересно, знала ли мама, что звонил ее отец? Дважды.

— Послушай, мам. Я знаю...

Но мама уже начала читать нотации. Бекка пыталась подавить в себе желание постоянно посматривать на часы.

Когда, казалось, мама уже успокоилась, Бекка вздохнула, сделала виноватое лицо и посмотрела на нее из-под опущенных ресниц.

— Мам, вообще-то дело в Квин, — сказала она тихим голосом. — Я думаю, она на какое-то время хочет сбежать от родителей.

Возможно, так и было. Квин, наверняка, сейчас сидела в своей гостиной и смотрела в окно, отчаянно желая, чтобы Бекка забрала ее.

Поэтому они могли поехать домой к Дрю МакКею.

Может быть, фильм с мамой не был такой уж плохой идеей.

Мама изучала ее лицо.

— Только ты и Квин?

Бекка отвела глаза и допила свое молоко.

— Да, мам, а кто же еще?

— Ну, ты выглядишь очень мило.

— Это всего лишь старый свитер.

Слава Богу, в доме было прохладно. Иначе мама увидела бы ее шелковый топ, который открывал половину живота и подчеркивал грудь.

Моника может поцеловать меня в зад.

— Я имела в виду твои волосы. Макияж.

Это заняло сорок пять минут. Вообще-то ей пришлось еще поискать щипцы для завивки.

Бекка хотела поставить стакан в раковину, но подумала, что лучше будет поместить его в посудомоечную машину, потому что мама стояла прямо у мойки.

— Вечер пятницы. Ты же знаешь.

— Знаю.

Теперь мама облокачивалась на холодильник.

Бекка прикусила щеку, будучи уверенной, что покраснела.

— Ничего себе! — сказала она, глядя на часы, хотя ее мозг был слишком загружен, чтобы понять, который час. Она схватила сумку и ключи от машины.

— Я лучше пойду, если мы захотим взять попкорн и еще что-нибудь.

Мама по-прежнему смотрела на нее как-то слишком подозрительно.

— Будь осторожна, Бекс. Не слишком поздно, хорошо?

— Конечно, мам.

Она почти дошла до входной двери.

— Я еще не буду спать, когда ты вернешься.

Не могу дождаться.

Затем Бекка вышла за дверь и села в машину, уверенная в том, что ее мама наблюдала, как она выехала с дорожки, поехала дальше по улице, и ждала у окна, пока она не повернула к дому Квин.

На Квин был топ из бисера, капри, сандалии с ремешками — наряд, который подошел бы к более теплой погоде. Ее светлые прямые волосы, струились по спине, сверкая и покачиваясь, когда она запрыгнула в машину.

В бардачке Квин стала искать жвачку.

— Почему ты не позволила Хантеру заехать за тобой?

Потому что это означало бы свидание. Это НЕ свидание. А вызов. Бекка начала кусать ногти, а потом сказала себе прекратить.

— Мне понадобится машина для побега.

Квин рассмеялась. Но когда Бекка не присоединилась к ней, она посмотрела на нее.

— Ты серьезно?

— Вполне.

— Что ты думаешь, Дрю будет делать? Опрокинет тебя на пол и изнасилует перед всей футбольной командой?

Возможно, это был пятый пункт в ее списке переживаний.

— Надеюсь, что Дрю вообще не заметит меня там.

— Я горжусь тобой.

— Спасибо, мамочка.

— Я серьезно, — голос Квин прозвучал уязвлено.

— Спасибо. Я тоже серьезно.

Но Бекка не чувствовала, что сделала что-то, заслуживающее уважения.

Дрю жил на Ривер Бэй Роуд, в старом доме на берегу, который мог вместить в себя два дома Бекки. С одной стороны дом примыкал к Чесапикскому заливу и щеголял участком пляжа в тридцать футов за задним двором. В такой воде, возможно, не захотелось бы плавать, но летом пляж был классным — достаточное количество песка, чтобы чувствовать себя все время на отдыхе.