Путь меча. Том 2 - Илья Ангел

— Он помнит многое, — продолжил голос Е Фаня, звучавший уже тоньше, словно доносящийся сквозь толщу времени. — Эхо моей воли в нём ещё живо. Он не только защитит. Он будет служить. Коснись раны, представляя целостность, и он направит твою собственную Ци на заживление, ускорив его в разы. Пожелай изменить его облик — и звёздная пыль, из которой он соткан, перестроится, приняв цвет и форму по твоему желанию.

Я, не раздумывая, поднял руку и прижал ладонь в перчатке из того же чёрного, мерцающего материала к самой крупной ране на плече.

И «Покров» отозвался. Там, где его материал соприкоснулся с кожей, пошла лёгкая, едва уловимая дрожь. Серебристые прожилки на перчатке вспыхнули чуть ярче. Я почувствовал, как из глубины доспеха, а может, из него самого, через меня потянулся тонкий прохладный ручеёк энергии.

Он коснулся рваных краёв ссадины, и та, на моих глазах, начала стягиваться. Через несколько секунд от раны осталась лишь розоватая полоска новой кожи, которая тут же побледнела. Боль утихла.

Затем я попробовал второе. Я мысленно представил доспех не звёздным и чёрным, а точно таким же, как и тот, что был на мне — ярко-алым с золотой вышивкой. Я сосредоточился на деталях: на ощущении плотной ткани, на рисунке защитных узоров, на весе и посадке.

«Покров» отозвался мгновенно. Ощущение было странным — не болезненным, но очень интенсивным, будто миллионы невидимых частиц начали бегать по моей коже.

Сначала померкло звёздное сияние. Глубокий космический чёрный потускнел, стал нейтрально-тёмным, а затем начал наливаться цветом — как чернила, растворяющиеся в воде, но в обратном порядке.

От центра груди наружу поплыл насыщенный алый цвет, точь-в-точь как у моего прежнего доспеха. Одновременно на поверхности начали проявляться золотые узоры — не вышитые, а будто вплетённые в саму ткань на атомном уровне, светящиеся изнутри мягким, тёплым светом.

Материал на ощупь тоже изменился — стал больше напоминать плотный, прочный шёлк с гибкими, но твёрдыми вставками в ключевых местах. Через несколько секунд я снова был облачён в свой ало-золотой наряд, идеальную копию уничтоженного. Только теперь я чувствовал, что под этой внешней оболочкой пульсирует нечто гораздо большее.

Я повертел рукой, наблюдая, как свет играет на поверхности. Было почти невозможно поверить, что это не тот самый доспех. Но я-то знал. Я чувствовал едва уловимую связь с ним, его готовность меняться дальше, его тихую, стальную мощь.

— Хороший выбор, — прозвучал голос Е Фаня, и в нём впервые слышалась усталость, настоящая, тысячелетняя усталость. — Не стоит искушать судьбу и чужие алчные взгляды раньше времени. Помни о его истинной природе. И о долге.

Я обернулся к нему. Его фигура, и без того похожая на сгусток теней, колебалась, как мираж в зное. Края расплывались, превращаясь в дымку. Но два светила-глаза всё ещё горели, уставившись на меня.

— Иди, наследник. Исполни свой малый договор. Защити спутницу и обрети силу у Стел. А затем приди в Сердцевину. Исполни договор большой. Освободи меня. И получи то, что заслужил.

Он не стал ждать ответа. Его форма начала медленно таять, не исчезая, а растворяясь в самом воздухе Запертых Земель. Казалось, белёсый свет вокруг впитывает его, поглощает последние следы воли. От него не осталось ни вспышек, ни звуков — лишь ощущение, будто гигантская тяжесть, давившая на сознание, внезапно ослабла, и наступила тишина.

Я стоял ещё минуту, вслушиваясь в эту тишину, чувствуя лёгкую пульсацию нового доспеха. Потом вздохнул и подошёл к Сяо Бай.

Она лежала на боку, её дыхание было ровным, но слишком глубоким, как в медикаментозном сне. На лице не осталось и следа той жуткой ухмылки. Только бледность и выражение детского, безмятежного покоя. Я осторожно опустился рядом и прикоснулся к её плечу.

— Сяо Бай. Проснись.

Она не реагировала. Я слегка потряс её.

— Сяо Бай!

Она вздрогнула, её веки задрожали, и только потом её глаза открылись. Они были чистые, ясные, полные спутанности и непонимания. Девушка посмотрела на меня, потом на потолок из пористого камня, после чего медленно села, потирая виски.

— Ли Хань? — её голос был хриплым от долгого безмолвия. — Что происходит? Где мы? Почему у меня болит голова?

Она выглядела совершенно потерянной. Не было в её взгляде ни ужаса от воспоминаний о паразите, ни благоговения перед Е Фанем. Была только пустота и растерянность.

— Мы в руинах храма в Запертых Землях, — сказал я спокойно, наблюдая за её реакцией. — Ты потеряла сознание после звуковой ловушки.

Я соврал. Спонтанно, но убедительно. Если она ничего не помнила — пусть так и будет. Знание о том, что её тело было захвачено, могло сломать её, подорвать уверенность, столь необходимую для выживания здесь.

Она нахмурилась, приложив пальцы к вискам, как бы пытаясь что-то вытащить из глубин памяти.

— Звуковая ловушка… да, помню гул. Он был ужасен. А потом темнота. И странные сны, — она вздрогнула и посмотрела на меня с внезапной тревогой. — Со мной всё в порядке? Я не навредила тебе? Мне снилось, что я хотела тебя убить.

Тень воспоминания всё же была. Но лишь тень.

— Всё в порядке, — я покачал головой и даже позволил себе лёгкую улыбку. — Ты просто рухнула. Я оттащил тебя сюда, подальше от воздействия. Думаю, тебе нужно было время, чтобы твоя Ци справилась с остаточным эффектом.

Она изучала моё лицо, ища подвох, но увидела лишь усталость и уверенность.

— Да, наверное, — сдалась она, переводя взгляд на трескающиеся стены. Потом её взгляд стал острым. — Сколько я была без сознания?

— Несколько часов, — я кивнул в сторону входа, откуда доносился всё усиливающийся треск камня. — И, похоже, нам пора. Это место разваливается.

Сяо Бай, опираясь на стену, поднялась на ноги. Она всё ещё шаталась, но в её движениях появилась привычная собранность.

— Значит, найдём другое место для отдыха, — произнесла она, словно возвращаясь к знакомой, чёткой цели. — Не будем рисковать

— Согласен, — я тоже поднялся. «Алый» доспех двигался со мной в полной гармонии. — Ты сможешь идти?

— Смогу, — она твёрдо кивнула, расправляя плечи.

Мы вышли из руин в вечный, безжалостный свет Запертых Земель, и я двигался, чувствуя под алой оболочкой пульсацию «Покрова Тени». Брони самого императора Е Фаня.

Глава 11

Последующие часы