Дракон мелового периода - Анна Гурова

Процесс обретения власти над неживой материей назывался, как у нас переводят, Великое Делание. Пробуждение духа из камня, о котором идет речь в вашем заклинании. – это один из его главных этапов. Изначальная, неочищенная, неподготовленная, сырая материя, из которой состоит мир, не годится для превращений. Творить из нее может только Бог. В алхимии она называется prima materia, ее сущность – хаос, цвет – черный, символ – ворон. Чтобы материя стала годной для трансформации, ее надо было подготовить. Это был сложнейший химический и духовный процесс, иногда занимавший годы. Целью его была совершенная, идеальная, одухотворенная материя, включающая в себя все первоэлементы из которых состоит наш мир. Она обладает свойствами всех стихий, по не принадлежит ни одной. Эта материя и есть ваш дух из камня. Ее сущность – порядок, цвет – белый, символ – дракон. Но и на этом процесс превращения не заканчивается. Третья стадия... Вы еще не уснули?

– Я ничего не понимаю. – с тоской призналась я. – Слишком сложно.

– Из совершенной материи уже можно творить. – терпеливо пояснил Хохланд. – Причем заметьте: из нее может творить любой знающий человек, не только владеющий Даром. Так было в древние времена.

Хохланд встал с кресла, открыл книжный шкаф и долго там копался.

– Вот тот самый «Трактат о камне». – сказал он, раскрывая одну из книг. – Книга описывает многочисленные полезные свойства камня. «Он является из тьмы prima materia... Это не просто камень – он включает в себя субстанцию vegetabili, animali et minerali, и более того – он вырастает из плоти и крови, а состоит он из духа, души и плоти...»

Хохланд достал другую книгу.

– А вот еще... Tabula Smaragdina говорит: «Камень находится посередине между совершенным и несовершенным, это то, с чего сама природа начинает подвигать к совершенству с помощью искусства».

Видя, что я никак не реагирую на его слова, Хохланд убрал книгу обратно в шкаф и вернулся за стол.

– Я говорю «камень», но на самом деле он может принять практически любой вид или не принимать его вовсе. Еще его называют «камнем невидимости». – добавил он. – А в Китае его зовут «золотым цветком»...

– Камень – цветком? – тупо спросила я.

– Вы слышали такое словосочетание: «философский камень»?! – рявкнул Хохланд.

– Да, конечно.

– Так вот, это он и есть.

– Ах, философский камень! Так бы сразу и сказали...

– Как интересно. – язвительно произнес Хохланд. – Что такое «активное воображение», вы не знаете, а философский камень у вас затруднений не вызывает! Разрешите полюбопытствовать, что вы подразумеваете под философским камнем?

«Слава Богу, что я не родилась во времена алхимиков». – подумала я и спросила, уходя от ответа:

– А все-таки, какое отношение имеет философский камень к моему заклинанию?

– На самом деле – никакого. – все еще сердясь, буркнул Хохланд. – Ваше заклинание – посто бессмысленный набор фраз. Бред сумасшедшего.

– А по-моему, не бред. – тихо возразила я – Или если бред, то логичный и красивый. Может какой-нибудь мастер реальности захотел возродить старинное Чистое Творчество?

Колючий взгляд Хохланда снова затуманился.

– Ваши слова напомнили мне об одной из многочисленных мистификаций, окружающих возрождение Чистого Творчества. Вы, наверно, никогда не слышали о Книге Корина?

Я навострила уши;

– Нет. А что это?

– Легендарная книга, якобы написанная Матвеем Кориным в ночь накануне его гибели. Вы, конечно, знаете, кто такой Корин...

– Художник-соцреалист? – напрягши память, предположила я. – Вхутемасозец? «Рабочий и колхозница», и все такое?

– Позор! Корин – первый в истории мастер реальности, наделенный Даром спонтанного превращения вещества. С него началось все современное Чистое Творчество. Но повторяю: он был не ученый и даже не теоретик искусства. Он был обычный – вернее, необычный – самоучка. И никакой книги он, разумеется, написать не мог. Не говоря уже о том, что крестьянский сын Корин вообще вряд ли умел писать. Существует одно-единственное свидетельство, что эта книга действительно была написана. В мемуарах некоего чекиста говорится, что Корин незадолго до смерти показывал ему какие-то записи, которы выглядели полнейшим бредом на мистико-религиозной основе. Чекист посоветовал Корину не маяться дурью и выкинуть записки, что Корин и сделал.

– Но зачем же он так поступил? – разволновалась я. – Может, этот чекист просто ничего не понял! Надо было сохранить книгу для потомства...

– Вот так и появилась легенда о загадочной Книге Корина. – покивал Хохланд. – Люди, которые мыслят так, как вы, до сих пор не оставляют попыток ее разыскать. Иногда – примерно раз в три года – даже появляются люди, которые ее уже нашли.

– А мой текст случайно не может быть отрывком из Книги Корина? – затаив дыхание, спросила я.

– Этот – вполне может. – небрежным жестом возвращая мне лист, съязвил Хохланд. – Еще вопросы?

– Кто такой «истинный целитель»?

– Понятие встречается у Парацельса применительно к самому себе. Если коротко, истинный целитель – это средневековый мастер реальности, способный проводить Великое превращение. Еще что-то?

Я сделала паузу, думая, как бы поаккуратнее формулировать вопрос о сером мире, который давно жег мне язык.

– В каких случаях невозможно заниматься Чистым Творчеством?

– Не понял, простите?

– Ну, существуют такие места, где нельзя за ниматься Чистым Творчеством?

– А, вот это уже конкретнее. Да, бывают.

Я затаила дыхание. Неужели тайна раскрывается так просто?

– Интересные у вас вопросы. – заметил Хохланд, наблюдая за мной с иронической усмешкой. – От своих студенток я такого точно не слышал. Все их интересы ограничиваются рамками программы, вас же кидает в абсолютно неожиданные сферы. Иногда мне кажется, что Тонечка относительно вас не совсем ошиблась.

Я проигнорировала нежданный комплимент – все мои интересы были в тот момент сконцентрированы на заданном вопросе.

– Теобальд Леопольдович, вы не ответили...

– Во-первых, вы неточно сформулировали вопрос. Речь идет не о "месте " в любом смысле этого слова – географическом или метафизическом, – но об особом виде материи. Материи, которая не способна подвергаться превращениям. Наука наук уделяет этому вопросу не очень много внимания. – как всегда издалека начал Хохланд. – Но существование подобной материи известно и описано в таких трудах, как... Ладно, неважно. Итак, в классической алхимии есть понятие «terra damnata» – «проклятая материя». Это шлак, который остается после извлечения духа из камня, о чем мы говорили двадцать минут назад. Он не поддается превращениям, лишен каких бы то ни было полезных свойств, кои в латентном состоянии присущи любому другому веществу. Как философский камень является шагом к гармонии и совершенству, так эта материя – шаг к хаосу. По сути «терра дамната» – это мертвая, пустая материя.