Джига со смертью - Дмитрий Дашко

— Гэбрил, — представился я.

— Очень приятно, Гэбрил. Я — Гортензия, — сообщила дама.

— У вас красивое имя, Гортензия, — пряча улыбку, сказал я. — Ваши родители, безусловно, обладали тонким вкусом.

— Ой, вы совсем меня в краску вгоняете, — вспыхнула женщина. — Право неудобно. Знаете, а ведь я могу вам помочь, — вдруг изрекла она.

— Честно? — обрадовано произнес я. — Будьте так добры, помогите, пожалуйста.

— Мне будет приятно помочь такому обаятельному и понимающему мужчине, — подмигнула Гортензия. — Этот дом принадлежит Якобу Глассу. Мистер Гласс сдает квартиры жильцам и сам взимает плату, однако вам придется найти его офис, потому что мы заплатили за жилье дней десять назад, и он тут не появится до начала следующего месяца. Якоб может знать, куда переехала ваша сестра, правда, вам придется несладко.

— Почему? — удивился я.

— О, наш домовладелец жуткий старикашка с вздорным характером. Он долго не хотел сдать мне квартиру из-за моей Мурлыки. Видите ли, у некоторых жильцов может быть аллергия на кошек! Поэтому я плачу на один золотой в месяц больше, чем остальные жильцы, хотя если кто-то и страдает здесь аллергией, то только не на мою бедную кисюлю, а на жадного и сварливого мистера Гласса.

— О, ваш домовладелец имеет так много общего с моим, — участливо протянул я. — Порой у меня возникает впечатление, что он страдает из-за того, что у его постояльцев после платы за жилье остается еще немного наличных. Будь его воля, он бы нас по миру пустил. Где, кстати, находится офис мистера Гласса?

— Здесь, неподалеку, — стала объяснять женщина. — Пройдете вниз по улице, через квартал увидите серую трехэтажную коробку. Привратник подскажет, где найти контору Гласса.

— Спасибо большое, — поблагодарил я добрую женщину. — Было очень приятно познакомиться. Берегите вашу Мурлыку.

Мне всю дорогу казалось, что Гортензия не сводит с моей спины заинтересованного и чуточку расстроенного взгляда. Возможно, наш разговор скрасил ее не очень насыщенную и веселую жизнь.

Я миновал перекресток и сразу увидел коробку, о которой говорила Гортензия. Жить в такой можно, а вот смотреть на нее снаружи — нет. Такой же «шедевр» современного искусства, как и картина «Зеленый квадрат», подаренная мне Гвенни в прошлом году.

Внутри стояла кладбищенская тишина, словно вместо офисов тут разместились могилы. Единственный звук, доносившийся откуда-то из глубины бесконечного коридора, принадлежал высоким женским каблучкам, но, увы, спешили эти каблучки в противоположную от меня сторону.

Привратник, без всякого зазрения спавший в стеклянном аквариуме, встрепенулся, протер глаза и увидел мою цветущую физиономию.

— Здравствуйте, — сказал я. — Где я могу найти офис мистера Гласса?

— Там, — буркнул привратник, указывая рукой. — Дойдите до конца коридора, предпоследняя дверь направо.

Я поблагодарил привратника и зашагал в указанном направлении. Стук каблучков затих, и теперь ничто не сбивало меня с намеченного курса.

На двери Гласса висела табличка «Риэлтерская контора, сдача жилья в найм», украшенная позолоченными вензелями и завитками. Судя по возбужденным голосам, раздававшимся за стеной, жизнь в конторе риэлтора бурлила, как вода в котелке.

Я вошел без стука и сразу наткнулся на скучный взгляд женщины за столом, судя по всему, секретарши мистера Гласса. Она старательно обрабатывала пилочкой длинные и ухоженные ногти, не обращая внимания на перепалку двух мужчин в небольшом помещении, отгороженном перегородкой, настолько тонкой, что сквозь нее просвечивали силуэты спорщиков.

— Здравствуйте, — бесцветным, как вода, голосом произнесла секретарша. — Если вы к мистеру Глассу, придется немного обождать.

Я понимающе улыбнулся:

— Что, недовольные клиенты допекают?

— Нет, служащие. Это он на менеджера нашего кричит.

— Где я могу пересидеть то время, пока мистер Гласс будет ликвидировать бунт на корабле?

— Посидите со мной в приемной. Если хотите, могу предложить вам чай или кофе.

— Чашечка кофе была бы в самый раз, — мечтательно произнес я, прислушиваясь к тому, как за перегородкой сыплются искры и угрозы.

Я едва успел сделать пару глотков не самого лучшего кофе, как мимо выскочил взволнованный мужчина в помятом клетчатом пиджаке. Вслед ему донеслось грозное:

— Чтоб духу твоего тут больше не было! Уволен без выходного пособия!

— За что его так? — поинтересовался я у секретарши.

— Да сдал квартирку одной семейке. Он думал, их всего четверо — муж, жена и двое детей, а они перевезли целую ораву родственников из деревни. Там теперь человек тридцать живут, остальным квартиросъемщикам не дают покоя: шум, гам на весь дом, ребятишек уйма носится. И главное, денег с этой семейки не содрать и выгнать невозможно — договор на год вперед подписан.

— Да, не повезло парню, — сочувственно протянул я.

— А с ним вечно какая-нибудь несуразица происходит, — отмахнулась секретарша. — Не человек, а ходячее недоразумение. Если бы я вам рассказала обо всем, что этот типчик учудил за время работы на мистера Гласса — книгу написать можно.

— Тогда я знаю, к кому обратиться, если решу стать писателем, — улыбнулся я. — Вроде бы ваш начальник освободился. Я могу зайти?

— Думаю, что да. Мистер Гласс вспыльчивый как порох, но очень быстро остывает. Правда, остыв, он превращается в глыбу льда.

— Тогда я пошел. Скрестите ваши прелестные пальчики на удачу.

— Скажете тоже, — фыркнула секретарша. — Не хватало еще маникюр испортить.

Мистер Гласс выглядел так, словно страдал несварением желудка. Мое появление не прибавило ему настроения.

— Вы по какому вопросу? — деловито осведомился он, роясь среди папок, коими были заставлены несколько высоких стеллажей.

— Я ищу сестру, — начал я.

— У меня риэлтерская контора, а не бюро находок.

— Спасибо, я умею читать, что написано на вывесках. Сестра снимала квартиру в одном из ваших домов, — я назвал адрес. — Теперь она съехала. Может, вы знаете куда?

— Не знаю и знать не хочу, — раздраженно буркнул Гласс. — Молодой человек, не тратьте ваше время. От меня вы ничего не узнаете.

— Я заплачу за информацию, — произнес я, вынимая бумажник из внутреннего кармана пиджака.

— Я вам ничего не скажу, — уже со злостью бросил риэлтор. — Если вам больше ничего не нужно, то, пожалуйста, покиньте помещение, иначе вызову полицию.

— Не стоит звать полицию: они могут принять вас за жулика и арестовать, — сказал я и, хлопнув дверью, вышел из офиса.

Мне удалось догнать уволенного менеджера уже на улице. Бедняга брел с видом побитой собаки, не разбирая пути.