Темная сторона медали - Сергей Мусаниф

– Если такое случится, ты будешь первым эксплуататором Властелинов Тьмы, – сказал я. – Как это должно льстить твоему самолюбию!

– С тех пор как я дал автограф бомжу, который нашел мою книгу на помойке и опознал меня по фотографии, моему самолюбию польстить уже невозможно, – сказал Серега. – Знаешь, я думаю, надо затащить сюда раскладушку и спать по очереди. А то к утру мы будем просто никакие, и нас можно будет брать голыми руками.

– Разумная идея, – согласился я, – Чья очередь первая?

– Моя, – сказал Серега. – Ибо что-то мне подсказывает, что в ближайшее время ты все равно не заснешь.

Человек привыкает ко всему. Даже к постоянному чувству опасности. К трем часам ночи я настолько вымотался от ожидания и так хотел спать, что меня действительно можно было брать голыми руками.

Словно почувствовав исходящие от меня флюиды, Серега проснулся, отобрал у меня обрез, спустился на кухню, заварил себе кофе и отправил меня спать. Чувствую, рыть мне завтра этот чертов септик.

Я проснулся посреди сожженной деревни. К счастью, это была не та деревня, где стоял двухэтажный кирпичный особняк и рыл канализацию склонный к азартным играм и спиртным напиткам писатель.

Деревня была небольшая, домов двадцать. Точнее, двадцать черных, обуглившихся остовов, над которыми курился слабый дымок. В воздухе пахло гарью и подгоревшим мясом.

Я посмотрел на небо, затянутое облаками. Внимательно огляделся вокруг. Ни души. Одна только надежда, что я еще сплю.

– Нравится? – спросили из-за спины.

Я резко обернулся. Мгновением раньше сзади никого не было, а теперь там стоял тип в черном балахоне. Лицо его скрывал капюшон.

– Очень нравится, – сказал я. – Кто тут поработал над дизайном?

– Ты.

– Что-то я ничего подобного не припомню.

– Это картинка из твоего недалекого будущего.

– Круто, – восхитился я. – А ты кто?

– Ты можешь удивиться, но я – это ты в недалеком будущем.

– Устал я удивляться, – сказал я. – И что тебе, то есть мне, от меня надо? Тоже уговаривать будешь?

– Не дождешься, – сказал он. То есть я. То есть он-я. Короче, фиг знает кто.

– А чего тогда ты мне снишься?

– Это ты мне снишься, – сказал он.

– Так ты спишь?

– Естественно. Я же не могу видеть сны наяву.

– Я тоже сплю.

– Значит, мы оба спим и снимся друг другу. Классно!

– Слушай, а что ты в прикиде таком странном ходить?

– Не знаю, – сказал он. – В первый раз такой вижу.

– Или ты прячешь от меня мое же лицо? У меня там что, ожоги дикие? Или еще что-нибудь в том же роде?

– Насколько я помню, нет. – Он поднял руки, немного повозился со шнурком и откинул капюшон назад.

Действительно, я в не столь отдаленном будущем. Ни седины в волосах, ни морщин на лице, ни особой мудрости в глазах. Я и я, только лет на несколько постарше.

– Чего хотел-то? – спросил я.

– Ничего, – сказал он. – Не предпринимал никаких усилий, чтобы ты мне приснился. Это, знаешь ли, как-то само собой вышло.

– И как там, в будущем? – спросил я. – Хреново?

– А как в прошлом? – спросил он. – Насколько я помню, тоже не очень сладко.

– Не говори, – согласился я. – Хотя нет, говори. Расскажи, как ты из всего этого выполз и чем дело кончилось.

– А оно не кончилось, – сказал он. – Честно говоря, я тебе ничего посоветовать не могу. Видишь ли, я – это совсем необязательно ты.

– Минуту назад ты утверждал обратное, – сказал я. – И лица у нас похожи.

– Я – это один из возможных вариантов тебя, – сказал он. – Потому что, насколько я помню, мне в прошлом такие сны, как тебе сейчас, не снились. Следовательно, ты можешь сделать что-то, чего не сделал я, и станешь не мной, а кем-то еще.

– Ты меня совсем запутал.

– Ну извини. Вообще, ситуация у тебя препаршивая. Граф давит?

– Уже нет.

– Не слушай графа, – сказал он. – Он – хороший слуга и советник, но что касается фатализма, тут его просто заносит. Он говорит, что выбора у тебя нет, правильно?

– Было такое.

– Он не прав. Выбор есть, только очень уж поганый, на данный момент у тебя есть два варианта развития событий и оба они ведут в тупик. В одном варианте ты остаешься на Земле и тебя рано или поздно убивают. В другом варианте ты возвращаешься в мир, в котором был рожден, и тебя тоже убивают – правда, значительно позже.

– А есть такой вариант, в котором меня не убивают?

– Есть, – сказал он. – Но не думаю, что его можно осуществить на практике.

– Хотя бы намекни.

– Намекаю, – сказал он. – Ты возвращаешься в свой родной мир и учиняешь с ним вот это. – Он обвел рукой то, что осталось от деревни. – Тогда тебя уж точно никто не тронет. Некому будет.

– Ты пошел по этому пути?

– Нет, – сказал он. – Пока нет. Но я раздумываю.

– Понятно, – сказал я.

– Ни хрена тебе не понятно, – сказал он. – Вопрос не в том, что я думаю, как это можно сделать. Варианты существуют. Вопрос в том, стоит ли. И вправе ли я.

– Я вижу, ты еще не стал Сауроном до конца, – сказал я. – Тот вопросами не терзался. Кольцо на палец, и в бой.

– Завидую я Саурону, – сказал он. – Всех проблем – два хоббита и волшебник с меняющимся окрасом. Тут у меня Хранителей гораздо больше.

– Сочувствую, – сказал я.

– Себе посочувствуй.

– Здоров ты спать, – сказал Серега, когда я свесил ноги с раскладушки и придал своему телу вертикальное положение. – Знаешь, который теперь час?

– Который?

– Половина одиннадцатого.

– Так рано же.

– Это у вас в городе рано, – сказал коренной москвич. – А у нас в деревне утро начинается с рассветом.

– Так ты уже роешь, что ли?

– Я не рою, – сказал он. – Потому что охраняю твой сон. И вообще, ты мне помочь обещал.

– И ты с трех ночи не спишь?

– Спецназ на посту не спит, – сказал он.

– Все время тут сидел?

– Отлучался пару раз выпить кофе или вернуть его природе, – сказал Серега. – Но в общем и целом был здесь. А кстати, троих Хранителей я похоронил под забором.

– Не забыл помочиться на их могилы?

– За кого ты меня принимаешь? – возмутился Серега. – За варвара, что ли? Конечно, не забыл.