Человек из Утренней росы - Антон Огнев

Все чаще думала Фелисса о своем счастье, и все ближе казалось оно. Вот и теперь, собирая ягоды с Вириной, девушка улыбалась своим мыслям. «О чем, о чем ты думаешь?» – допытывалась подруга, но Фелисса только весело смеялась, отбегая от нее на несколько шагов и наклоняясь за очередным земляничным сердечком.

Наполнив небольшие корзинки доверху, девушки занесли лесные дары домой к Фелиссе и побежали к Хрустальному озеру. День был в самом разгаре, и солнце жарко припекало. Даже тонкое облачное покрытие, стянутое местами в тучевые складки, и слабый ветер не спасали от горячих объятий солнечного света.

Когда долгожданное водяное зеркало, манившее множеством солнечных зайчиков, прыгающих по его поверхности, оказалось так близко, что уже можно было разглядеть в его отражении каждое дерево и каждый куст, Фелисса разулась, сбросила с себя верхнее платье и присела на краю озера. Девушка смотрела на свое отражение и чему-то удивлялась, будто увидев себя в первый раз. Затем Фелисса легонько провела рукой по воде, отчего едва заметные волны побежали в разные стороны. Вода у самого берега была теплой. Вирина же не стала проверять ее температуру и быстро забежала в озеро, обдавая брызгами Фелиссу.

– Скорее! – громко позвала она. – А то вода высохнет!

И Фелисса, прислушавшись к совету подруги, бросилась следом в прохладный свет отраженного солнца.

Вдоволь накупавшись, девушки присели на берегу. Вирина заплетала косы, а Фелисса обхватив колени, снова смотрела на озеро.

– Скажи, тебе нравится Тифей? – спросила спустя какое-то время Вирина.

– А почему ты спрашиваешь? – удивилась Фелисса.

– Потому что вижу, что да!

– Но все-таки – почему? Неужели это так заметно?

– Поверь мне, если правильно смотреть, то увидеть можно очень многое… По-моему, ты ему тоже очень нравишься.

– Правда?!

– Вот ты себя и выдала!

Фелисса покраснела и на миг опустила глаза, но тут же вскинула голову. Радостные огоньки в ее очах развеяли последние и без того практически несущественные сомнения Вирины.

– Он такой… Такой замечательный! Ты правда думаешь, что…

– Да. И не только думаю, так оно и есть. Разве ты сама этого не замечаешь? Или же книжное томленье приятнее счастливых объяснений? Если хочешь узнать правду – спроси! Спроси его об этом.

– Но что, если… И спрошу! Вот увидишь, – с решимостью и задором заявила Фелисса. – И если ты оказалась неправа!..

– Можешь отрезать любую из моих кос!

– Хорошо!

Обсохнув на солнце, подбадривая друг друга различными шутками, девушки начали одеваться. Когда Фелисса облачилась в платье и нагнулась, чтобы поднять с земли свой поясок, она заметила на траве тонкую золотую ленточку, словно специально оставленную рядом с одеждой.

«Кто бы мог ее тут обронить?» – подумала девушка и, притронувшись к находке, вскрикнула от внезапной боли.

– Что там? – спросила Вирина.

Она тут же отпрянула в сторону, едва заметив около подруги оранжевую змейку. Смерив свою жертву и ее спутницу холодным взглядом маленьких глаз, золотая лента скрылась в траве. Фелисса вопросительно смотрела на Вирину, а та в свою очередь полными мольбы глазами смотрела на свою подругу:

– Фелисса, ты ведь просто испугалась? Да? Ну скажи мне, скажи. Это так? Она ведь… не укусила тебя?

Но Фелисса молчала. Странным пустеющим взглядом она уставилась в землю. Еле шевеля побледневшими губами, девушка прошептала какие-то слова. Вирина вздрогнула. Она вдруг заметила, что Фелисса очень осторожно держит свои руки.

– Нет, – с трудом разнимая сомкнутые губы, произнесла Фелисса и протянула подруге дрожащую левую ладонь. На безымянном пальце двумя яркими маленькими рубинами горели капельки крови. – Укус… си… ла, – из последних сил сказала она, медленно, словно в каком-то кошмарном сне, падая на бок.

Вирина, искренне надеясь на чудо, склонилась над Фелиссой – девушка еще дышала, ее веки слегка подрагивали, сердце билось тихо-тихо, но билось. Билось! Значит, не все еще потеряно, значит, надо спешить. И Вирина спешила: не разбирая дороги, она бежала прямиком к высокому терему.