Проклятие рубина - Роберт Энтони Сальваторе

Первое, что он заметил, когда очнулся, было отсутствие ветра. Он провел бессчетное количество часов, лежа на решетке дымохода. И все это время, даже находясь в полубессознательном состоянии, дворф слышал свирепые завывания ветра. Ненадолго приходя в себя, он мысленно переносился назад, в родную долину, служившую ему домом в течение почти двух столетий. Но рев ветра нисколько не успокаивал его, лишь неустанно напоминая о сражении и о том, что, пожалуй, это последний звук, который ему суждено слышать в этой жизни.

Но сейчас ветра слышно не было. Тишину нарушало лишь потрескивание горевшего где-то поблизости костра. Бренор с трудом поднял необычайно отяжелевшие веки и осмотрелся по сторонам, пытаясь сообразить, что с ним и где он находится. Ему было тепло и уютно. Плотно укутанный шерстяным одеялом, дворф лежал на кровати внутри какого-то дома: пламя горело в камине, а не в костре.

Бренор скосил глаза и увидел разложенную возле камина воинскую амуницию.

Его доспехи и оружие!

Однорогий шлем, сабля Дзирта, мифриловый панцирь, новый боевой топор, сверкающий щит… А он лежал под одеялом в одной шелковой ночной рубахе.

Почувствовав себя вдруг крайне беззащитным, он рывком натянул одеяло до подбородка.

От резкого движения закружилась голова, нахлынула волна вязкого мрака, и мысли дворфа беспорядочно заметались по кругу. Он тяжело откинулся на подушки.

Спустя какое-то время Бренор вновь пришел в себя – ровно настолько, чтобы успеть разглядеть склонившуюся над ним высокую прекрасную женщину. Длинные мягкие волосы, отливающие чистым серебром, скользнули по его лицу.

– Яд паука, – прошептала она. – Кого угодно убил бы, только не дворфа.

И тьма опять поглотила Бренора.

Вновь он очнулся лишь через несколько часов, чувствуя себя уже гораздо лучше. Решив не делать лишних движений, чтобы не привлекать внимания красавицы, он приоткрыл один глаз и осмотрел комнату, прежде всего глянув в сторону камина. Убедившись, что его доспехи лежат на прежнем месте, дворф медленно повернул голову.

В комнате была всего одна дверь. Женщина, которую он видел раньше, хотя до сих пор сомневался в том, что это не призрак, стояла у двери и через небольшое окошко наблюдала за ночным небом. Ее волосы действительно оказались серебристыми, и Бренор понял, что это вовсе не игра света и тени и не плод его воображения. И серебро ее волос не имело ничего общего с сединой. Женщина эта, казалось, излучала волшебную жизненную силу.

– Прошу прощения у прекрасной дамы, – проскрипел дворф, с трудом выговаривая каждый слог.

Женщина вздрогнула и, обернувшись, встревоженно посмотрела в его сторону.

– Нельзя ли чего-нибудь пожевать? – спросил Бренор, никогда не изменявший своим привычкам.

Незнакомка пересекла комнату и, подойдя к дворфу, помогла ему усесться на постели. Волна мрака снова захлестнула его, но он сумел отмахнуться от нахлынувшей слабости.

– Только дворф способен выжить после такого, – восхищенно прошептала женщина, словно не веря, что дело пошло на поправку. Бренор покосился в ее сторону:

– Кажется, я тебя знаю, прекрасная госпожа, хотя не припомню имени.

– Сейчас это не важно, – ответила она. – Ты перенес тяжелое испытание, Бренор Боевой Топор. – При звуках своего имени Бренор еще больше скосил глаза и невольно покачнулся, но женщина не дала ему упасть и продолжала: – Я постаралась сделать с твоими ранами все, что в моих силах, хотя и боялась, что не успею должным образом обработать место укуса.

Бренор, опустив глаза, глянул на забинтованную почти до самого плеча руку и живо припомнил тот ужасный момент, когда ему пришлось схватиться с гигантским пауком.

– Сколько дней я провел в беспамятстве?

– Сколько ты пролежал на сломанной решетке дымохода, я не знаю, – ответила женщина, – но здесь ты находишься больше трех дней, и немудрено, что это не нравится твоему желудку! Потерпи еще немного, я приготовлю тебе поесть.

Женщина двинулась к камину, но Бренор схватил ее за руку:

– Где мы?

Женщина улыбнулась, и его пальцы разжались сами собой.

– В небольшой расселине, недалеко от того места, где дымоход выходит на поверхность. Я побоялась переносить тебя слишком далеко.

Бренор почувствовал себя окончательно сбитым с толку.

– Это твой дом?

– Ну что ты! – рассмеялась женщина. – Это всего лишь одно из моих творений. Причем временное. Когда ты почувствуешь, что у тебя достаточно сил для путешествия, дом исчезнет с первыми лучами зари.

И тут Бренор сообразил, с кем имеет дело.

– Ты – Повелительница Серебристой Луны! – закричал он.

– Да, я Аластриэль Ясная Луна, – сказала женщина, слегка кивнув ему. – Приветствую тебя, благородный король.

– Король? – горестно протянул Бренор. – Мой горный город навеки перешел в руки поганых серых дворфов.

– Ну, это мы еще посмотрим, навеки ли, – сказала Аластриэль.

Но Бренор не слышал ее слов. Дворф задумался, причем вовсе не о Мифрил Халле, а о своих друзьях Дзирте, Вульфгаре, Реджисе – и о Кэтти-бри, единственной в его жизни истинной радости.

– А мои друзья? – спросил он у Аластриэль. – Тебе что-нибудь о них известно?

– Успокойся, – сказала Аластриэль. – Они благополучно выбрались наружу. Все до единого.