Обречённая - Морган Райс

Калеб и Сэм шли через холл полицейского участка, приближаясь к справочной, когда Калеба посетила пугающая мысль: а что если всё это правда? Что если Скарлет – вампир? Как он её остановит? Придётся ли ему её убить? От этой мысли холод пробежал по спине. Нет, этого он никогда не сделает, уж лучше убить себя.

И тут Калеба посетила другая мысль: что если и Кайл стал настоящим вампиром? Как же он его убьёт? Говорят, вампиров нельзя убить обычным способом, но как их убить Калеб не знал. Серебряные пули? Кол в сердце?

Неужели он явился на драку безоружным?

Подходя к стойке, он увидел перед собой мрачного полицейского в возрасте за пятьдесят, с седеющими волосами и широкой челюстью. Офицер неодобрительно смотрел на него, хотя Калеб был знаком с ним почти всю жизнь.

«Шеф», – поприветствовал Калеб, кивая.

Обычно приветливый начальник устало посмотрел на него в ответ. Взгляд его был холодным и тяжёлым.

«У нас нет новой информации по твоей дочери, – сказал он. – Я же сказал, что позвоню, как мы что-нибудь узнаем».

Калеб покачал головой.

«Я здесь не поэтому, – сказал он. – Ну, по крайней мере, не совсем».

Шеф злобно взглянул на Калеба.

«И почему? Сегодня не лучший день для праздных визитов».

«О чём вы? – удивлённо спросил Калеб, почувствовав витающее в участке напряжение. – Что случилось?»

Офицер покачал головой, и Калеб увидел в его глазах слёзы, не понимая, что происходит вокруг: раньше, за все двадцать лет их знакомства, он никогда не видел, чтобы шеф отделения проявлял эмоции.

«Двое полицейских, – сказал мужчина, – были убиты».

Калеб расстроился.

«Соболезную, – сказал он. – Как это произошло?»

Шеф вновь покачал головой, сдерживая слёзы.

«Это касается дела твоей дочери», – ответил он.

Сердце Калеба забилось быстрее. Ему вдруг стало страшно.

«Моей дочери? – спросил он. – А как Скарлет со всем этим связана?»

Офицер вздохнул.

«Извращенец, которого мы арестовали в баре, – пояснил он. – Кайл. Ребята везли его в участок, и он сидел на заднем сиденье. Каким-то образом ему удалось снять наручники. Даже не представляю, как он это сделал. Такого раньше никогда не случалось. Он убил двух наших ребят. Вот так».

Новость поразила и испугала Калеба. Кайл выбрался из полицейской машины и убил двух офицеров в одиночку и без оружия.

Это было пугающе и экстраординарно.

«Как только я найду этого ублюдка, я его убью, – сказал шеф. – Клянусь, что так и сделаю».

«Найдёте его? – переспросил Калеб. – Что вы хотите сказать? Я пришёл, чтобы поговорить с ним».

«Поговорить? – ответил шеф. – Ты с ума сошёл? Этот парень – хладнокровный убийца. Как я и сказал, его здесь нет».

«Как это нет? – не унимался Калеб. – Куда его перевели? Мне нужно с ним поговорить».

Офицер покачал головой, наклонился и ударил ладонью по стойке.

«Ты не понимаешь, – отрезал он. – Кайл сбежал. Сбежал».

«Сбежал?» – ошеломлённо повторил Калеб.

Шеф кивнул.

«Всё моё отделение, полиция штата и даже федералы ищут его. Мы поймаем этого сукина сына и сделаем это до конца дня».

Калебу хотелось ему верить, но в душе он понимал, что если им удастся найти Кайла, то они сами станут его новой жертвой.

* * *

Калеб ехал по Шоссе 9. Сэм сидел на пассажирском сиденье. В голове Калеб вновь и вновь прокручивал разговор с шефом полиции. Он отказывался верить тому, что услышал. Всё казалось до тошноты реальным. Если где-то в этой чуши скрывалась правда, то ему не очень хотелось в неё верить. Он хотел услышать, что Кайла поймали, и что он был обычным преступником. Калеб не хотел слышать о его побеге. Он не хотел слышать об убийстве полицейских.

И уж тем более Калеб не хотел слышать, что всё это было как-то связано с его дочерью. Калебу казалось, что шеф полиции ненавидел его и винил во всём происходящем.

«Ты не думаешь, что мы теряем время?» – спросил Сэм.

Калеб очнулся от собственных мыслей: «В последний раз его видели в баре «У Пита». Возможно, кто-то там может нам помочь. Хоть как-то помочь. Возможно, он сказал бармену, куда собирается дальше».

«Этот парень – убийца полицейских, – сказал Сэм. – Ты готов ко всему, когда мы его найдём? Потому что я готов».

Сэм открыл бардачок и достал оттуда небольшой пистолет. Он взял его в руки, ощущая вес оружия. Калеб удивлённо смотрел на друга. Ставки только что значительно возросли.

«Не знал, что у тебя есть пистолет», – сказал Калеб.

«Я никогда не брал его с собой, – ответил Сэм. – До сегодняшнего дня. Если мы найдём парня, который набросился на Скарлет, и он предпримет что-нибудь против нас, то мы с ним справимся».

Калеб кивнул.

«Я готов, – сказал он. – Не истрать все патроны. Оставь один для меня».

Калеб припарковался у бара, слыша, как гравий скрежещет под колёсами.

Припарковав машину, оба выскочили из неё и поднялись по расшатанным деревянным ступеням. Подходя к двери, Калеб повсюду видел оградительную ленту. Дверь была разбита, и казалось, в бар ударила бомба. Калеб не помнил, чтобы место выглядело так ужасно в последний раз, когда он здесь был. Неужели здесь произошло ещё что-то?

Калеб и Сэм вошли в то, что осталось от скрипучей двери, и оказались в плохо освещённом баре. Как ни странно, внутри всё выглядело даже хуже, чем снаружи: повсюду валялось разбитое стекло, будто здесь была перестрелка. Внутри никого не было, и везде виднелась оградительная лента.

Услышав шарканье ног, Калеб обернулся и увидел бармена. Он был весь покрыт синяками и царапинами, собирая куски стекла по полу и складывая их на барную стойку.

«Мы закрыты, – огрызнулся он, даже не взглянув на посетителей. – Вы что не видели табличку?»

Калеб направился к бармену. Сэм шёл рядом. Нахождение в баре возродило воспоминания о драке. И это место, и сам бармен были глубоко противны Калебу, потому что ассоциировались с местом, где чуть не убили его дочь.

«Нет, вы уже открыты», – сказал он.

Бармен потянулся за барную стойку и вытащил оттуда дробовик, наставив его на посетителей.

Калеб и Сэм резко остановились.

«Я больше никому не позволю разнести мой бар. Плавали, знаем. Вам обоим лучше убираться отсюда к чёрту».

Бармен не опускал ружьё, и Калеб замешкал, но отступать не собирался.

«Я бы с удовольствием это сделал, – ответил он, – но моя дочь пропала, и мне нужны ответы. Я решил, что только ты сможешь мне их дать».