Тень огня - Николай Степанов

Эдуард, шагавший позади мило беседующей парочки, с завистью смотрел им вслед.

«Везет же этому увальню! Он путешествует в компании симпатичной женщины, а я болтаюсь тут один. Прошлой ночью рядом были такие красотки! И тут Мишка-зануда со своими мнимыми опасностями. Подумаешь! Может, в его комнате кто-то и сыграл дурную шутку, зачем же другим страдать? И он еще вздумал проверять мою меткость в лесу! А я тоже хорош. Надо же было умудриться промазать в толстую ветку с двадцати метров!»

Марицкий шел, угрюмо прокручивая в голове неприятности прошедших суток, и злился на всех. На Гогу, на его Руену, на Михаила, даже на самого себя…

Вдруг из-за холма вылетели сразу три крылатые твари. Парень не успел осознать, что лук и стрела уже в его руках, что голова рундайца находится на прицеле… Звон отпущенной тетивы, вскрик чужака – все это заняло не больше секунды. Эдуард ловко наложил вторую стрелу, но две оставшиеся цели, резко поменяв траекторию, поспешили укрыться за деревьями.

Люди вооружились и по команде Ромкуша заняли круговую оборону. Однако больше атак не последовало. Все видели только мертвого рундайца с простреленной шеей, упавшего в полусотне шагов от расположения отряда.

– Молодец! – похвалил лучника Гравз. – Попасть в летящего рундайца – уже успех, а убить его одним выстрелом – просто чудо!

«Эльф» не ожидал от себя подобной прыти, но похвалу постарался принять как должное.

– Жаль, остальные слишком быстро попрятались, – гордо ответил он.

Многие подходили к студенту выразить свое восхищение. Даже Гога и тот не удержался:

– Ну Каланча, ты даешь! Я начинаю думать, что ты не такой уж и безнадежный, как мне казалось раньше.

– Спасибо за комплимент, но не стоило себя утруждать, – холодно ответил Эдуард.

– Только не вздумай зазнаваться, – предупредил Скальнов. – С большой высоты очень больно падать.

– Это ты у нас по небу путешествуешь, а я хожу по грешной земле.

Неизвестно, чем бы закончилась перепалка между двумя «сказочными персонажами», если бы не подошедший Ромкуш. «Гном» не стал слушать разговор владыки Баншама с «эльфом» и вернулся к Руене, мысленно дав себе зарок никогда больше не хвалить зазнавшегося студента.

– Достойный выстрел, – снисходительно похвалил князь. – Я вижу, Гравзу несказанно повезло с лучником. Но мне кажется, он недостаточно ценит такого меткого стрелка.

Последние слова князь произнес тихо, чтобы слышал только юноша.

Эдуард ожидал, что к нему подойдет и Михаил. Студенту очень хотелось услышать слова одобрения из уст именно этого человека, особенно после не слишком удачной стрельбы в лесу. «Эльф» даже вопрос заранее подготовил: «Ты продолжаешь сомневаться в моей меткости?» Но Сомов держался в стороне.

«Завидует, наверное. Ну и черт с ним! Подумаешь, командир нашелся! Ему бы только с уголовниками общаться!»

А Мишка в это время пытался разобраться с очередным непонятным «сюрпризом». Когда он приготовился к отражению атаки, обнажив меч, парню показалось, что с оружием что-то произошло. Оно как-то странно извлекалось из ножен. Да и в ладони ощущалось по-другому.

«Баланс, что ли, изменился? Но почему? Разве такое возможно?»

Сомов начал более внимательно разглядывать свой клинок.

«Ни единой зазубрины! – сделал он неожиданное открытие. – Будто его только вчера выковали! Неужели в Лурге есть такие мастера? Что же тогда получается? Они выкрали мой меч, чтобы за ночь сделать такой же? По-моему, это нереально. Да и зачем? Совсем ерунда выходит. Тем более что новый меч гораздо удобнее, да и сталь, судя по текстуре, неплохая. Я б еще понял, если бы мне взамен подсунули какое-нибудь барахло».

Улучив минуту, когда Эргант немного отстал от своего господина, Сомов направился к магу, чтобы посоветоваться:

– Можно с вами переговорить?

Чародей пребывал не в лучшем расположении духа, но в просьбе не отказал.

– Вчера мне вернули меч, но я абсолютно уверен, что это не тот, который пропал в Лурге.

– Точно! А ведь про меч я совсем забыл, – стукнул себя по лбу волшебник. – Спасибо, что напомнил. Можно взглянуть?

Михаил протянул оружие.

– Понимаете, он выглядит так, словно им ни разу не сражались, а Гравз подарил нам боевое оружие, прошедшее не одну битву.

– Откуда такая уверенность?

– Сами посмотрите: ни царапинки, ни зазубрины. Лезвие словно вчера полировали, и при этом клинок почти идеально входит не в свои ножны. Мой утерянный меч был очень похожим, но на нем имелось множество мелких зазубрин. Полагаю, что без волшебства тут не обошлось.

– Логично. Сейчас мы на него посмотрим.

Эргант провел ладонью сначала по одной стороне лезвия, затем по другой. Хмуро сдвинув брови, он прислонил клинок ко лбу.

– Очень странно, – задумчиво вымолвил маг, возвращая оружие владельцу.

– Вы что-то обнаружили?

– В том-то и дело, что нет. Помимо самых обычных заговоров, характерных для лучших клинков Кантилима, я больше ничего не отыскал.

– Что за…

– Это простые охранные заклинания, не позволяющие другим магам настроить оружие против своего владельца. А насчет царапин и зазубрин ты особо не беспокойся. Металл этого меча можно поцарапать разве что алмазом.

«Вас обманули, вам дали лучше, – в голове у Сомова всплыла крылатая фраза Остапа Бендера. – Еще бы знать, за какие заслуги?»

– Откуда у Шермана этот меч? И зачем он мне его подарил таким странным образом?

– Пока не знаю, но постараюсь выяснить. – Волшебник в данный момент уже был твердо уверен, что брат Ромкуша не имеет никакого отношения к оружию Михаила, но делиться своими предположениями не спешил.

Наконец показались стены Баншама. Дозорные заметили пеший отряд и выслали навстречу полсотни всадников.

– С вами все в порядке, господин? – встревоженно спросил командир конников.

– Как видишь, – ответил Ромкуш. – А у вас что стряслось в мое отсутствие?

– Из Лурга прискакал израненный воин, – спешившись, доложил всадник. – Они попали в засаду, и ему единственному с трудом удалось пробиться. Остальные, скорее всего, погибли. Боец высказывал опасения, что вас постигла та же участь.

– Он сказал, сколько было нападавших?

– Не меньше сотни.

– Разбойники?

– Не похоже. В засаде участвовало несколько колдунов.

Местные чародеи никогда не выступали на стороне промышляющих разбоем, и это сразу наводило на мысль о могущественных силах, устроивших засаду.

– Где он? – строго спросил князь о выжившем.

– В лазарете. Под наблюдением наших лекарей.