Укрощение дракона - Маргарита Ардо

— Много. Счет не вели пока.

— Драконово общежитие получится… — пробормотала она и даже забыла добавить свое «милорд». — Можно готовиться к выносу мозга. А надолго?

— Я постараюсь выгнать Маркатарра как можно скорее. Но… не сегодня ночью, увы. Нужна подготовка.

— Да-а, — протянула Аня. — Это тебе не папуасы с копьями. Там та еще махина! Я видела: офигительно здоровенный монстр, как в «Парке Юрского периода». Только с крыльями и подсветкой.

Иррандо не стал выяснять, что за парк и кто такие папуасы, но обрадовался, что Аня заговорила, как прежде, на своем залихватско-разбойничьем. Значит, правильную тактику выбрал!

— Замок большой, — продолжал дракон. — Всех надо разместить. Я силен в битвах, но не силен в таких делах. Поможешь мне?

В Аниных глазах промелькнул интерес и что-то еще, но она спросила:

— А разве нет людей более опытных?

— Думаю, никто не справится лучше тебя. Я видел, как ты превратила в считаные часы гостиную из заброшенной в жилую. И потом… у тебя статус выше прочих.

— Разве у меня есть статус? — оторопела Аня.

— Разумеется. Что может быть выше, чем имя избранницы Ока? — выпалил Иррандо.

Аня моргнула и задумчиво провела концом кочерги по песчаной дорожке.

— Избранница Ока? — пробубнила громко дочка кузнеца, как в барабан бухнула, не зная, что в голове Иррандо ее счет на конфеты пополнился. — А чего ж ты сказала, что просто Аня? Око простых не выбирает! — и… слегка поклонилась.

Чужестранка сглотнула и пожала плечами. «Откажешься? Тогда возьму за шкирку и унесу, — в нетерпении подумал Иррандо. — Посажу под замок, чтобы завтраком Маркатарру не стала. И все».

Но Аня подняла на него глаза и пробормотала:

— А ты… вы… расскажете, какие у вас порядки? А то рискуете получить студенческое общежитие с пижамными вечеринками, йогой и феминистками.

— Это страшно?

— Очень.

Мы с драконом сидели на лестнице террасы у замка и беседовали. Даже странно, что не ругались. Киррена осталась в гостиной и уминала за обе щеки конфеты, которые Лонтриэр извлек из корзины, что стояла тут с обеда.

Вокруг нас разлилась ночь. Фиолетовые цветы размером со спутниковую тарелку сияли по краям и в центре, источая запах венских булочек. То тут, то там мелькали дриэррские светляки, вспыхивая, как гирлянды на елке. Шумел ветер в ветвях, кружил над садом опавшие, мерцающие розовым лепестки с какого-то дерева, угасающие с течением секунд. Бездонная синь над нами отражалась звездами и тремя лунами, к которым я уже начала привыкать.

— В нашем королевстве главное место занимают мужчины, — говорил дракон и поглядывал на небо. А я — на него.

Мне все больше казалось, что я вижу замаскированные под морду ящера черты лорда Лонтриэра. Словно над его точеным лицом от души постарались киногримеры или создатели спецэффектов. Особенно меня поражали глаза — они были такие же, с тем же ромбовидным зрачком и красной окантовкой карих радужек, разве что гораздо больше размером. Без кольчуги корпус дракона выглядел не чешуйчатым, а гладким, как атлас цвета молочного шоколада. С четко очерченными узлами мышц. Мой взгляд то и дело касался еле заметных голубоватых латок на месте ран.

— Вам не больно, милорд? — спросила я. — Может, надо отдохнуть?

— Все в порядке. Ночи теперь не для отдыха. Возможно, утром… — Он мельком взглянул на меня и отвел глаза. — И мне было бы комфортней, если бы ты снова называла меня на «ты».

— Хм… не знаю, — честно призналась я. — Не требуйте от меня больше, чем я могу. Пока все эти превращения — человек-дракон, дракон-человек — мне сносят мозг.

Он недовольно повел носом, но буркнул:

— Ладно.

— А Маркатарр не летает утром?

— Нет, он не любит солнечных лучей. Это исчадие мрака.

— Он тоже… оборачивается? Как вы? — осторожно спросила я.

— Есть разные посланники. Зависит от ранга.

— То есть это не просто хищники, а существа с сознанием, должностью и социальным статусом?

— В принципе да. Но продолжим о нашем мироустройстве, если тебе еще интересно.

— Да-да, я слушаю.

— На Дриэрре место женщины — дом, семья, хозяйство. В крайнем случае — семейное дело.

— Патриархат, значит, — вздохнула я. — Так и думала. Ни права выбора, ни профессии, да?

— Так заведено испокон веков. Это обеспечивает порядок, — склонил голову чуть вбок дракон, удивленный вопросом. — Разве у вас не так?

— Нет, — замотала я головой. — У нас и женщина может стать начальницей, и мужчина. Кто чем хочет, тем и занимается. А вот драконов и оборотней нет совсем, только в сказках. Ну и фэнтези всяком. Я, к примеру, работала в офисе секретарем на полставки и училась на юриста.

— Что это за наука?

— О законах. То есть после учебы я бы могла стать юристом — консультантом по законам в какой-нибудь конторе, адвокатом. Или даже судьей. А может, к папе пойти работать — в полицию.

— Ты?! — вытаращил глаза дракон. — Разве место юной, красивой деве рядом с разбойниками?!

Я чуть не поперхнулась воздухом — он сказал «красивой»? Я не ослышалась? В голове раздалось восторженное скандирование, свист и оглушительные аплодисменты, как на стадионе во время концерта. Я представила себя на месте популярного мема «Тони Старк» в лучах прожекторов, сердце забилось как сумасшедшее от радости… Но виду я не подала.

— Может, и не место. Я не задумывалась. Работа как работа.

— Странно, — задумался дракон. — Дева должна быть дома.

— Еще скажи: потомство приносить, — хмыкнула я.

— А как же? — надулся от важности дракон. — В этом назначение женщины. Слушаться мужа, доставлять ему радость, служить ему и взращивать потомство.

Я закатила глаза и цокнула языком.

— Омг! Вам реально феминизм тут не помешает.

— Что это такое?

— Борьба женщин за равные права.

— Что за вздор?! Зачем женщине права, если у нее есть достойный муж?

— Затем, чтобы не говорил: принеси потомство и катись куда хочешь! — парировала я.

Дракон насупился и выпустил из ноздрей белый пар, но извиниться за тот случай и не подумал. Прожекторы в моей душе погасли, и я завелась:

— А между прочим, если вы не задумывались, милорд, у женщин тоже есть мозги, ловкость, желания и чувства. И достоинство. Понятно, милорд?

— Аня, сколько можно…

Я встала и сказала сурово:

— Сколько нужно. Для справки: я согласилась вернуться сюда, чтобы помочь. Потому что какой-то черный урод охотится на людей. И меня как личность, как человека и даже как еще неслучившегося, но все-таки юриста это возмущает до глубины души. Я готова приложить все силы, пока нахожусь тут, чтобы с этим бороться. — Я уперла руки в боки. — И еще: когда меня нормально просят, я нормально реагирую. Когда мной командуют, я тянусь за кочергой. Чтобы не было иллюзий, поступим так: к друг другу на «вы». Я зову вас «милорд», вы меня — Анна Валерьевна. Хотя нет, это сильно длинно. Пусть будет леди Анна. Отношения сугубо деловые. Это ясно?