Невеста на удачу, или Попаданка против! - Ирмата Арьяр

С этими словами я обошла потерявшего дар речи насмешника и двинулась обратно к Орияр-сити, и не думавшему исчезать. Вот делать мне нечего, как туда-сюда носиться! Впрочем, делать-то и правда нечего.

— Только я не понимаю, сэр рыцарь, как мы попадем в замок, если его нет?

— Подождите-ка, мэйс, — отмер Кенз и быстренько догнал меня, жестоко понукая осла каблуками сапог. — Вы что, и сейчас не видите его?

Вижу, но не скажу.

— Не притворяйтесь! — возмущенно воскликнул рыцарь, не дождавшись ответа. — Его сиятельство снял защиту и открыл замок для вас, вы должны сейчас видеть его настоящий облик!

Так вот в чем дело! Значит, боб тут ни при чем? Но следующие слова Кенза поубавили ясности:

— В тот момент, когда я выехал из ворот, перед вами должен был предстать истинный Орияр-Дерт. Откройте глаза пошире, мэйс, и не держите меня за дурака!

Получается, я все-таки увидела замок на пару минут раньше! А значит, варианта остается два: либо мне открыл глаза боб, либо «вьюнок». Был еще один, но мне о нем совсем не хотелось думать, внутри все обрывалось: душа Тирры начала отвоевывать свое тело.

— Я что-то вижу, похожее на кучу слепленных вместе замков, — призналась я, вызвав насмешливое фырканье Кенза. — Но как я могу верить своим глазам, если только что ходила там, внутри крепостных стен, и не наткнулась ни на одно здание? Поэтому я думаю, это мираж. Голову напекло, вот и мерещится всякое.

Рыцарь с облегчением выдохнул.

— Уфф, а я-то подумал, что вы совсем… Короче, магия этого замка такая, что сумасшедший его не увидит и не войдет, даже если хозяин захочет. Более того, если хозяин Орияр-Дерта вдруг сам сойдет с ума, замок его выкинет и уже не впустит, а вероятнее всего, уничтожит.

Тут онемела я. Кенз, довольный произведенным впечатлением, словно он лично уничтожил всех предыдущих хозяев Орияр-Дерта, слез с ослика и пошел рядом со мной, ведя обоих длинноухих мохнатышей в поводу.

— Да-да, уничтожит, — смакуя, повторил он. — Страшнее мага-безумца, обладающего фамильной силой Ворона, может быть только маг-безумец внутри замка с его уникальным… э-э-э… наследием. Поэтому замок уходит.

— Как уходит? Со всеми жителями? Куда?

— Жители, уверяю вас, даже не почувствуют. Орияр-Дерт — сплошная магия. Его защита совершенствовалась тысячелетиями, ведь наш замок существует на границе миров.

Я даже остановилась. Опять надо мной смеются? Но даже тени насмешки не было в травянистых глазах рыцаря.

— Как это — на границе миров? — спросила я. — Каких миров?

— Нашего и Нижнего, конечно. Где демоны живут.

— Ах, этих… — Я направилась вперед.

— А ты о каких подумала?

— Вы. Обращайтесь ко мне на «вы», сэр Кенз, — нахмурилась я. — Я дама и дочь рыцаря, и мой статус…

— Понял, понял, не продолжайте, мэйс Вирт! — И парень, полуотвернувшись, добавил себе под нос: — Ну и зануда!

Ха! Знал бы он, какой комплимент сделал моим актерским способностям! Старые девы только занудами и бывают. В роль-то я вошла, но главное, не забыть потом выйти.

— Сэр, а со стороны демонов на замке тоже иллюзия или силы зла видят его во всей красе?

— Это была не иллюзия, мэйс. Это была одна из многих магических пространственных ловушек, которыми окружен Орияр-Дерт. Вы видели пустой склон, демоны видят другую картину. То, что предстает перед вами, лишь вещественные отражения замка. Они одинаково реальны, как декорации на театральном круге. Впрочем, вряд ли в вашей деревне был театр, а вот в столице я видел… — И Кенз честно попытался объяснить, что собой представляет сцена Королевского театра. — Круг мигом поворачивается, и зритель видит новую сцену: пустой склон холма или огненный вулкан, одинокую башню или целый город.

Ведь может же разговаривать по-человечески, покосилась я на рыцаря.

Без шлема он казался совсем молодым, лет восемнадцати. Густые светлые кудри обрамляли приятное скуластое лицо, открытый взгляд зеленых глаз в любое мгновение мог стать по-лисьи лукавым, но серьезно настроенный юноша не производил впечатления хитреца. В его возрасте еще в оруженосцах ходят. А он уже посвящен. Значит, за какие-то важные заслуги.

— А как же вы не путаетесь в таком многоликом замке? — изумилась я.

— Так у нас-то есть ключ, и у каждого живущего в Орияр-Дерте он индивидуален. Только айэ и рожденные в замке люди могут видеть его таким, какой он есть. Именно поэтому все дороги сюда перекрыты порталами, а вся местность укрыта пологом искажения, чтобы нелюдей подальше держать.

Я повертела головой. Травка зеленеет, солнышко блестит. Где тут полог искажения?

— Вот что вы там видите? — Рыцарь махнул рукой направо.

— Ложбину между голыми холмами и ручей.

— А на самом деле там мельница и запруда. А слева — большая деревня, за ней — еще одна.

— И все обитатели заперты? Они рабы?

— Почему же? Они свободны в перемещениях. Из деревень, да и из замка выйти можно куда угодно, хоть провалиться к демонам, если есть пропуск, конечно.

— И кто его выдает?

— В деревнях старосты. В замке — по уровням подчинения. Мне выдает сэр Гринд или его заместитель, а вам нужно будет спрашивать у милорда или у дворецкого, если милорд отсутствует. Мэйс Вирт, я уже на многие вопросы ответил. Теперь ваша очередь.

— Вы не открыли никаких особых секретов, не надейтесь выпытать их у меня, — усмехнулась я.

— Как это — никаких! — возмутился Кенз.

— Вы сказали мне только то, что уже известно и что вам позволил или даже велел сообщить милорд. Не так ли?

Парень бросил разыгрывать оскорбленную в лучших чувствах добродетель и от души рассмеялся. Вот и славно. Значит, перестал сердиться на меня за то, что граф зачем-то посадил его на осла.

— В вашей деревне все девушки такие проницательные? — спросил рыцарь.

— Уже нет, — опустила я голову. — Я осталась одна.

Кенз опять посерьезнел.

— Простите, мэйс. Я не хотел напоминать о постигшей вас трагедии. Язык без костей, мелет что попало, не серчайте.

— Не буду. Я стараюсь не вспоминать о потерянном доме.

Голос против воли дрогнул, а на глаза навернулись слезы. Но их никто не заметил.

— А сильно отличается жизнь на севере? — начался безжалостный допрос. — Вот, скажем, нежить часто нападала? И что вы там ели на болотах, если ни полей, ни лесов толком нет?

— Лягушек. — Мой тон был абсолютно серьезен, а взгляд невинен. В конце концов, в моем мире чего и кого только не ели люди. Дело привычки. — Крупные лягухи по вкусу не хуже цыплят. Еще змеиное мясо. Копченое или тушенное в грибной подливке. Только яд из змеи сцедить нужно, а то всякое бывает, как и с грибами. Мужчины любили пиявок жареных к пиву. А сушеные молодые тараканчики… Как семечки лузгаешь!