Жгучая ложь - Пирс Энтони

– Поделом разбойнику, – пробормотал аист. – Уж я-то знаю, каково это, когда ломают крылья.

Выбравшись на твердую почву, мы снова галопом понеслись на юг. Ну и дела, размышлял я на скаку, будет чем похвастаться перед детьми и внуками. Это же надо – разом отделаться от четырех драконов! Правда, должен признать, что у меня никогда не возникало желания повторить это славное приключение.

Впрочем, о внуках я задумался преждевременно. В небе появился еще один дракон, и его намерения относительно нас не вызывали ни малейшего сомнения.

– Деревья! – вскричал я. – Туда!

Впереди виднелась рощица, и я рассчитывал, что густая листва позволит нам укрыться от пламени. Но неожиданно Пука резко остановился.

– Ты что... – закричал было я, но тут понял причину.

Рощица находилась недалеко – и была недостижима. Между нами и ею пролегала пропасть с отвесными стенами, такая глубокая, что казалась бездонной.

– Это еще что такое? – растерянно пробормотал я.

– Провал, – отозвался аист. – Не понимаю, как я мог о нем забыть. Мне доводилось пролетать над ним сотни раз.

– Какой еще Провал? Вот и на карте ничего подобного нет, – ворчал я.

Виверн прицелился, и выпустил струю пламени. Пука отскочил но нас все же слегка задело.

Мне обожгло правую руку, а рукоять меча раскалилась, как кочерга в печи. Аисту опалило крылья. Сверток задымился, и огренок недовольно взревел. Пука совершил еще один скачок – и тут цепи соскользнули с его туловища. Я полетел вниз и так приложился головой о камень, что весь Ксанф закружился вокруг меня. Меч отлетел к краю пропасти – это последнее, что я видел. А потом я потерял сознание. Неловко признаваться, но такое случается, когда мне крепко достается по голове. Очнувшись, я по наклону тени определил, что времени прошло совсем немного. Мой талант действовал быстро, тем паче что повреждения были не такими уж страшными – всего-навсего ожог, да ушиб. Правда, при падении я сломал шею, так что пошевелиться пока не мог.

Неподалеку от меня валялся сверток, а рядом с ним обрывок цепи. Маленькое чудище ухитрилось-таки ее перегрызть. Чуть подальше лежал мертвый аист с обожженными крыльями. Пуки не было видно. Что ж, если он решил воспользоваться свободой, пусть ему повезет больше, чем мне.

Потом появилась тень – дракон возвращался. Это было хорошо для Пуки – за ним огнемет уже не погонится. Зато мне появление хищника ничего хорошего не сулило. Исцеление еще не закончилось, и я оставался совсем беспомощным. К тому же мой добрый меч запропастился – в том смысле, что полетел в пропасть. А отбиваться от огнедышащего дракона голыми руками безнадежно.

Сделав крутой вираж, виверн приземлился и неуклюже заковылял по земле – ноги у летающих драконов слабые. Добравшись до аиста, хищник проглотил его вместе с перьями, после чего направился к свертку.

Он уже распахнул пасть, когда узел раскрылся, и оттуда появилась волосатая лапа, сжимавшая обрывок цепи. Взмахнув цепью, огренок огрел дракона по носу, да так, что у того искры из глаз посыпались – я сам их видел.

Дракон заморгал. Потом зашипел и начал раздувать меха, намереваясь изжарить сверток вместе с содержимым.

В тот самый миг, когда пламя достигло нужной кондиции, из мешка высунулась безобразная голова огренка.

– Ррр! – проревел он прямо в морду дракону.

Если в Ксанфе и есть что-либо страшнее физиономии огра, так это его рычание.

От неожиданности дракон охнул – и подавился собственным пламенем. Драконий огонь обратился против него самого. Послышался треск поджариваемой плоти, и пламенная струя вырвалась у дракона из... из-под хвоста. От страшной боли во внутренностях дракон забился в конвульсиях и свалился в Провал.

Тут я почувствовал, что шея моя наконец исцелилась. Мне удалось сесть. Правая рука пока еще не действовала, но и она приходила в норму довольно быстро.

– Оказывается, и от огров бывает польза, – пробормотал я. Ведь как ни крути, именно этот волосатый уродец только что избавил меня от печальной участи. Не будь его, я превратился бы в драконье жаркое.

Послышался цокот копыт – возвращался Пука.

– Привет, давно не виделись, – сказал я, поднимаясь на ноги. – Значит, ли это, что я могу считать тебя прирученным?

Пука возмущенно фыркнул и взмахнул хвостом. Затем мотнул головой назад, Я посмотрел туда. Ну конечно, опять драконы. Они здесь просто кишмя кишели.

– Понял, – пробормотал я, разглядывая свою заживающую руку. – Мог бы сразу догадаться. Ты думаешь, я сумею и сам выпутаться, и тебя выручить.

Пука кивнул. Похоже, он верил в меня, кажется, даже больше, чем я заслуживал.

– Мда... – размышлял я. – Прежним путем нам не вернуться. И меч, к несчастью свалился в этот... как там его аист назвал... в Провал.

Огренок зарычал.

– Да-да, – отозвался я. – Аист мертв, а тебя необходимо доставить по назначению. Думаю, я просто обязан оказать тебе эту услугу.

Это напомнило мне об услугах, которыми мы обменялись с эльфессой Колокольчик. Подаренная ею карта сгорела, но теперь я, пожалуй, мог обойтись и без нее. Странно только, что на ней не было обозначено такое огромное ущелье, ведь эльфы весьма сведущи и щепетильны. Вот и аист вспомнил о Провале, только когда его увидел. Надо полагать, здесь не обошлось без магии.

Я посмотрел вниз с обрыва – отвесного и совершенно непреодолимого. Бросив взгляд на восток, я увидел реку. Она огибала выступ утеса и текла на север, где, как я уже знал, расширялась, превращаясь в обиталище водометов. Прежде мне никогда даже в голову не приходило, что река может течь по каменному ложу снизу вверх, но в Ксанфе частенько случаются совершенно невероятные вещи. Я слышал, будто путешествия расширяют кругозор, – в моем случае это было именно так.

– Может, пройдем там, – задумчиво пробормотал я, навьючивая узел на коня-призрака. Волосатая лапа тут же ухватилась за очередное звено цепи.

Мы направлялись на восток, к реке. По дороге я разрабатывал свою руку – к ней уже вернулась подвижность. Что ни говори, а когда путешествуешь по диким краям, иметь такой талант, как у меня, вовсе нелишне.

К счастью, мы достигли реки раньше драконов. Возле уступов она была довольно мелкой, слишком мелкой, чтобы в ней могли таиться водометы. Нам ничего не стоило переправиться на другую сторону – но сухопутные драконы могли сделать это с той же легкостью. Казалось, выхода не было. Если только... А что, не спуститься ли нам вниз, в Провал?

– Мы двинемся по мелководью, вверх по течению, – сказал я Пуке, вложив в свой голос куда больше уверенности, нежели испытывал на самом деле.

Когда мы подъехали к кромке воды, Пука прижал уши и заартачился. Мне пришлось спешиться и шагнуть с уступа первым. Раз... тело мое отвесно наклонилось, и я оказался по колено в воде прямо на скальной стене.