Инквизитор - Борис Конофальский

Честно говоря, солдат и сам уже об этом подумывал. Он уже решил взять Ёгана с собой. Волков понимал, что он с одной рукой он даже коня оседлать не сможет и рассматривал Ёгана как своего слугу. И думал о том, что крепкий мужик с копьем или арбалетом, стоящий за спиной, значительно облегчит жизнь отставному гвардейцу.

— Научу.

— Значит, берете меня в службу? — Заулыбался Ёган.

— Ну не бросать же тебя, дурака, на съедение сержанту, — ухмыльнулся Волков.

— Хочу научиться мечом…

— Владеть мечом — удел благородных. Сложное оружие. Долго учиться придется. А вот копье — оружие настоящего бойца.

— Копье? — Разочарованно спросил Ёган.

— Да, копье. При равном доспехе и равном опыте, копейщик всегда зарежет меченосца.

— Да неужели? А от чего все благородные носят мечи, а не копья.

— Благородные носят мечи, чтобы между собой драться. И смердов безоружных рубить.

— А еще для красоты, — добавил Ёган.

— Ну, не без этого.

— А я бы, все-таки, хотел мечом…

— Болван. Мечом овладеть — нужны годы. Нужно руку держать, кисть, плечо. Нужно опыта набраться.

— Руку держать? Это как?

— Нужна сильная кисть.

— Так у меня сильная! Я с вилами еще как управляюсь, могу целый день солому кидать.

— Пойдем-ка в харчевню, я покажу тебе, что такое надержаная рука.

Они зашли в харчевню, сели за стол друг напротив друга.

— Ставь локоть сюда, — сказал солдат.

— А… на ручках бороться хотите? — Обрадовался Ёган. — Ну, давайте.

Они взялись за руки.

— Ну, вали меня.

— Сейчас.

Ёган напрягся, и его рука тут же оказалась прижатой к столу.

— Как так? — Удивился он.

— Что?

— Давайте-ка еще.

Через секунду рука мужика была снова прижата к столу, а он возмущался:

— Да как так-то?

— А так, — отвечал Волков, — я солому целый день кидать не смогу. А вот меч в руке держу уже лет двенадцать или тринадцать. А в гвардии фехтование было у нас ежедневым занятием. И скажу тебе по секрету, по владению мечом я едва ли попадал в первую сотню.

— Не уж-то? А сегодня вы наших олухов вон как мечом проучили.

— Потому, что они олухи, и я застал их врасплох.

— А сколько лет нужно чтобы научиться мечом… Ну, как вы.

— Чтобы владеть мечом, нужны три вещи: мкорость и реакция, сильное плечо, и очень, очень, очень сильная кисть. Кисть у тебя не слабая, плечо хорошее, а вот скорости в тебе я не вижу. Тебе все что угодно подойдет, но не меч. Меч — оружие молниеносное и точное, а для тебя… секиры, чеканы, алебарды, молоты, копья. Копье лучше всего. Настоящее орудие убийства.

— А я бы, все-таки, хотел меч.

— Болван ты, вот что я тебе скажу. Иди, бери копье и маленький треугольный щит.

В харчевне никого не было. Пара мужиков храпела на лавках да кухарка гремела чаном.

Ламбрийское копье в шесть локтей, легкое, как игрушечное, но это вовсе не игрушка. Отличная сталь наконечника в локоть длинной, острое, как шило. И очень прочное. Древко легкое, идеальное, пружинистое.

— Добрая вещь, — рассмотрел копье солдат. — Никакая кольчуга не спасет. Жалко тебе такое давать, пока не научишься. Вставай чуть боком, левую ногу чуть вперед. Только не выставляй далеко. Зазеваешься — проткнут сразу. Щит, конечно, маленький, кавалерийский, но других нет. Поэтому подсаживайся. Щитом нужно работать все время. Чтобы и лицо, и пах мог прикрыть.

— Да как же это можно? Его же не хватит на все.

— Им надо работать. Давай к стене, сюда, — солдат подвел Ёгана к стене, указал на нее. — Тут лицо врага, тут пах, тут ляжки.

— Ага… И чё?

— Шаг вперед — удар в лицо.

Ёган послушно ткнул копьем в стену.

— Закрылся щитом, шаг назад. — Руководил солдат.

— А в живот не бьем?

— На животе панцирь. Шаг вперед, удар в левую ляжку, закрылся щитом, шаг назад. Шаг вперед, удар в пах, закрылся щитом, шаг назад.

Ёган все послушно выполнял.

— Шаг вперед, удар в левую ляжку, закрылся щитом, шаг назад. И еще раз то же самое в лицо.

— Сделал. — Отрапортовал Ёган. — Всё?

— До сколько умеешь считать?

— Да хоть до скольки.

— Ну, тогда повтори всё это триста раз.

— Триста?

— И давай пошевеливайся, ужин скоро.

Солдат сел на лавку и комментировал:

— А ты что прямо то стоишь? Мишенью работаешь? Подприсядь.

— Да ноги заломило.

— Так и должно быть.

В харчевне появилась Хильда. Она с любопытством наблюдала за Ёганом и спросила надменно:

— А чего вы это стенку каляете?

— Забава у нас такая, — сказал солдат. — Посидишь со мной? Выпьем пива или вина.

— Дурь какая-то, а не забава. А с вами сидеть мне не досуг. Авось не дура и не гулящая. — Фыркнула девица и ушла.

— Не останавливайся, — сказал Волков Ёгану. А сам поднялся себе в комнату, куда слуга снес вещи купца. В этих вещах он нашел самую яркую ленту. Рулончик он положил себе в кошель.

Брунхильда вытирала столы тряпкой.

— Хильда, — позвал ее солдат, — пойди, что покажу.

Девушка посмотрела на него настороженно и с подозрением.

— Чего еще покажите? Не пойду.

— Подарочек тебе.

Девушка ломалась, но уж больно хотело посмотреть, что за подарочек. Солдат достал ленту и положил на стол.

— Подарочек тебе, — повторил он.

Девушка бросила тряпку на стол, подошла.

— Чего это? За что?

— Да ни за что. Давай посидим, пивка выпьем.

— Мне папаша не велит с мужиками за столом сидеть.

— Так я и не мужик. Я солдат.

— Тем более. С вами, с благородными.

— Ну, бери просто так.

— Просто так? — Не верила девушка.

— Да, просто так.

— Ни за что? — Она все еще сомневалась.

— Это просто подарок. Ты красивая, хочу сделать тебе подарок.

— Прям уж, красивая. С синяками, в этих лохмотьях. — Хильда заметно покраснела.

— Да, красивая.

— Ой, да мне все это говорят. — Сказала девушка и коротким движением, как кошка, схватила ленту. И чуть отошла, боясь, как бы не отняли. Отойдя, она распустила ее, осмотрела и осталась ей довольна.