Квалификация для некроманта - Дарья Сорокина

– Несколько недель назад. Но не все так просто. Некоторые уходят навсегда. – Он сжал кулаки.

– Как это? – Натт все еще ощупывала тело ребенка, не веря увиденному.

– В любой миг, и ты не знаешь, когда спящие умирают. Вот мы сейчас разговариваем. А брат может… – Рамид осекся и прижал ладони к глазам.

– Ты видел, как кто-то уходит уже навсегда?

– Да… Я виноват.

– Расскажешь?

– Если это поможет Аяру. Мы называем это состояние «Зов Мьорке». Симптомы всегда одни и те же. Человек становится апатичен, теряет аппетит и часто смотрит на небо. Иногда можно услышать пение…

– Пение?

– Да. Песня Мьорке.

– Ты знаешь слова? – Натт хотела поторопить парня, который словно выключался посреди рассказа.

– Да, но говорить их нельзя. Можно тоже… – он кивнул на брата, – уснуть. Месяц назад Альманирс спела песнь Мьорке, а я стоял рядом и ничего не мог сделать. Ни остановить, ни даже сдвинуться с места. А затем она упала к моим ногам. Она спала!

Рамид схватился за голову и уставился в пустоту.

– Ты был с ней близок?

– Мы поклялись быть вместе, и все было хорошо, пока ее родители не решили уехать из Сорплата. Она не плакала, не закатывала истерик отцу. Но я-то мог понять, что она задумала! Альма посмотрела на меня и сказала: «Лунная дорога приведет тебя домой». А потом запела…

– Она все-таки умерла?

Парень проигнорировал вопрос и, глядя в пустоту, продолжал:

– Ее семье пришлось оставить Альманирс здесь. Оказывается, попавших под действие проклятия нельзя увозить далеко от южных земель.

– Как вы это поняли?

– У всех начиналось кровотечение из носа и глаз…

Натт мысленно перенеслась на лужайку перед академией, где на траве лежали оглушенные реквиемом банши студенты. Она тряхнула потяжелевшей от болезненных воспоминаний головой и снова взглянула на ребенка. Где он сейчас? Почему не идет домой по лунной дороге?

– Почему ты считаешь себя виноватым в смерти девушки?

– Я отчаялся. Всего один глупый поцелуй с подругой детства. Мне нужна была поддержка, чье-то тепло, и я поддался. Перестал верить. Всего лишь на миг! И в это самое мгновение Альма перестала дышать. Ее тело стремительно истлело, словно она уже давно была мертва. А потом песню спел Аяр. – Южанин опустил голову. – Ты же поможешь брату? Ты спасла всех из этерна сомниа?

– Не всех. – Бывшая некромантка стиснула зубы. Фирс Хассел так и не смог выбраться из призрачного парка развлечений, объятого пламенем.

– Умоляю. Он совсем еще ребенок. Только недавно научился читать. Он очень любит читать. – Рамид подскочил к полке, на которой стояло пять потрепанных книжек.

– Я постараюсь. Но мне нужно время, чтобы понять, куда и как они уходят. Что чувствуют в этот момент. Это не этерна сомниа. Больше похоже на добровольное заточение. За ними не охотится демон, – последнее девушке подсказала интуиция.

Полагаться на свои способности она больше не могла, но была уверена: духи тут ни при чем. Нечто иное заставляло несчастных засыпать.

– Хорошо. Хорошо… – Рамид распрямил спину. – Только времени у нас нет. Делаю это, чтобы спасти брата, что бы там ни было. – Голос парня дрогнул: – Лунная дорога приведет нас всех домой.

– Рамид, остано… – Слова застряли в груди заклинательницы, а тело парализовало, когда юноша прикрыл глаза и запел, расставив в стороны руки точно крылья.

– Аяр, Альманирс, я иду…