Принцесса Звездного престола - Юрий Иванович

- А охотимся мы теперь на самого главного врага империи: Шпона.

- Значит, уже и о нём знаете? Хм! Но вряд ли вам его удастся достать…

- Почему? - я попытался придать своему лицу наивно-простодушный вид. - Шпон здесь, в Старом Квартале. И в данный момент разрабатывается операция по его аресту.

- Шпон здесь?! Совсем обнаглел! Так поверить в свою безнаказанность! Ну что ж, пусть ему воздастся по заслугам. О! - комендант мечтательно прикрыл глаза. - Если бы вам удалось взять этого ублюдка! Не мне одному он жизнь перепортил. Из-за него даже наш вождь, лидер и трибун Моус превратился в жалкую и алчную марионетку. Вся наша борьба, оказалась борьбой жадных людей за новые миллиарды галактов. А мы сами постепенно превратились в жалких и мерзких шакалов…

Возникла небольшая пауза, после чего я помотал недовольно головой и констатировал со скепсисом:

- Пока вы не сказали ничего нового для меня.

И опять некое подобие улыбки исказило лицо тяжелораненого коменданта:

- Но ведь и генерал с герцогом вам ничего не сказали? Уверен.

- Почему? Мы ведь можем разговорить любого.

- Опять вы за своё? Я же вам сказал, от домутила я сразу умру. Так же как Влад Савойски или Давид Рибенгол. И Шпона в подобном случае ожидает скорая смерть. Да и использование других аналогичных средств приведёт к идентичному финалу. Допросить ни меня, ни Шпона вам не удастся. Если только…

- Я могу пообещать вашей семье полную неприкасаемость. Если, конечно, они не причастны к вашей подрывной деятельности против империи.

- Нет, они ни о чём не знали! Вам будет легко это проверить. В данную минуту я прошу вас только об одном: не сваливайте груз моих ошибок на плечи совершенно невинной женщины и малолетних детей.

- Обещаю! Теперь хочу выслушать ваши соображения по поводу предстоящего допроса Шпона.

Шилони с трудом сглотнул и несколько раз болезненно сжал веки. Видимо его состояние стало ухудшаться. Почувствовав это, он стал говорить более торопливо и без единой паузы.

- Когда вы меня взяли, в моей одежде должны были находиться две коробочки с ампулами. Их там по двадцать штук и все различного свойства. Но лишь две из них, зелёного цвета, содержат средство, при введении которого любой человек получает в свою кровь определённое вещество. Если после этого ввести в кровь того же человека любое подобие домутила, наступает смерть. Минут через пять. Нам всем, кто знал непосредственно о личности Шпона, сделали такие инъекции в обязательном порядке. Причём делалось это тайно и без нашего согласия. Шпон же себе сделал укол одним из первых, но вполне сознательно идя на такой шаг. Но я не люблю, когда меня держат за полного идиота. Поэтому выловил в своё время нужного медика, который работал у Шпона в специальной лаборатории, и всё у него "узнал". После чего устроил доктору-химику стопроцентно несчастный случай. Сам при этом оставшись вне подозрений. Теперь мне это пригодилось.

Новость была очень важной, но напомнить об ответственности, с моей стороны, тоже не помешает:

- Если мы изучим свойства этого вещества, и научимся его локализовать, вас ведь тоже будут допрашивать под домутилом. Не боитесь?

- Ха… Если останусь жив, буду рассказывать всё добровольно и без остановки… Но это…, вряд ли… Уходит от меня осязание, ничего не чувствую… И в голове, такая…пустота…

Ещё немного губы Шилони продолжали беззвучно шевелиться. Затем глаза закрылись, а дыхание стало почти неслышным. Явившийся по моему вызову врач, после короткого осмотра констатировал:

- Явное переутомление. И как следствие - потеря сознания. Он и так долго продержался. Но здоровью его, это не грозит. В дальнейшем такие "просветления" будут случаться всё чаще и чаще.

- Спасибо, доктор. Ваш профессионализм вызывает уважение.

- Рад, что мне удалось продемонстрировать свои знания на практике!

Его ответ я дослушивал уже на ходу. Булька сразу же включился со мной в спор о том, как лучше и быстрей исследовать находящееся в зелёных ампулах вещество. И спор этот разгорелся в кругу остальных товарищей. К которым присоединился недавно вернувшийся с задания Ульрих. Последние дни он показал себя с самой лучшей стороны. Да и сейчас вспомнил, что собственноручно обыскивал Шилони после того, как мы доставили его сюда после разгрома здания принадлежащего покойному Давиду Рибенголу.

Коробочки, найденные тогда в одежде коменданта, действительно отыскались в наших запасниках. И мы жутко пожалели, что их обследование откладывалось до более спокойных времён. А сейчас приходилось делать это в спешном порядке. После подключения к нашему собранию с помощью краберов Синявы Кассиопейской и профессора Сартре, решили отправить одного из нас на яхту. В таком бы случае шансы по скорейшему определению состава удвоились. Вернее с нас бы свалился тяжёлый груз исследований в неприспособленной и мизерной лаборатории. Да и времени катастрофически не хватало возиться с новым и неизвестным веществом.

А уж в той лаборатории, что имелась на борту яхты, шансы на успех увеличивались стократно. Вызвался, проделать рискованный путь к космодрому, Малыш. Но в последнюю минуту Армата предложил отправить одного из летающих "жуков". В нашем распоряжении как раз находился один с требуемой грузоподъёмностью. Хоть и был большой риск даже простого столкновения жука с любым флайером, но мы решили попробовать. Ведь это гораздо проще, чем лишаться в такой ответственный момент Малыша. Тут мы все понимали: второй раз ему с яхты уйти не удастся. А уж тем более соединиться с нашим отрядом.

Поэтому Армата надел на голову прибор управления мини-шпионом и искусственное насекомое с ампулой на спине, словно заправский микро вертолёт с боевой ракетой, вылетело в приоткрытое окно. Сопроводив нашего посланника напутственными пожеланиями, мы вновь приступили к обсуждению предстоящей операции. Лишь Армата уселся в сторонке и колыхался всем корпусом, мысленно сопровождая своего протеже в полёте. Через час он с облегчением снял шлём с головы, вытер обильный пот на лбу и обрадовал нас известием:

- Ампула в руках у профессора!

И успех рискованной транспортировки мы восприняли как должное. Потому как в этот момент Малыш подвёл итог наших предварительных обсуждений:

- Прекрасно! Как бы там ни было, Алоис продержится на допросе нужных двенадцать часов, а потом ещё восемь благополучно будет отлёживаться в спокойной обстановке. Это время за него можно не переживать. Значит, сосредотачиваем все усилия на аресте Шпона. Давай, командир, кого, куда расставлять будешь?

- Уже и расставлять? - хмыкнул я. - Может, ты сам справишься? А мы тебя тут подождём. Чего такой оравой по столице гонять?

- Сам? Хм…

- Ну, или под чутким руководством Гарольда!

- Нет! Только не это! - не на шутку испугался товарищ. - Уж лучше сам, так намного спокойнее умирать…

- Он ведь уже где-то по городу гуляет? - спросил я о Гарольде, не обращая внимания на испуганное лицо нашего аристократа.