Особое предложение - Екатерина Васина

Тряхнула освободившимися локонами. Еще бы распустить корсет… Как он давил на меня! Говорят, в Асдоре он уже давно вышел из моды. Но там моду задают эльфы, а им корсет без надобности.

Все же, что кроется за той дверью?

– Приготовь мне платье, – попросила я Адель. – И не бойся, покажи всем, что девушки герцогства Монранси сильные и смелые.

Оставив Адель изучать гардеробную, я прошла в холл. И правда совсем маленький. Для чего он? Я коснулась другой двери и осторожно толкнула. Не заперта.

За ней оказалась гостиная. Небольшая, но очень уютная. С камином, роскошными диванами, так и манившими прилечь, и белоснежными шкурами на полу. На столе у окна стоял ледяной букет. Я так и замерла, увидев его. Яркие розы, застывшие в тончайшей ледяной скорлупе. Они сверкали под солнечными лучами, точно редкие драгоценности.

Красиво и очень холодно на вид. Несмотря на то что в гостиной царило тепло, я все равно поежилась. Цветы оставались живыми, но при этом выглядели как-то неправильно. И наверняка были холодными. Я протянула руку, чтобы убедиться в своей правоте.

Чувствуя пальцами ледяную оболочку, вспоминала, какие букеты приносила с полей рядом с нашим замком. Они пахли свободой, жарким летом и свежестью. Они жили и дарили тепло. По утрам на них дрожали капли росы, переливаясь в лучах солнца…

Я вдруг поняла, что мои пальцы стали мокрыми. И уже не ощущают льда. А еще поняла, что простояла почти минуту с закрытыми глазами, погрузившись в воспоминания.

Опустила взгляд на букет. И… отдернула руку, точно обожглась. Роза, которой я касалась, уже не выглядела замерзшей. И льда на ней не было. Он превратился в лужицу, дрожащую сейчас на гладкой поверхности стола. А сама роза на глазах расправляла лепестки.

– Мама… – прошептала испуганно, не понимая, что произошло.

– Однако, леди Илана, вы полны сюрпризов.

Голос за спиной произвел на меня подобие удара грома. Я дернулась, оборачиваясь и стараясь не упасть.

Император, сам император Льдорра стоял неподалеку от меня и задумчиво разглядывал то, во что я превратила ледяной букет. Мои щеки вспыхнули, точно я весь день просидела на жаре без шляпки. Его величество стоял в штанах и расстегнутой белой рубашке, так что я смогла разглядеть пластины мышц на груди и животе. Сложен император оказался безупречно, не зря он считался одним из лучших воинов. Через твердый пресс шел тонкий, но заметный горизонтальный шрам.

Я сглотнула, понимая, что в горле пересохло.

Спохватившись, что так и пялюсь на него, полуголого, словно деревенская простушка, резко отвернулась.

– Простите! Ох… – Я закусила губу, поняв, что повернулась к нему задом, а это недопустимо. Судорожный вдох, и опять развернулась лицом к императору. Взгляд поневоле уперся в обнаженный живот, который за время моих метаний одеждой прикрыть не потрудились.

Вот голый он, а стыдно мне!

– Простите, ваше императорское величество, – повторила я, приседая в реверансе и опуская глаза. – Я не знала, что мне нельзя заходить сюда.

– Встаньте, леди Монранси. Не надо каждый раз приседать в реверансе, когда мы наедине. И вы ни в чем не виноваты. Эта гостиная общая между нашими покоями. Я как раз зашел посмотреть, удобно ли нам будет здесь пообедать и поближе познакомиться.

В каком смысле «поближе познакомиться»?! Я в недоумении посмотрела на императора, уточнив:

– Мы будем обедать здесь вдвоем?!

– Да. Меня, правда, ждут несколько министров, но, надеюсь, вы не будете настаивать на их присутствии? Утомили и портят аппетит, – неожиданно добавил он.

– С министрами обедать мне еще не доводилось, но доверюсь вашему слову, – только и ответила я.

– У вас еще будет возможность убедиться в этом лично. Так что это за магия? – его взгляд вернулся к размороженному мной букету.

– Ох… Сама не пойму, как это получилось. У меня лишь слабый целительский дар. Но моя мать на четверть дриада. Может, дело в этом? Извините, если испортила цветы.

– Не думаю, что им это повредило, чего не скажешь о скатерти, – прокомментировал он лужу талой воды. – Я прикажу, чтобы здесь убрали и накрывали на стол. Жду вас через тридцать минут.

– Слушаюсь, ваше императорское величество. – Я заученно присела в реверансе снова.

– А вот послушания вам все же не хватает, – заметил император, удаляясь.

Ну да, он же попросил обойтись без реверансов. Можно подумать, так легко игнорировать правила этикета, вбитые в тебя с детства!

Да я лучше лишний раз поклонюсь. Пусть злится за это, а не за то, что пялюсь на него. Мои бесстыжие глаза во время разговора так и норовили изучать его рельефный пресс, обнаженную грудь. Не знаю даже, чем больше я была шокирована: тем, что вижу нашего могучего императора в таком неодетом виде, или тем, что он настолько хорошо сложен.

Я поднялась и поплелась к себе, раздумывая о своем положении. Разве не скандально нам жить настолько близко? Прошлую свою подопечную он опекал с детства, а потом она стала его невестой, это пусть с натяжкой, но объясняло столь близкое соседство. Но при чем здесь я?! Будь моя воля, я бы эту дверь из холла лично заколотила!

Стоп, а может, я зря нагнетаю? И дверь, за которой он скрылся, ведет, например, в библиотеку?

Подхватив юбки, на цыпочках прокралась назад и с замиранием сердца надавила на ручку той двери, тихонько ее приоткрывая.

О-о-ох ты! Я успела увидеть огромную кровать, а еще самого императора, отдающего приказы слуге. Но тут дверь предательски скрипнула, и они оба стали поворачивать головы ко мне.

Отшатнулась, не захлопывая дверь, и понеслась к себе. Пусть считает, что сам плотно не прикрыл, и она открылась от сквозняка.

Я влетела в свои покои, словно за мной нарры гнались, чем вызвала удивление Адель и еще нескольких незнакомых служанок.

– Через полчаса император ждет меня на обед! – выпалила я, чтобы хоть как-то объяснить свою поспешность.

– Давайте я сделаю вам прическу! – вызвалась одна из девушек.

Я коснулась своих волос, только сейчас осознавая, что они распущенные. Сама же попросила Адель распустить прическу из-за начинающейся головной боли. Какой позор! Не только император был во фривольном виде, а еще и я встретила его как какая-то пастушка.

– Как твое имя?

– Фира, ваша светлость. – Она сделала книксен.

– Отдаюсь в твои руки. Только помни, что у нас мало времени! Адель, платье готово?

– Да, ваша светлость, – подтвердила она, и вокруг меня засуетились.

Еще одну девушку звали Жизель, и она отвечала за уборку покоев, а третья, Миора, – за мой гардероб. Весьма скромный, кстати. Не думала я, что придется задержаться при дворе. Необходимо написать домой, чтобы выслали мои вещи и драгоценности. Еще потребуется обновить гардероб, раз придется присутствовать на всех мероприятиях. Император высказал свою позицию, и отсидеться в покоях до моего совершеннолетия, соблюдая траур, мне не дадут.