Ген Дикости - Кира Уайт

Первые полчаса пути от города Шейн задал мне не меньше тысячи вопросов по поводу нашего "простого и гениального" плана. При чем большинство реплик он произносил с таким видом, что если бы я не знала, что значит слово "сарказм", то после этого сразу бы догадалась. Когда я все ему рассказала, он, совершенно не стесняясь присутствия своих людей, отчитал меня так, что мои щеки запылали гневным румянцем. Но я просто промолчала, не сказав ни слова в свое оправдание. По его реакции несложно было догадаться, что мы, мягко говоря, подпортили ему все планы. Но спросить, выполнили ли они свое задание, я так и не решилась, боясь нарваться на еще более бурную реакцию. Все вроде бы только стало налаживаться, а тут такое… Пусть сначала остынет, попробую поговорить с ним позже.

Примерно через три часа пути мы остановились буквально на две минуты. Дерек ушел в машину к моему отряду, чтобы позже сменить Рене за рулем, а к нам на его место пришла Мира. Я собралась было тоже пересесть, но под пристальным взглядом Шейна позволила себе только уйти на заднее сиденье, поменявшись местами с Кайлом.

Следующие сутки и еще несколько часов мы ехали так, словно за нами гнался сам Дьявол. Спали и ели прямо в машинах, останавливались всего на несколько минут, чтобы быстро размять ноги и сходить в туалет. Водители сменяли друг друга, и мы на огромной скорости неслись дальше, проезжая по уже знакомой местности.

Дорога была настолько монотонной и скучной, что мы не знали, чем себя занять. Хоть какое-то отличное от остального событие произошло, когда мы проезжали мимо заброшенного населенного пункта, в котором провели первую ночь вылазки. Со стороны деревни внезапно выбежали трое Диких, двоих мы успешно проскочили, а третий кинулся прямо на капот нашей машины. Но, видимо, не ожидал, что бампер усеян толстыми металлическими кольями. Дикий повис на машине, размахивая руками и скаля зубы. Меня, как обычно, передернуло от отвращения, но это не помешало мне ухватиться за передние сиденья и податься вперед между ними. Шейн, который в это время сидел на месте пассажира, спокойно достал пистолет, открыл окно, выглянул наружу и выстрелил досадливой помехе точно в лоб. Но труп не свалился на землю, а продолжил висеть на кольях. Шейн дал знак Кайлу, чтобы тот остановился, вышел из машины, сдернул труп с капота, но даже не удосужился оттащить его с дороги. Затем мужчина невозмутимо сел обратно на свое место и кивком головы дал понять, что можно трогаться в путь. Конечно, этого не может быть, но мне показалось, что я услышала треск костей тела, прямо по которому мы поехали дальше.

И вот, спустя несколько бесконечно долгих часов, на закате мы приезжаем в Нортвуд. Проходим досмотр на воротах, а затем выходим из машин на улицу.

– У меня все затекло! – стонет Джейк. – Я так не уставал даже после целого дня тренировок.

– Поддерживаю. – кивает Анна.

Остальные соглашаются.

– Значит, чтобы размять ноги, да и вообще все мышцы, хватаем вещи и двигаем пешком до казармы. – распоряжаюсь я.

– Нет. – Джейк замирает на месте. – Беру свои слова назад. Пусть нас довезут!

– Поздно, раньше надо было думать. Пойдем.

Я решительно направляюсь в сторону казармы, хочу принять душ и завалиться спать. Но моим планам не суждено сбыться.

– Скай? – зовет Шейн, и когда я оборачиваюсь, продолжает: – Нам предстоит встретиться с моим отцом.

– Что, прямо сейчас? – удивляюсь я. – До завтра это не ждет?

– Нет. – отрезает он и уходит к своей машине, которая все это время ждала его тут же на стоянке.

Поворачиваюсь к своим людям и смотрю на их застывшие от напряжения лица.

– Отдыхайте пока. – говорю им. – Я найду вас, когда вернусь от мистера Уэста. Расскажу, чем дело закончится.

– Хорошо. Мы дождемся тебя. – за всех отвечает Рене.

Они уходят, а я иду к машине Шейна. Бросаю свою сумку на заднее сиденье, а сама сажусь вперед. Пристегиваю ремень безопасность, и мы плавно выезжаем с парковки, проезжая мимо моего отряда. Некоторое время мы сидим в полнейшей тишине теплого салона автомобиля, в котором пахнет кожей и кофе. Но когда мы проезжаем через весь административный сектор мимо офисного здания, в котором я встречалась с главой города, я не выдерживаю.

– Куда ты меня везешь?

Несколько мгновений Шейн молчит, и я уже думаю, что не дождусь ответа, как он бросает на меня короткий взгляд, который почти сразу же возвращает на дорогу.

– Отец в такое время уже обычно дома, мы встретимся с ним там. Потом я отвезу тебя в казарму.

– Хорошо.

Я впервые в этой части города, поэтому с интересом смотрю вокруг на окружающую обстановку. В основном здесь двухэтажные многоквартирные дома, редко встречаются одноэтажные. Но наш путь пролегает дальше. Мы сворачиваем направо и оказываемся в той части города, где живут самые богатые его члены, я понимаю это по домам: огромным одно, двух и трехэтажным, на одного хозяина, с аккуратно подстриженными лужайками и садовыми деревьями. Когда мы проезжаем мимо одного из двухэтажных домов, который выглядит не хуже остальных, Шейн заговаривает снова.

– Это мой дом. – сообщает он мне.

Я смотрю на дом, пока он не скрывается из поля моего зрения, а Шейн не поворачивает на подъездную дорожку очередного особняка.

– Большой. – несколько запоздало говорю я.

– Это ты еще спальню не видела. – как бы между прочим говорит он.

Я прячу улыбку. Раз он заговорил об этом снова, это значит, что лед тронулся и мужчина больше на меня не злится. Выхожу из автомобиля и смотрю на огромный трехэтажный дом. Насколько я знаю, Коннор Уэст – вдовец, слышала болтовню об этом в столовой, но не обращала особого внимания, Шейн живет отдельно, так зачем ему такой огромный дом? По статусу положено? Еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Мы поднимаемся по ступенькам к входной двери, которую Шейн бесцеремонно распахивает. Через просторный холл, отделанный в светлых тонах, он ведет меня в большой темный кабинет, в котором, впрочем, никого не оказывается.

– Побудь пока здесь. – он указывает на одно из двух кресел перед большим столом из черного дерева. – Я найду отца.

Шейн уходит, а я сажусь и оглядываю обстановку. Это место очень напоминает рабочий кабинет Коннора Уэста в административной части города. Мебель такая же, даже есть полки от пола до потолка набитые книгами. Ожидание тянется, кажется, бесконечно долго, а то, что я смотрю на часы каждые пару минут, нисколько не помогает делу. Почему так долго? Спустя двадцать две минуты я слышу голоса мужчин, которые приближаются к кабинету, и понимаю, что Шейн, должно быть, отчитывался перед отцом о своем задании, и эта информация не для моих ушей.