Созданы друг для друга - Ани Марика

Алистер Кроули (Алексей Тёмный)

Я был рождён из адского пламени преисподней Саурана, в моих жилах течёт жидкий огонь. Я высший, сильнейший, лишённый страха и жалости демон. Созданный возглавить легион армии демонов. Архидемон Алистер Кроули.

Мне почти две тысячи лет, и всё это время я не знал, что такое поражение; не ведал, что такое боль, любовь, нежность. Для меня эти понятия были пустым звуком.

Оказавшись после проклятия на Земле, я быстро нашёл свою нишу. Мне не нужен Сауран, я стал для мелких людишек Богом. Я изучал их историю, кроил события под себя, умело манипулируя сознанием и внося коррективы в базовые основы понятий. Мои могущественные союзники верно служили мне, порождая слухи и легенды. Люди вписали нас в свои религии и приравнивали к злу, уступающим по силе их выдуманным Ангелам. Они верили в своих Богов, но этот мир давно оставлен ими.

С каждым столетием Земля менялась, причём в последние сто лет просто с невероятной скоростью. Технический прогресс поменял и отношение к добру и злу, к потусторонним существам. Раньше в нас верили больше, чем сейчас, нас боялись, на нас охотились. Сейчас мы стали для людей лишь книжными или киношными героями. У них появились компьютерные игры, ролевые игры, различные косплеи, где каждый желающий мог выбрать себе любую роль и нарядиться демоном, драконом или ещё каким-нибудь мифическим существом.

Мир подошёл к той черте, когда мы могли спокойно сосуществовать параллельно с людьми, не боясь и не меняя каждый десяток лет местожительство. Многих иных это устроило — спокойная сытая жизнь расслабляет и смиряет с потерей родного мира. Каждый нашёл дело по душе, и наконец наступил Золотой Век для пришлых существ.

Я расслабился, организовал свой бизнес и вовсю пользовался благами цивилизации. Создал свою империю и развлекался, как мог — снимал и трахал понравившихся девушек, бросая их, как только надоедали; устраивал вечеринки с алкоголем и и наркотиками — на мой демонский организм они оказывали лишь лёгкое возбуждающее действие. Скупал дорогие тачки и гонял с превышением скорости, ловя ветер в лицо.

Всё это было, пока не встретил её, мою Карину. Она победила меня взмахом своих густых ресниц и зелёными глазами.

Первый раз увидел девушку на Сретенском балу. Она стояла рядом с ректором — в простом белом платье до пола, с завышенной талией и рукавами-фонариками. На фоне некоторых студенток выглядела даже бедненько — но я-почем-то сразу выделил Карину из толпы. К тому же, в отличие от однокурсниц, напропалую флиртовавших с мальчиками и увлечённых танцами и фуршетом, Карина вела оживлённую беседу с ректором, было даже похоже, что спорит.

Подойдя, представился ей, но девушка лишь вежливо кивнула в ответ, продолжая дискуссию. А я рассматривал студентку и чувствовал, как в душе зарождается какое-то новое для меня ощущение. Это был интерес — но не тот похотливый, когда первая мысль о том, в какой позе трахнешь новую тёлочку и быстро выкинешь из головы; а скорее интерес энтузиаста-первооткрывателя — хотелось узнать о девушке всё: её увлечения, характер, интересы. Хотелось познакомиться поближе и просто поговорить. Хотелось гулять, угощать мороженым или кофе, и также увлечённо общаться.

Слушая разговор Карины с ректором, убедился, что девушка умна, с хорошими аналитическими способностями, умеющая грамотно и обосновано вести диалог. Я был очарован и покорён ею. К сожалению, студентка быстро и незаметно скрылась в какой-то момент — ректор сказал, она отпросилась уйти, так как разболелась голова — и мне не удалось пообщаться поближе.

После этого мимолётного знакомства я пытался продолжить вести прежний образ жизни — но вдруг понял, что доступные девушки вызывают лишь отвращение; наркотики и алкоголь не веселят, а вызывают уныние. А быстрые гонки на спортивной тачке в одиночестве потеряли былой интерес — потому что хочется, чтобы рядом сидела Карина и улыбалась своей очаровательной улыбкой, попискивая от восторга или страха.

Следующая наша встреча состоялась в библиотеке Университета. Ректор показывал мне помещение с устаревшей древней мебелью и стеллажами, бумажной картотекой и пыльными книгами — он хотел, чтобы я выделил им деньги на ремонт и реконструкцию. Мы столкнулись возле стеллажа с историей Европы. Запах цветов ударил по рецепторам, и я потрясённо застыл. Я понял, что Карина — ведьма, и спрашивал себя, почему я, как слепой дурак, сразу не обратил внимания на этот ни с чем несравнимый запах, присущий только им? Наверное, сказалось, что последняя ведьма погибла больше двухсот лет назад, и я банально не ожидал встретить её в Питере. Что странно, Карина не поняла, кто перед ней, смущённо отвела глаза, прижала книгу об английской королеве-ведьме, и прошмыгнула мимо. Я начал наблюдать за ней издалека. После учёбы она шла или в историческую библиотеку и корпела над старинными книгами, готовя рефераты и доклады; или на подработку в небольшой книжный магазинчик. Ведьмочка любила ходить в кино с подругами, а на выходных каталась на роликах в парке. Она излучала столько жизни и энергии, что удивительно, как её не заграбастал себе кто-то из пришлых.