Под знаком Льва - Марина Ноймайер

Следующим утром меня будит истерический визг. Кто-то в доме кричит так, словно его режут. Не знаю, сколько сейчас времени, но мне кажется, рановато для такого шума, это даже хуже оглушительного звона церковных колоколов. Я не могу понять, выражает ли кто-то так свое недовольство или действительно попал в беду. В любом случае я больше не могу оставаться в постели.

Накинув на плечи платок, я вылетаю в коридор, прислушиваясь к жуткому грохоту. Может быть, это Серена с Фьорой набросились друг на друга и повырывали друг другу волосы? Но больше похоже на чьи-то рыдания, эхом отражающиеся от стен. Я сомневаюсь, раздумывая, стоит ли мне идти к источнику звука, но затем раздается грохот и пронзительный женский визг, и я, не думая больше ни секунды, срываюсь с места.

В остальном доме царит абсолютная тишина, я не встречаю ни души в коридорах по пути к лестнице. Неужели все еще спят? Разве никого не волнует, что на кого-то из девушек могли напасть?

Когда я, поскользнувшись на мраморном полу, хватаюсь за угол, из-за поворота на меня вылетает чье-то тело. Дыхание вырывается у меня с громким стоном, и я едва не падаю, но в последний момент чьи-то руки подхватывают меня за плечи. Подняв голову, я рассматриваю лицо поймавшего меня мужчины: видный орлиный нос и пылающий гневом взгляд, вызывающий у меня паническое желание немедленно уносить ноги, чтобы не попасть под горячую руку. Кто бы его ни разозлил, мне бы очень не хотелось оказаться на месте этого человека. Красивые шоколадно-карие глаза незнакомца пылают адским огнем.

– Простите, – рычит он, отталкивая меня так бесцеремонно, что я, споткнувшись, влетаю спиной в стену. Обернувшись, я вижу, как его высокая фигура спешит вниз по лестнице, перескакивая через несколько ступенек разом и на ходу заправляя рубашку в брюки.

Что это, черт возьми, за тип?

Восстановив дыхание, я отчетливо различаю рыдания и всхлипы, понимая теперь, откуда они исходят. Повернув направо, я пересекаю большой банкетный зал, за ним два салона и, наконец, оказываюсь в спальне Галатеи.

Распахнув дверь, я так и замираю с открытым ртом. Галатея бродит по своей гигантской спальне, бардак здесь такой, словно взорвалась бомба: подушки, одеяла и простыни сорваны с кровати и разбросаны по всей комнате, одна из подушек распорота – в воздухе, как снежинки, витают пушистые перья. Почти вся мебель опрокинута: стол, табуретки, подсвечники и даже небольшой диванчик. Пол усыпан остатками цветов и лепестков из букета. Мокрое пятно на ковре и груда осколков указывают на то, что причиной грохота, который я слышала в коридоре, должно быть, была разбитая ваза.

Галатея, кажется, вообще не замечает моего появления, она полностью сосредоточена на том, чтобы исправить основные разрушения, хватаясь за голову и яростно топая ногами при каждом шаге. Ее лицо красное от слез, а голос, кажется, скоро сядет окончательно. Видя ее в ярости и отчаянии, я невольно начинаю тревожиться. До этого момента я видела ее только в роли щедрой хозяйки дома, несколько капризной, но всегда держащей все под контролем и довольной жизнью. Меня несколько пугает то, что сейчас она вне себя. Это совершенно другая, скрытая от всех сторона Галатеи: дикая и необузданная. В то же время я не могу ей не сопереживать, потому что вся эта ситуация напоминает мне о боли, которую чувствую я сама, но если мои чувства спрятаны глубоко внутри, ее – рвутся на поверхность, как проснувшийся вулкан.

Я случайно вдыхаю витающий в воздухе пух, ощущая предательскую щекотку в носу, и, прежде чем я беру ситуацию под контроль, оглушительно чихаю. Галатея останавливается, а потом решительно направляется ко мне, и несколько мгновений мы молча стоим друг против друга. Она смотрит на меня широко открытыми глазами, как дикий зверь, решающий, стоит ему атаковать или бежать.