Рисуко - Дэвид Кудлер

Я разбирала тихое ворчание, но не слова.

— И мы полезем туда, чтобы смотреть в окно Чийомэ-сама? — прошипела я, ее рука зажала мой рот.

— Не мы, Рисуко-чан. Я так лазать не умею. И вряд ли кто умеет. Мне говорили, что у тебя это отлично выходит. И кому-то нужно остаться здесь, — ее рука все еще закрывала мне рот. Она оказалась напротив меня. Хотя ее белые волосы сияли в свете звезд, глаза казались черными, как уголь, а твердая линия подбородка показывала ее решимость. — Это для твоего блага, Рисуко-чан. Нам нужно знать, есть ли у тебя проблемы. Иначе это отразится на мне. Прошу.

Я решилась. Я хотела узнать, о чем говорят леди Чийомэ и лейтенант. И хотелось залезть повыше, но если меня поймают…

В глазах Фуюдори была мольба.

Я кивнула.

Она расслабилась.

— Спасибо, Рисуко. Ты не пожалеешь. Я спрячусь за этой сосной.

— Тсуга, — зевнула я.

Она нахмурилась, глядя на ветки, пока не поняла, что короткая хвоя отличалась от длинных серебряных иголок сосны.

— Да. Тсуга. Если кто-то придет, я ухну, как сова, — она тихо изобразила, было почти похоже.

Я кивнула и прижалась ногой к коре дерева.

— Нет, — прошептала Фуюдори, схватив меня за плечо. — Не дерево. Оно слишком далеко, ты не услышишь.

Мы посмотрели на ледяную стену. Я сглотнула.

— Ох, — вздохнула Фуюдори добрым и жестоким голосом, — наверное, это слишком сложно…

Она не договорила, а я полезла по стене. Зря я, наверное, наслаждалась чем-то таким опасным, что могло еще и разозлить госпожу. Но пальцы впивались в ледяные балки, и этого хватало, чтобы у меня перехватывало дыхание. Я добралась до первой горизонтальной балки и оглянулась вниз, отметив на лице Фуюдори идеальное потрясение. Я позволила себе улыбку и полезла дальше.

Последняя часть была самой сложно. Держаться можно было только за балки, что шли к окошку. Мне нужно было цепляться изо всех сил руками и ногами, поднимаясь медленно. Дерево было холодным, я боялась поскользнуться, щепки царапали щеку и живот. Этот раз был самым сложным. Мышцы ног и рук, плеч и бедер болели и дрожали от напряжения.

Я уже думала, что сила треснет, как ветка, но тут мой лоб обо что-то ударился.

Выступ окна. Получилось.

Обхватив пальцами одной руки, а потом и другой выступ, чтобы пальцы не было видно снаружи, я держалась руками, позволяя ногам немного отдохнуть.

Сердце успокоилось, я перевела дыхание и услышала низкий голос лейтенанта Масугу.

— Уверяю вас, леди, это была не она.

Голос леди Чийомэ был холоднее обычного.

— Рискуете честью из-за крохи? Той, чья честь не сравнится с вашей?

Тишина, мое сердце снова забилось быстро, ведь она оскорбляла мою семью.

А тихий голос Масугу-сана прозвучал резко, как крик сокола:

— Это не Мурасаки. Она спасла наши жизни.

— Хмм, — она цокнула языком. — Пока вы думаете, что это проделки духов, кто-то пролезает в вашу комнату, Масугу.

Он фыркнул.

— Думаю, духам мои бумаги не нужны. Братишки сказали, что врагов в округе видно не было.

— Может, да. Может, нет. Но я не хочу, чтобы привязанность к девочке ослепила вас.

Масугу пробормотал что-то, что я не услышала.

Мои плечи дрожали из-за усилий удержаться на месте, но я не могла двигаться. Мне нужно было знать, в чем меня подозревали. Внизу я увидела Фуюдори у ствола дерева, ее белые волосы напоминали снег, сияли, и она еще сильнее, чем раньше, напоминала призрака.

— В любом случае, Чийомэ-сама, — сказал Масугу-сан, — это не найдено. Оно надежно спрятано в дымоход.

— Хорошо, — проворчала леди Чийомэ. — Планы лорда Такеды нельзя отдавать, лейтенант. Не забудьте. Мой юный друг, вам ведь еще нужно побыть среди леди, да?

— Да, госпожа, — ответил Масугу, но без особой радости.

— Возвращайтесь в комнату, Масугу, дайте старушке поспать.

— Да, госпожа, — сказал он, и я услышала его ровные шаги по ступенькам.

Я не успела спуститься, как услышала голос Чийомэ-сама:

— Заходи, Рисуко. Ты простудишься, если будешь так висеть на окне.

19

В паутине

Мои дрожащие руки застыли, словно заледенели. Опустив голову, я увидела, что Фуюдори исчезла. Я одна попала в ловушку.

— Поспеши, Рисуко-чан, — сказала леди Чийомэ тихим пронзающим голосом. — Не хочу звать Ки Сана охотиться на тебя. Он тебя сбросит, и все будет только хуже.

Руки задрожали, спина болела от усилий и холода. Я втянула себя в окно комнаты Чийомэ-сама.

Она была меньше, чем я ожидала. Почти все место занимала большая черная кровать, похожая на огромный паланкин, вычурный, как и Чийомэ сама, у входа туда были кресло и стол. Оставшееся место занимали татами, посреди которых был маленький столик, за которым она и сидела, скрестив ноги. На столе было много разноцветных вещиц.

— Доброе утро, белочка, — сказала, фыркнув, леди Чийомэ. — Мило, что ты решила присоединиться. И таким необычным путем. Даже Миэко не сделала бы так во время обучения без помощи. Я впечатлена.

Я рухнула на колени, потрясенно глядя на татами.

— Спасибо, Чийомэ-сама.

— Хмм, тебе ведь не помогали? Никто?

Я подумала о Фуюдори, что уговорила меня подняться и исчезла.

— Никто, — сказала я.

Она коснулась пальцем носа и сказала:

— Да, — сказала она. — Впечатляет, — расправив плечи, она посмотрела на меня. — Что ты услышала, Рисуко?

— Н-ничего, госпожа, — пролепетала я.

— Не ври мне. Ты была у окна до того, как ушел Масугу.

Я знала, но не могла не смотреть на старушку.

— Как…?

Она зловеще улыбнулась.

— Девочкам любопытство не к лицу. Скажи, Рисуко, что ты слышала?

Желудок сжался, но мне словно придал сил Ки Сан.

— Я…

Она ждала, не мигая.

Я