Тень короля - Надежда Федотова

– Грейс, – намазав на толстый ломоть хлеба густых жирных сливок и откусив сразу половину, проговорила Нэрис, – не знаю, откуда родом ваша кухарка… Но если там все так готовят, я все брошу и уеду из Шотландии!

– А как же муж? – хихикнула польщенная леди, вгрызаясь белыми зубками в глянцевый яблочный бок.

Нэрис фыркнула:

– Да он туда вперед меня поскачет. Вот ей-богу, из-за одних только булочек!

– Верю. – Грейс догрызла спелый фрукт и принялась за колбасу. – Только вряд ли его величество так просто вас обоих от себя отпустит… Скорее, мою Элинор в Шотландию переманит. Она, кстати, из Девоншира. Сливки понравились?

– Угу!.. – восторженно закивала гостья. Говорить с набитым ртом получалось не очень.

– Вот сливки тоже оттуда. Лучшие в Англии!

– Хочу в Девоншир… – простонала леди Мак-Лайон, и, наконец совладав с грибами, потянулась к кувшинчику с молоком. – Я даже согласна терпеть эти вечные дожди… Но вы правы, Ивара государь от себя не отпустит. А жаль.

– Жаль только из-за Элинор и сливок?

– Да нет, конечно, – вздохнула разом погрустневшая девушка. – Эта его служба… Я ведь мужа не вижу почти, Грейс!

– Ха! И это вы жене моряка говорите?!

– Ой, ну да… Совсем забыла…

– От Ивара до сих пор никаких вестей? – сочувственно спросила леди Кэвендиш.

Нэрис отрицательно покачала головой:

– Никаких. Родителям я сразу по приезде письмо отправила с Шоном, но и они молчат… А уже почти две недели прошло!

– Не переживайте. Со дня на день гонец вернется. Все-таки Шотландия не ближний свет! Глядишь, и от супруга вам весточку привезет… Возьмите еще булочку.

– Я лопну, – вздохнула Нэрис. Но булочку таки с салфетки цапнула.

Грейс погладила себя по животу и улыбнулась:

– Мы, чувствую, тоже наелись. И спим… О, это, кажется, ваш Ульф идет?

Леди Мак-Лайон обернулась в сторону уходящей к дому аллеи и сморщила носик:

– Он. Небось потерял меня с утра еще. Сейчас всенепременно нудить начнет – мол, предупреждать надо, мол, у него приказ, мол, лорд велел… Тьфу! Тихоня иногда хуже Кэти.

– Да, на редкость забитая девица…

Широкоплечая фигура норманна приближалась. И к большому удивлению Нэрис, лицо охранника не выражало никакой обеспокоенности. Даже, пожалуй, наоборот. «Чудеса какие, – подумала она, поднимаясь со скамейки навстречу Ульфу. – Следил он за нами, что ли? С него станется…»

– Добрый день, леди. – Тихоня, подойдя, почтительно поклонился. Сначала хозяйке дома, потом – своей госпоже. – Кушать изволите? Вы уж простите, ежели помешал… Ну я тогда того… обожду тут в сторонке. Мне ж не к спеху!

– Ты чего хотел-то, Ульф? – улыбнулась Нэрис. – Слова в простоте не скажешь. Хочешь яблоко? Или вот колбаса еще осталась…

– Нет-нет, что вы, – аж попятился норманн, у которого были свои понятии о субординации. – Вы кушайте! А я чего, я сытый вроде… Обожду. Не к спеху же…

– Ульф!

– А?

– Пришел зачем? Что-то важное?

– Да не то чтобы… Там просто это… Шон вернулся! С письмом от вашего папеньки. Вы ведь ждали! Вот я и того… упредить, значит. Не знал, что заняты вы. А то потом бы пришел…

– Я тебе дам «потом»! – всплеснула руками леди Мак-Лайон. – Стоит, мнется. Письмо с собой?

– А как же! – выпятил грудь вояка. – Вот, пожалуйте… Принес. Подумал, вдруг сразу прочесть захотите.

– Конечно, захочу! – Нэрис нетерпеливо протянула руку. – Давай сюда скорее! И… и вот, на тебе яблоко. Пойди лошадку угости…

«А не стой над душой, – мысленно закончила леди, плюхаясь обратно на скамейку и срывая печать с пухлого пакета. – Так… Это от мамы, понятно… Половину можно не читать – наверняка опять про внуков. Это от Бесси – листочек мне, листочек Тихоне…»

– И все?! – вырвалось у нее. – А где… А как же…

– От Ивара ничего? – подняла брови Грейс, увидев выражение лица гостьи.

Нэрис медленно покачала головой. Ни от мужа, ни от отца, ни от брауни она не дождалась и пары строк. Ну ладно Ивар! Но папа и… Как же так?! Сговорились они все, что ли?..

– Ничего не понимаю, – пробормотала Нэрис. – Он должен был ответить! И раз не ответил…

– Вероятно, служба, – решив, что она имеет в виду супруга, предположила Грейс. – Ну же, не расстраивайтесь! Все уладится.

– Сомневаюсь, – мрачно ответила девушка, глядя куда-то поверх письма. Кажется, ее самые худшие опасения начали стремительно подтверждаться. Со службой было понятно и так, иначе Ивар уже давно приехал бы. Но молчание папеньки, который даже свое обычное отеческое благословение через маму передал, заставляло задуматься. «И брауни – ни слова, ни полслова! – нахмурилась Нэрис. – Никогда такого не было… Они определенно что-то знают! И это «что-то» напрямую касается моего супруга. Вопрос только – что?» Она, как сомнамбула, медленно собрала рассыпанные по скамье листочки, аккуратно сложила их вдвое и, не глядя, протянула подошедшему Тихоне:

– На. Сверху там тебе от Бесс письмо.

– Все в порядке? – нерешительно поинтересовался норманн, поймав ее отсутствующий взгляд. Леди Мак-Лайон после паузы кивнула:

– Разумеется… Грейс, я, наверное, пойду в дом. Вы уж простите…

– Конечно-конечно, – понимающе закивала та. – Идите! А я еще немножко воздухом подышу… Ульф вам сейчас не нужен? Боюсь, обратно на козлы я теперь не влезу, а еще покататься хочется.

– Тихоня, будь добр, – сказала Нэрис, поднимаясь и одергивая плащ.

Суровый воин с готовностью шагнул вперед:

– Как скажете, леди. Я что, я ж с удовольствием! – Он как будущий отец относился сейчас к любой беременной женщине с невероятным трепетом.

Грейс улыбнулась:

– Отвяжи Воронка, Ульф. Я тут пока что все соберу…

Леди Кэвендиш аккуратно загнула концы льняной салфетки, протянула руку к корзине и бросила настороженный взгляд в спину удаляющейся Нэрис. Вспомнила странное выражение ее глаз, решительно сжатые губы… И покачала головой. Супругу Ивара Грейс знала не так уж хорошо, но с мужем ее они были давние друзья. И когда лорд Мак-Лайон вот так вот задумывался, это обычно значило только одно – в голове его идет напряженная работа мысли. Со всеми вытекающими из этого последствиями… Нэрис с Иваром в этом плане были похожи, как близнецы. А если еще вспомнить ее неуемное любопытство, о котором Грейс уже была наслышана… «Завтра покатаюсь! – решила леди Кэвендиш, бросая узелок с остатками пиршества на дно корзинки. – А сейчас лучше домой. Пригляжу, успокою, если получится. За ней же глаз да глаз нужен! Вот же парочка… одно слово – гончие!»

Нэрис о планах Грейс, ясное дело, не догадывалась. Да и не до них ей было… Пронеслась по тисовой аллее, вихрем влетела в дом и сейчас, раздираемая противоречивыми чувствами, металась по своей комнате, то и дело натыкаясь на мебель. В ней боролись искреннее возмущение и тревога за мужа. Почему все молчат? Где Ивар? И что с ним вообще? Исчез? Или, упаси господь, погиб, а ей просто решили пока не говорить?