Рука Оберона - Роджер Желязны

— Я весьма сильно беспокоился из-за того, о чем мы стобой говорили, — начал он. — А также — из-за того, о чем мы даже не упоминали.Я ждал подходящего момента после твоего возвращения из Тир-на Ног-та. Однако,когда я спросил о тебе, мне сказали, что ты еще не вернулся. Я подождал еще.Сперва ожидание меня просто раздражало, потом я испугался, что тебя моглизастигнуть врасплох наши враги. А позже я узнал, что ты все-таки приезжал, носовсем ненадолго и лишь для того, чтобы повидаться с женой Рэндома — наверное,весьма важный разговор, — а потом немного поспал и снова уехал. Я страшноразозлился, что ты даже не счел нужным заглянуть ко мне, однако же решил ещенемного подождать. Наконец я попросил Джерарда связаться с тобой с помощьюКозыря. Ему это не удалось, и во мне вновь поднялась тревога. Я попробовалсделать это сам, и когда мне — это было несколько раз — казалось уже, что ябуквально касаюсь тебя, я все-таки не смог к тебе пробиться. Я действительнобоялся за тебя, а теперь вижу, что боялся зря. Вот почему я сперва был такрезок.

— Понятно, — сказал я и сел с ним рядом. — Дело в том,что время там бежало куда быстрее, чем здесь, хотя на самом деле я не был такуж далеко отсюда, как кажется. Ты, похоже, успел гораздо лучше залечить своюрану, чем я — свою.

Он слабо улыбнулся и понимающе кивнул:

— Ну хоть не зря переживал.

— Мне и самому пришлось немало попереживать, — заметиля, — так что не прибавляй мне лишних волнений. Я был тебе нужен? Давай о деле.

— Тебя что-то тревожит, — сказал Бранд. — Может, намсперва стоит обсудить именно это?

— Хорошо, — кивнул я. — Давай обсудим.

Я повернулся и посмотрел на картину, висевшую на стене возледвери: написанное маслом довольно мрачное изображение колодца в Мирате: двоемужчин рахговаривают, держа лошадей под уздцы.

— Твой стиль легко узнать, — сказал я.

— Он во всем одинаков, — откликнулся Бранд.

— Ты украл мое следующее предложение! — усмехнулся я,вытаскивая Козырь Мартина и передавая ему.

Лицо его осталось совершенно бесстрастным. Он внимательнопосмотрел на карту, искоса глянул на меня и кивнул.

— Не стану отрицать: рука моя.

— Твоя рука сотворила ведь не только эту карту, верно?

Бранд облизал верхнюю губу кончиком языка.

— Где ты нашел ее?

— Именно там, где ты ее оставил, в сердце всех вещей —в подлинном Амбере.

— Значит... — проговорил он, поднимаясь с кресла иподходя к приоткрытому окну с картой в руке, словно для того, чтобы лучшерассмотреть ее, — значит, ты знаешь куда больше, чем я полагал. Каким образомтебе стало известно о Про-Образе?

— Сперва ты ответь: это ты ударил Мартина?

Бранд отвернулся от окна, мгновение смотрел на меня, потомрезко кивнул. Глаза его будто что-то искали в моем лице.

— Но почему? — воскликнул я.

— Кто-то должен был, чтобы открыть путь тем силам, которыебыли нам так нужны. Мы тянули жребий...

— И ты выиграл?

— Выиграл, проиграл... — Он пожал плечами. — Какое всеэто теперь имеет значение? Все получилось совсем не так, как мы планировали. Даи я теперь совсем другой человек.

— Ты убил его?

— Что?

— Ты убил Мартина? Сына Рэндома? Он умер или нет?

Бранд повернул свои руки ладонями вверх.

— Вот уж не знаю. Если он и не умер, то не потому, что я непытался убить его. Больше можешь ничего не спрашивать. Ты уже нашел виновного.Ну а теперь, когда ты его нашел, что ты намерен сделать?

— Я? Ничего. Насколько мне известно, этот парень можетбыть жив.

— Тогда давай перейдем к вопросам более важным. Какдавно ты знаешь о существовании истинного Образа?

— Достаточно давно. Во всяком случае, о егопроисхождении, предназначении и о воздействии на него крови Амбера. Представьсебе, я уделял куда больше внимания Дворкину, чем ты мог предположить. Простоне думал, что кому-то взбредет в голову портить первооснову нашегосуществования. Так что я позволил Скитальцу спать долго-долго. Мне даже вголову не приходило до недавнего разговора с тобой, что существование чернойдороги, возможно, связано с подобной глупостью. Я отправился обследовать Образ,нашел Козырь Мартина и все остальное.

— Я и не знал, что ты был знаком с Мартином.

— Ни разу в жизни его не видел.

— Тогда как же ты понял, что именно он изображен накарте?

— Я там был не один.

— Кто же был с тобою?

Я улыбнулся:

— Нет, Бранд. Теперь твой черед. Помнишь, во времянашего последнего разговора ты сказал, что враги спешат в Амбер из Двора Хаоса,что они сумели пробраться в наш мир благодаря черной дороге, ибо когда-то давновы — ты, Блейз и Фиона — совершили кое-что ради захвата трона. Вы тогда былиеще заодно. Теперь я знаю, что вы тогда сотворили. Но Бенедикт постоянно следитза Черной Дорогой, а я только что заглянул во Двор Хаоса. И не заметил тамникакого нового войска, никакого движения в нашу сторону по черной дороге. Язнаю, что в тех местах время течет иначе, и у них полно времени, чтобыподготовиться к новому нападению. Но я хочу знать, что сдерживает их сейчас.Почему они не атакуют? Чего они ждут, Бранд?

— Представления не имею.

— Не думаю. Ты у нас главный эксперт по этим вопросам.Ты имел дело непосредственно с силами Хаоса. Этот Козырь — лишь одно изсвидетельств. Не юли, Бранд, выкладывай.

— Двор Хаоса... — процедил он. — Да, развел ты тутдеятельность. Дурак был Эрик, что не убил тебя сразу – если бы он только знал,что тебе известно!..

— Эрик был дурак, — согласился я. — А ты нет. Рассказывай.

— Увы, я тоже дурак, — воскликнул Бранд, — к тому жесентиментальный! Ты помнишь наш последний с тобой спор, здесь, в Амбере,давным-давно?

— Отчасти.

— Я сидел тогда на краешке кровати. Ты стоял у моегописьменного стола. Когда ты повернулся ко мне спиной и направился к двери, ярешил убить тебя. И уже сунул руку было под кровать, где у меня был спрятанзаряженный арбалет. Я готов был выстрелить, когда вспомнил кое-что — это иостановило меня.

Он помолчал.

— И что же это было? — спросил я.

— Посмотри вон там, возле двери.