Стражи магического (не) вмешательства - Оксана Рассветная

— Может теперь расскажите, что это было? Откуда у Пашки крылья и кто он? — сажусь на кровать и внимательно оглядываю всю троицу, — и как вы тут все оказались?

— Это моя вина, — Глеб виновато опускает взгляд, — я должен был сначала рассказать тебе всё про твоего “друга”, а только потом показывать фотографии. Он инкуб, Ника. Тварь, которая высасывает силы из женщин.

— Молчи уже. Ты много сил потерял. Я сама всё расскажу, — вздыхает Яра, — видишь кольцо? Камень меняет цвет, если с кем-нибудь из отряда что-то случается. Мы знали куда пошёл Глеб и мгновенно переместились, как только заметили сигнал, но тут уже всё кончилось. А Пашка…Пашка инкуб…

Яра говорит и говорит, а я крепко сжимаю кулаки, чтобы не разрыдаться. Не было никаких чувств между нами, только похоть инкуба помноженная на магические потребности его вида. Спасибо, что в тот день Стражи пришли в кафе и попали в мою смену. Если бы ни это, то страшно представить, чем бы окончилось наше с Пашкой знакомство. Я сглатываю тугой ком, который застрял в горле, и тихо говорю, обращаясь ко всем троим разом.

— Спасибо, ребят, что вы появились в моей жизни. Вы в который раз спасаете меня. Спасибо.

— На здоровье, — весело отвечает Яра, — а теперь хватит страдать. Машина уже внизу. Поехали лечиться.

Глава 23

Ярослав.

Спасённая девушка неподвижно лежит на кровати, бледная, под глазами залегли тени. В гроб и то краше кладут. Над ней колдуют сразу два наших специалиста по магическим воздействиям. Эскулапы и кудесники, спасшие не одну сотню жизней. Но даже они не дали никаких гарантий. Инкуб использовал эту девушку, как консервы, — отпивал от неё в щадящих дозах, сберегая как можно дольше. А сегодня вечером решил опустошить полностью, как и положено у инкубов. И у него почти получилось. Моё появление прервало мерзкий ритуал поглощения энергии, но печать инкуба уже начала прорисовываться в ауре жертвы. Как сказали эскулапы, именно из-за этого нечёткого рисунка будет сложно восстановить её здоровье.

— С-скотина, — я врезал кулаком в стену, просто чтобы избавиться от злости.

Если бы мы с первого дня, когда наткнулись на Пашку и заметили его скрытность, занялись им вплотную, то вот этих страшных последствий можно было избежать. Слушать надо свою интуицию, насколько я помню даже Кир говорил, что скользский тип — этот Пашка.

Прислоняюсь лбом к стеклу, отделяющему палату от коридора, смотрю не отрываясь на девушку, закутанную золотистым коконом лечебных заклятий, и шепчу, понимая, что она всё равно не услышит.

— Наш провал, — голос прозвучал глухо, — прости нас.

— Коришь себя? — голос куратора застаёт меня врасплох. Оборачиваюсь, стараясь не выдать своего смущения.

Саша откровенно рассматривает меня. В его глазах прячется ехидство, смешанное с сочувствием. Как он умудряется сочетать в своих мыслях столь разные чувства?

— Корю, — признаюсь я, — если бы…

— Ага, если бы, да бы мешает! — наставительно вещает Саша, — с чего ты взял практикант, что вы могли что-то изменить?

— Могли. Надо было сразу взять его в разработку. Тогда и эта девушка, и Глеб, и Ника…

— Ага, да. Все были бы здоровы и счастливы. Так? — складывает руки на груди продолжая сверлить меня задумчивым взглядом.

— Да! — твёрдо отвечаю я, но внутри я уже не так уверен в собственной правоте.

А вот фиг! — резко говорит Саша и тычет твёрдым пальцем в мою грудь. — Не сейчас, так потом, не завтра, так через год, но с кем-то что-то обязательно случится. Ни ты, ни кто другой никогда не сможет спасти и защитить вообще всех! Понимаешь, Яр? С твоим другом или близким, с соседом или злейшим врагом, или с абсолютно незнакомым существом может произойти что-то плохое. Даже смерть, в конце концов. Мы, Стражи, просто маленькие винтики, шестерёнки в сложном механизме жизни. Мы можем просто спасать попавших в беду, ровно столько, сколько сможем спасти. И ни единицей больше. Не бери на себя лишний груз. Вина не облегчит твоего существования. Понял, практикант?

Киваю, хоть и не согласен до конца. Я хочу спасти всех, до кого могу дотянуться.

— Эх, — устало машет рукой куратор, — ничего-то ты не понял, практикант. Пошли навестим твоего друга. А по дороге расскажешь, что у вас там по убийству в библиотеке.

Выкладываю, всё, что нарыли. Заканчиваю, как раз у двери палаты Глеба.

— Молодцы, практиканты, — заключает Саша и распахивает дверь.

Оттуда доносится смех. Вокруг кровати Глеба собралась вся наша группа, включая Нику. Они едят пиццу и шутят, словно ничего не случилось.

— Глебушка! Как себя чувствуешь? Нет желания доесть Нику? — несмешно шутит куратор.

Смех моментально смолкает, и Глеб растерянно опускает руку с куском надкусанной пиццы, затравленно смотрит на куратора. Тот, не моргнув глазом, добивает всех нас.

— Выговор, практиканты. Всем. С занесением в личное дело. За то, что нарушили несколько запретов. Кто мне подскажет, где вы все дружно накосячили?

В тишине палаты раздаётся разумный ответ Яры.

— Следовало сразу сообщить в штаб о выявлении инкуба. Остановить операцию и дождаться подкрепления. Изолировать Веронику, как возможную следующую жертву инкуба.

— Молодец, практикантка. Пять баллов Гриффиндору! — ехидничает Саша. — Вот за это выговор. Но! За то, что вы спасли несколько человек, сумели изгнать инкуба и не подохли во время безрассудной операции — вам объявляется благодарность.

— С занесением в личное дело? — голос Снежаны так и пылает надеждой.

— Неа. Жирно будет. — Саша хватает из коробки кусок пиццы, откусывает, и с наслаждением прикрывает глаза, — еда! Мм, даже не обедал сегодня! Так, ребятки, слушаем сюда. Ника прикрепляется к вашему отряду. С завтрашнего утра она начинает проходить ускоренную подготовку, чтобы развить дар и стать полноценной Видящей. Приказ из Министерства.

— Чего?? — Снежка неодобрительно косится на ошарашенную Нику.

— Есть вопросы?

— Почему мы проходили испытания, готовились отчаянно, а ей всё просто так достаётся?

— Просто так? — начинает возмущаться Глеб, глядя на фею.

— Потому что! — перебивает Саша несостоявшуюся перепалку и обводит нас всех взглядом. — Переходим ко второму вопросу. Ваши данные по убийству в библиотеке весьма недурственны и подтверждаются нашим расследованием. С высокой долей вероятности библиотекарь является если не самим колдуном из снесённой деревеньки, что, в общем-то, маловероятно в принципе, столько не живут. То наследником и потомком кого-то из колдунов. Дальнейшее расследование продолжат ваши старшие товарищи, а вы, практиканты, отдыхайте и восстанавливайтесь.

— Куратор, нас исключат? — Глеб хмуро смотрит на Сашу.

— Неа, — куратор хватает ещё один кусок пиццы и идёт к выходу, — что с вас романтичных дураков взять? Живите. За пиццу спасибо! Чуть с голоду не помер.