Тайная семья - Чарлз Стросс

Она слабо улыбнулась.

— Завтрак. Где его можно найти? — Осознание того, что она накануне пропустила и ланч и обед, тут же обрушилось на нее. Она внезапно ощутила едва ли не слабость от голода.

— Сюда, пожалуйста! — Он подвел ее к огромной двустворчатой двери из красного дерева и стекла по одной стороне вестибюля и проводил к небольшому столику, покрытому чистой льняной скатертью. — Теперь остается пригласить официанта.

Мириам развернула свой стул под таким углом, чтобы как можно осторожнее рассматривать других занятых едой людей. Это похоже на историческое кино! Кино, начинавшееся в самом настоящем фешенебельном отеле викторианской эпохи — вот только у викторианцев в помине не было ничего похожего на такие ярко-бирюзовые и пурпурные обои. Местная одежда тоже ничего из этой эпохи не напоминала. Мужчины в костюмах в духе Неру, с закругленными полами, женщины в длинных юбках или брюках и в блузках с воротниками, напоминающими крылья. Официанты в белых фартуках, разносящие тарелки… что там, рыба? И булочки? Единственным знакомым предметом здесь была газета.

— Не могли бы вы принести мне газету? — справилась она у посыльного.

— Несомненно, мэм! — ответил тот и пулей сорвался с места. Через секунду он появился вновь, и Мириам некоторое время неуклюже рылась в сумке в поисках чаевых, прежде чем начала методически изучать первую страницу.

Заголовки в «Лондонском информаторе» были до странного знакомы и в то же время с налетом экзотики. «Спикер: палата парламента может объявить импичмент монарху за супружескую измену»… но нет, здесь не было короля по имени Клинтон, только незнакомые имена и внесение предложений о поправках к Конституции с целью добавить набор дополнительных «обвинений», позволявших сместить монарха — супружеская измена, обман и некомпетентность, каковы бы они ни были по масштабу. Тут могут объявить импичмент королю? Мириам покачала головой, переходя к другой публикации. «Моррис и Стокс отправляются на виселицу», заметка о паре похитителей драгоценностей, которые убили владельца магазина. Чем дальше она продвигалась по странице, тем больше сверхъестественного попадалось ей на глаза: список капитанов торговых судов, кому были дарованы каперские свидетельства, репрессии против «сил и агентов континентального врага» и список эфирных излучателей, установленных в порядке эксперимента компанией «Телоптик Радио» Новой Британии.

Когда она уже готовилась перевернуть страницу, у ее плеча возник официант.

— Могу я обслужить вас, мэм?

— О, разумеется. Что у вас сегодня хорошего?

Он широко улыбнулся.

— Копченая селедка с маслом, пожалуй, самое пикантное блюдо, и если позволите порекомендовать, то — клубничный джем от миссис Уилсон. Мэм предпочитает чай или кофе?

— Кофе. Крепкий. С молоком. — Она кивнула. — Я последую вашим рекомендациям. Этого будет достаточно.

Он энергично удалился, оставив ее недоумевать по поводу смысла заметки относительно налоговых возможностей, предоставленных королевской законодательной властью высшему сословию, и принуждения соблюдать утвержденные правила Королевского акцизного управления. Даже добавочная мощная доза кофе и тарелка с копченой рыбой — не так она обычно начинала день, но пустой желудок еду очень одобрил, — все равно ничего не прояснили. Этот мир такой сложный! Удастся ли мне понять его? Она не переставала удивляться.

Кофе в ее чашке уже заканчивался, когда появился другой посыльный, с серебряным подносом в руках.

— Каблограмма вдове Флетчер, — объявил он, используя тот псевдоним, которым подписывалась Мириам.

— Это я. — Мириам взяла с подноса записку — кусочек открытки с приклеенными к ней полосками печатной ленты. ВСТРЕЧАЙТЕ НОМЕР 54 ПО ГРИТ-МОРИС-СТРИТ 10 УТРА. УВИДИТЕ БЕЙТСА. ТЧК. ЭБ. КОНЕЦ. — О-о, хорошо. — Она взглянула на часы, висевшие над цветисто украшенным входом. — Не могли бы вы нанять для меня кеб? До Грит-Морис-стрит. Отъезд в течение двадцати минут.

Сложив газету, она поднялась с места и вернулась в комнату за шляпой и пальто. «Игра начинается», — с восторгом подумала она.

Пока кеб добирался до Грит-Морис-стрит, она немного успокоилась и, быстро приведя в порядок мысли, начала обдумывать, что говорить и делать. Кроме того, она еще раз убедилась, что перчатка на правой руке достаточно натянута, чтобы закрывать запястье, а рукав блузки закатан почти до локтя. Не то чтобы это был идеальный способ скрыться (разумеется, если бы ей пришлось «бежать», использовав временную татуировку с изображением вполне определенного замысловатого узелкового узора, это была бы катастрофа, полное крушение ее планов), но, коль скоро Эрасмус решил сдать ее в полицию, он пожалеет об этом.

Грит-Морис-стрит являла собой кривоватый мощенный булыжником проспект, окаймленный с обеих сторон богатыми каменными, типично городскими домами. Небольшие каменные мостки были перекинуты от тротуаров к широким входным дверям особняков, стоящих в углублениях, так что два ряда окон располагались ниже уровня улицы. Снег с улицы и тротуаров был выметен, хотя огромные сугробы стояли через определенные интервалы, дожидаясь вывоза. Мириам вышла из кеба, расплатилась и решительно зашагала по тротуару, пока не обнаружила дом под номером 54.

— «Чартерис, Бейтс и Чартерис», — пробормотала она скорее для себя. — Звучит вполне благонадежно. — Она подошла к двери и потянула за шнурок колокольчика.

Дверь открыл невысокий сердитый клерк.

— Кто вы? — требовательно спросил он.

Мириам с легким пренебрежением уставилась на него.

— Я пришла встретиться с мистером Бейтсом, — сказала она.

— Кто вы, как вы сказали? — Он приложил к уху ладонь, и Мириам поняла, что он глуховат.

— Миссис Флетчер, по поводу встречи с мистером Бейтсом, — громко повторила она.

— О-о. Тогда, прошу вас, входите, я доложу.

Разница между адвокатскими конторами здесь и в ее мире была невелика, как уяснила для себя Мириам. Здесь стояли громоздкая черная пишущая машинка с клавиатурой, напоминавшей церковный орган, который сел после стирки, и древний телефонный аппарат с отдельным переговорным рожком, но во всем остальном единственным отличием служила одежда. В этом месте и в это время для юриста-секретаря (худого беспокойного мужчины) она включала пудреный парик, короткие бриджи и визитку.

— Пожалуйста, присаживайтесь… а-ах нет, — сказал явно ошеломленный секретарь, как только высокий, одетый во все черное человек открыл дверь внутренней конторы и поманил пальцем Мириам. — Это их честь мистер Бейтс, — объяснил секретарь. — А вы?..

— А я миссис Флетчер, — терпеливо повторила Мириам. — У меня назначена встреча с мистером Бейтсом. Правильно?

— О да. — Бейтс вежливо кивнул ей. — В таком случае, не угодно ли пройти сюда? Прошу.

Внутри его конторы отличия от ее собственного мира начали понемногу исчезать, возможно потому, что множество юристов у нее дома старательно стремились создать традиционную обстановку. Мириам огляделась.