Нелинейная зависимость - Дмитрий Янковский

– Да. – доктор медленно, спокойно, открыл ридикюль и достал оттуда огромное увеличительное стекло в бронзовой оправе.

– Подозрительных нет. – Андрей качнул головой.

– А как часто вы вообще меняете эээ… партнеров?

– Партнерш. – поправил его Андрей. – Это так важно?

– Да. По крайней мере мне нужно знать как можно больше о трех последних эээ… девушках. Возраст, конституция, эээ… частота встреч.

Андрей перечислил.

– Значит с каждой не более пяти контактов?

– Да. – отрезал Андрей, твердо решив выгнать доктора, если тот продолжит развивать тему.

– Понятно. – вздохнул Константин Анатольевич. – Придвиньтесь ближе. Да, вот так.

Он уставился на залитый слезами нос сквозь огромную линзу, при этом его лицо забавно исказилось, на щеках проявились огромные поры и короткие светлые волоски.

– Курите?

– Да. – ответил Андрей.

– Сколько?

– Пачку в день.

– А сегодня? – доктор достал из чемоданчика хромированный ланцет.

От одного его вида по телу пробежала волна ледяного озноба – Андрей всегда настороженно относился к медицинским инструментам. Особенно к острым.

«Убийца». – подумалось как-то само.

Но усилием воли удалось взять себя в руки.

– Со вчерашнего вечера дым щиплет глаза. – ответил Андрей, не спуская глаз со свекающей стали. – Почти не курю.

– Посмотрите на кончик этого инструмента. – попросил доктор. – Старайтесь не щуриться.

Он поднес кончик ланцета почти к самому носу Андрея и начал медленно уводить инструмент к себе, будто замахиваясь. Андрей напрягся, готовый отразить внезапный удар. Из носа на брюки капнуло.

– Что-то вы напряжены… – заметил Константин Анатольевич. – Нервы? На работе проблемы?

Он медленно уводил ланцет от лица, затем резко придвинул к носу. Андрей не выдержал и одним взмахом выбил инструмент из руки.

– Да. Нервы. – доктор спокойно встал, подобрал ланцет и уложил в чемоданчик. – Пожалуйста, дайте мне деньги за вызов.

– Что? – ошарашено переспросил Андрей.

– Деньги пожалуйста.

Руку из чемоданчика доктор не убирал. Так в фильмах держат пистолет в приоткрытом кейсе. У Андрея шевельнулись волосы на затылке.

– Да. Сейчас… – он встал и с излишней поспешностью достал из шкатулки полторы тысячи рублей. – Пожалуйста.

Доктор пересчитал залитые слезами купюры и уложил в ридикюль.

– Я вам ничем помочь не могу. – сообщил он. – Это не инфекция.

– А что же? – такое заявление окончательно выбило Андрея из колеи.

Он достал из шкафчика новый носовой платок и промокнул лицо.

– Вас никто не проклинал? – совершенно серьезно спросил Константин Анатольевич.

Если бы доктор растворился в воздухе, Андрей бы не так удивился.

– Что, простите?

– Ну. Проклятие. Понимаете? Это ведь не пустой звук. Вы садитесь, садитесь. Я работаю не первый день в медицине, был военным хирургом во вторую чеченскую, и давно заметил, что не все происходящее с человеком можно объяснить эээ… с рациональной точки зрения. Это мой личный опыт. Даже хобби. Эдакая, можно сказать, исследовательская деятельность.

– Вы актер? – догадался Адрей. – Вас наняла Оксана, чтобы вы пудрили мне мозги. Так? К тому же за мои деньги. Вас, кстати, не затруднит их мне вернуть?

– Если вы настаиваете… – пожал плечами Константин Анатольевич и вынул из ридикюля пачку купюр.

Андрей уже потянулся за ней, когда его осенило – на ладони фломастером был выведен номер телефона. Его дала Светлана, которая Оксану не знала и знать не могла.

– Извините… – Андрей убрал руку. – Почему вы не сказали, что не имеете к Оксане никакого отношения?

– Я опытный врач, и знаю, что бесполезно убеждать пациента, если он что-то вбил себе в голову. Особенно, когда пациент в таком состоянии.

– Да… – Андрей вытер лицо платком. – Значит вы действительно врач.

– Совершенно верно.

– Тогда оставьте деньги себе. Я хочу вас дослушать.

– Но насчет проклятия я оказался прав? Про какую Оксану вы говорили?

– Это одна из трех девушек, о которых я вам рассказал.

– Понятно. Она бросила проклятие вам в лицо?

– Нет, по телефону.

– Это упрощает задачу. – довольно кивнул доктор. – Задачу по вашему эээ… излечению. Вы сами чувсвуете вину перед ней?

– Нет. Я не давал никаких обязательств.

– Это плохо. Несправедливо наложенные проклятия никогда не сбываются. Там… – доктор ткнул пальцем в потолок. – Происходит как бы проверка. И если проклятие приведено в исполнение, значит вы действительно совершили ошибку. Соответствующую ошибку. Адекватную. На войне я нередко встречался с подобным. Там это проявляется эээ… наиболее ярко.

Андрей понял, что его не разыгрывают.

– Вы вообще верите в Бога? – спросил Константин Анатольевич.

– Да.

– Тогда вам нужно понять, как и что вы сделали плохо. Не факт, что дело именно в неисполненных обязательствах Это может бытьи личная обида. Незаслуженная, конечно.

– А если я пойму?

– Вы можете покаяться. Попросить прощения.

– У нее? – насторожился Андрей.

– Вовсе не обязательно, если вас это так тяготит. Есть инстанция куда более высокая. – доктор снова ткнул пальцем в потолок. – Вы меня понимаете. Происходит как бы замещение наказания. Ваш эээ… грех оценен и за него вы уже несете заслуженное наказание. И прощение надо просить у того, кто на вас его наложил, а не у того, кто рекомендовал избрать мишенью именно вас.

– У Бога? – уточнил Андрей.

– Да, конечно. Но в этом деле самолечение не менее опасно, чем при обычных болезнях. Обратитесь к опытному священослужителю. Я даже могу рекомендовать…

Константин Анатольевич вынул из редикюля визитную карточку.

– Этому человеку удалось многих вернуть к нормальной жизни. Его зовут отец Тимофей. И место намоленное.

Андрей принял визитку и положил в карман рубашки.

– Спасибо.

– Очень рекомендую. – доктор встал и пошел к выходу. – И еще советую не тянуть с этим визитом. Положение может усугубиться.

Андрей закрыл дверь за доктором и тут же направился к телефону.

– Алло! Вызов такси? – произнес он трубку, когда линия соединилась.