Опасное искушение - Эйлин Уилкс

— Завтра, — нахмурилась она. Интересно, когда Тернер собирается отвезти ее в Поместье? Она нутром чуяла, что там можно отыскать кое-какие ответы. Лили начинала склоняться к мысли, что все дело во внутренних разборках между кланами лупи, хотя жертвой пал человек. — В котором часу?

— Вечером, наверное. Утром будет служить отец Идальго.

— У вас два батюшки?

— Два священнослужителя, — поправил он. — У нашего духовенства несколько чинов: отец, преподобный отец, высокопреосвященство, святой и пресвятой, который для нас как папа римский для католиков, — лучезарно улыбнулся толстяк. — Его резиденция в Англии, но сейчас он навещает наш главный храм. Поэтому его преосвященство Патрик уехал в Лос-Анджелес.

— Весьма разветвленная структура для такой молодой религии. — Интересно, священники сплошь мужчины? Это было бы странно в религии, сосредоточенной вокруг богини.

— Нет-нет, наша Церковь совсем не новая. Это для Америки она в новинку, но на самом деле вера зародилась давно, очень давно. Она возникла в Египте в… я всегда путаюсь в датах. Во время Второй династии? В Средневековье гонения были воистину ужасны, — покачал головой человечек. — Пришлось скрыться с глаз долой. Может, поэтому вам не доводилось слышать о нас. Но ритуалы не затерялись в веках. Нет-нет. Многие из них можно проследить на протяжении тысячелетий.

Чем непонятней культ, подумала Лили, тем больше его последователи кичатся древним происхождением. И ничто так не украшает веру, как гонения.

— Вы так хорошо осведомлены обо всем. Быть может, вы сумеете помочь мне, ответив на несколько вопросов.

Улыбка толстяка погасла.

— Сомневаюсь, что смогу быть вам полезным. Я был знаком с Карлосом, но не близко.

— Вы говорили с ним вечером в четверг.

— Совсем чуть-чуть. — Толстяк явно чувствовал себя не в своей тарелке. — Я рассказывал об этом вашему офицеру.

— Мне нужно кое-что уточнить и получить кое-какие факты. — Лили доверительно ему улыбнулась. — Ну, вы понимаете. Должна же я буду что-то ответить, когда начальство набросится на меня.

Толстяк кивнул, но все же с долей сомнения.

— Думаю, мы можем воспользоваться кабинетом секретаря.

Они беседовали в помещении, которое, вероятно, было святилищем, хотя с виду скорее напоминало фойе банка, коим некогда являлось. Только теперь здесь стояли скамьи.

— У вас нет своего кабинета?

— Нет, что вы. — Он покачал головой, снова улыбнулся и двинулся в конец помещения. — Я всего лишь послушник. Плотник, вернее, был им. Теперь я вышел на пенсию, помогаю по хозяйству, но официально здесь не числюсь.

— Вы здесь работали, да?

— Верно, — просиял он.

— Раньше здесь был банк, так?

— Точно. — Он с гордостью поглядел вокруг. — Здание было построено в тысяча девятьсот тридцать втором году, потом много лет пустовало. Мы гордимся произведенной здесь реставрацией. Помещение было в ужасном состоянии, просто кошмарном.

— Хм.

Чтобы отреставрировать старое здание, нужны огромные деньги. Хотя помещение было небольшим, как обычно бывает с банками, все равно выбор места для церкви казался весьма странным. Похоже на то, что Церковь Правоверных недостатка в финансах не испытывала.

Оказалось, что упитанному послушнику, в прошлом Плотнику, действительно сказать нечего. Он подтвердил, что Фуэнтес появился в храме в четверг вечером, — видел, как тот приехал, но на спевку не пошел, а уединился с его преосвященством. Беседовал с ним наедине.

Завтра, обещала себе Лили, открывая машину, она непременно пообщается с его преосвященством Патриком Харловом. А сегодня вечером… Губы ее изогнулись в улыбке. Вечером она ужинает с Рулом Тернером. Ей так хотелось увидеть его лицо, и тут он вошел в заведение под названием «Бишопе».