Умирающая Земля - Джек Вэнс

— Не делай этого! — прошептал старший рыбак. — Гаунс уйдет своей дорогой!

— А как же женщина, которую он схватил? Мы можем спасти ее!

— Гаунс никого не схватил.

Старший рыбак стиснул его плечо.

— Ты что, ослеп, приятель? — воскликнул Юлан Дхор.

— В Ампридатвире нет никого, кроме зеленых, — сказал младший. — Останься с нами.

Юлан Дхор заколебался. Выходит, женщина в сером — призрак? Но если она призрак, почему рыбаки так прямо и не скажут?

Гаунс вразвалочку двинулся к длинному строению с темнеющими проемами обрушившихся арок. Юлан Дхор бросился бежать через белую площадь древнего Ампридатвира. Чудище обернулось к нему и замахнулось громадной узловатой ручищей длиной в человеческий рост, потрясая заросшим белым мехом кулаком. Юлан Дхор встретил страшный удар лезвием меча, и рука гаунса ниже локтя повисла на клочке мяса и разрубленной кости.

Юлан Дхор отскочил назад, чтобы его не забрызгало кровью, и ловко увернулся от растопыренных пальцев другой руки, пронесшихся мимо. Он снова рубанул мечом, и вторая рука гаунса безвольно повисла. Юлан Дхор рванулся вперед, вонзил клинок страшилищу в глаз и вогнал в черепную коробку. Существо испустило дух, сотрясаемое бешеными корчами, словно в каком-то безумном танце.

Юлан Дхор, тяжело дыша и подавляя подступившую дурноту, взглянул на перепуганную женщину. Она пыталась подняться на трясущиеся ноги. Он протянул руку, чтобы помочь ей, и заметил, что она молодая и стройная, с белокурыми волосами длиной до подбородка. У нее было миловидное, хорошенькое личико, искреннее, ясноглазое, невинное.

Она словно не замечала его, стоя вполоборота и кутаясь в свой серый плащ. Юлан Дхор испугался, что рассудок бедняжки помутился от потрясения. Он приблизился к ней и заглянул ей в глаза.

— Ты цела?

На лице ее отразилось такое изумление, словно она увидела еще одного гаунса. Она метнула взгляд на его зеленый плащ, потом быстро перевела глаза на лицо и черные волосы своего спасителя.

— Кто ты… кто ты такой?

— Чужестранец, — отвечал Юлан Дхор, — к тому же немало удивленный обычаями Ампридатвира.

Он оглянулся на рыбаков, но тех словно ветром сдуло.

— Чужестранец? — переспросила девушка. — Но трактат Каздала учит нас, что гаунсы истребили всех людей Ампридатвира, кроме серых.

— Каздал заблуждается, как и Пансиу, — заметил Юлан Дхор. — На Земле до сих пор полным-полно других людей.

— Я вынуждена поверить тебе, — отвечала девушка. — Ты говоришь, что существуешь, — это бесспорно.

Юлан Дхор заметил, что она отводит взгляд от его зеленого плаща. От него разило рыбой, и Юлан Дхор немедля сбросил его.

Ее взгляд упал на его красную куртку.

— Ты рейдер…

— Нет, нет, нет! — воскликнул Юлан Дхор. — По правде говоря, я нахожу все эти разговоры о цветах довольно утомительными. Я — Юлан Дхор из Каиина, племянник принца Кандива Золотого, и здесь затем, чтобы отыскать таблички Рогола Домедонфорса.

Девушка слабо улыбнулась.

— Рейдеры тоже промышляют этим, и тоже носят красное, и ни один человек не подает им руки, ведь когда они в красном, кто знает, серые они или…

— Или кто?

Она смутилась, как будто такой вопрос никогда не приходил ей в голову.

— В Ампридатвире кого только не увидишь.

— Бесспорно, — согласился Юлан Дхор, оглядывая площадь. — Если хочешь, я провожу тебя до дома, и, быть может, для меня найдется уголок, где я мог бы переночевать.

— Я обязана тебе жизнью и помогу всем, чем только смогу, — сказала она. — Но я не смею привести тебя под мой кров. — Она скользнула взглядом по его зеленым штанам и отвела глаза. — Это породит неловкость и бесконечные оправдания…

— Значит, у тебя есть мужчина? — забросил удочку Юлан Дхор.

Она метнула на него быстрый взгляд — странное кокетство, странная игра во мраке древнего Ампридатвира. Посреди руин стояли девушка в грубом сером плаще, с желтыми волосами, разметавшимися по плечам, и Юлан Дхор в элегантном наряде, бесстрастный и невозмутимый, чертами смуглого лица чем-то похожий на орла.

— Нет, — ответила она наконец. — У меня еще не было мужчины.

Негромкий звук вспугнул ее, она вздрогнула.

— В развалинах могут прятаться другие гаунсы. Я отведу тебя в безопасное место, а завтра поговорим…

Она провела его через сводчатую галерею в одну из башен.

— До утра ты будешь здесь в безопасности. — Она стиснула его руку. — Я принесу тебе поесть, если ты дождешься меня.

— Дождусь.

Она искоса, со странной нерешительностью взглянула из-под полуопущенных ресниц на его красную куртку, скользнула глазами по зеленым штанам.

— Еще я принесу тебе плащ.

С этими словами девушка исчезла. Юлан Дхор видел, как она стремительно спустилась по лестнице и, словно дух бесплотный, выскользнула из башни. Потом она пропала из виду.

Он уселся на пол, мягкий и эластичный, теплый на ощупь. Странный город, странный народ, подчиняющийся головоломным правилам. Или они и вправду призраки?

Он впал в лихорадочную полудрему, а когда проснулся, сквозь сводчатую галерею пробивались чахлые розовые проблески зари. Юлан Дхор поднялся, потер лицо, потом, немного поколебавшись, спустился к подножию башни и вышел на улицу. Ребенок в сером костюмчике, игравший неподалеку, увидев его красную куртку, завопил во все горло и побежал через площадь.

Выругавшись, Юлан Дхор нырнул в тень. Он не ожидал, что на кого-нибудь наткнется. На враждебность он мог бы ответить враждебностью или спасаться бегством, но испуг обезоружил его.

У входа в галерею появился темный силуэт — девушка. Она вгляделась в темноту, вид у нее был хмурый. Озабоченный Юлан Дхор вышел на свет. Она вдруг улыбнулась, и лицо ее совершенно преобразилось.

— Я принесла тебе завтрак, — сказала она, — а еще приличную одежду.

Она выложила перед ним хлеб и копченую рыбу, налила теплого травяного чаю из глиняного кувшина. Поглощая нехитрую снедь, он наблюдал за ней, а она — за ним. Между ними ощущалась напряженность, она явно испытывала опасения, он чувствовал, что ее что-то гнетет.

— Как тебя зовут? — спросила девушка.

— Я — Юлан Дхор. А ты?

— Элаи.

— Элаи… и все?

— А что, нужно еще что-то? Разве этого не достаточно?

— О, вполне.

Она уселась перед ним, поджав ноги.