Черная Вишня - Алиса Пожидаева

В эту игру могут играть двое.

Из хода я вывалилась буквально перед спешащей по коридору Каризой. Та взвизгнула и отпрянула к стене, я для разнообразия тоже взвизгнула и вжалась в нишу. Еще бы не вжаться. Мимо меня пролетел и стукнулся о камень небольшой нож. Кажется, не у того я уроки метания для женщин решила брать.

— О Неведомый! — Она отлипла от стены, шагнула ко мне. — Вероника? — А потом крикнула во весь голос, который оказался неожиданно громким: — Вероника нашлась!

Уверена, ее услышали даже в порту. У меня даже в ушах зазвенело.

Спустя полчаса меня допросили, к счастью, без пыток, поругали и осмотрели на предмет повреждений. Но, кажется, поверили в несколько нервный рассказ о том, как вечером от скуки я отправилась поглядеть подвалы, потерялась, нашла случайно тайный ход, потом долго не могла выйти, уснула и жутко замерзла. Мэтиус специально показал мне тот проход, в который легко попасть, а выход иногда заклинивает.

В покоях меня ждали горячая ванна, ужин и любопытная Кари. По крайней мере, закутанную в теплый халат меня она встретила на диване, уплетая виноград. Слабость еще была дикая. Я забралась на диван с ногами, закуталась в плед и присоединилась к трапезе.

— За нож прости, машинально получилось. — Девушка обезоруживающе улыбнулась. — Ты появилась так внезапно, сама бледная, в пыли, в паутине. Я уж решила — нежить в замке.

Я и не думала дуться, отмахнулась. Меня больше заинтересовало, кого она имеет в виду, уж не духа точно.

— А ты нежить видела раньше?

— Конечно! Это здесь, в населенных районах, следят, чтобы не нарождалась, а в глуши полно беспокойников. Особенно в горах и предгорьях.

— А почему?

— Так там же столько битв было в последнюю войну. Фон нестабильный.

— А-а-а… — Я сообразила, что начинаю расспрашивать об общеизвестных фактах, и умолкла.

— Неужели ты их не видела?

— Ну как сказать, — максимально честно постаралась ответить я. — Довелось однажды в лесу ночевать, так они в дверь заимки ломились. Хорошо дерево заговоренное было.

Я зябко поежилась, и тему мы закрыли, сведя разговор к мужчинам. Однако выяснить, кто владеет сердцем юной Тарис, мне не удалось. В конце концов, сославшись на усталость, я все-таки уползла в постель.

Утром проснулась восхитительно бодрая. Сбегала размяться, умылась, спустилась к завтраку. Была мила и приветлива. В общем, являла собой образец прилежания. Даже то, что я вооружилась и отправилась после завтрака упражняться в метании, почти не бросило тень на мой образ.

— Вероника, — приветствовал меня кивком Амир.

Мы уже виделись в столовой, и теперь он активно упражнялся рядом с закутком для метания. Хромота его была практически незаметна.

— Рада вас видеть, Амир! — Да я сама вежливость. — Мне бесконечно жаль, что вчера я пропустила нашу совместную тренировку. — Замах, нож вошел в мишень. — Право, весьма неловко.

Еще замах, но, увы, снаряд перекрутился и ударился рукоятью.

— О, вы заставили всех здорово поволноваться. — Он выглядел обеспокоенным, я замахнулась и послала еще один нож в щит. — Вы точно не пострадали?

— Я больше испугалась и замерзла. — Бросок — удар. — Даже боялась, что разболеюсь. Но, к счастью, все обошлось.

В этом приторно-сладком тоне мы продолжали общаться и заниматься дальше. Амир фехтовал и периодически исправлял мне хват, указывая, как именно бросать с какого расстояния.

Когда руки вновь налились свинцовой тяжестью, я так же карамельно распрощалась и отправилась к себе.

Обед прошел в атмосфере всеобщего благодушия, потом меня похитила на прогулку шаиса. Но я перенесла все стоически. Меня грело предвкушение приключения.

Дело в том, что вчера перед сном в спальню просочился Мэтиус, сообщил, что мероприятию быть, и пригласил меня поучаствовать.

Разумеется, я согласилась!

Мэтиус, который теперь привольно гулял по замку, обещал провести меня очередным ходом вниз в подземелья. Однако моя вылазка чуть не сорвалась. Я стояла у окна, уже одетая в простое немаркое платье и теплый жакет, и любовалась луной, когда за спиной щелкнул замок.

Оторвалась от созерцания ночного светила и бросила взгляд назад. Шердан вошел и замер, молча глядя на меня. Выражения его лица я не поняла, да и темновато было. Я машинально поправила волосы, еле удержалась, чтобы не разгладить несуществующие складки на подоле, и поняла, что скучала. Так и стояла, разглядывая своего нанимателя. Он был заметно уставшим, пыльным и наверняка голодным. Под глазами залегли тени, но взгляд был так же направлен на меня. Непроизвольно подалась ему навстречу.

Тишину разбил шум крыльев ночной птицы. В проеме распахнутого окна мелькнул стремительный силуэт.

— Ну здравствуй, дорогая, — заговорил первым Шер.

— Добрый вечер. — Я чуть подумала и добавила: — Дорогой!

— Скучала? — Стаскивая с себя камзол, он прошел в свою спальню.

Я спокойно проследовала за ним и вдруг подумала, что в здешнем довольно чопорном обществе, хотя и лишенном предрассудков христианства, наша совместная жизнь более приличествует супружеской паре. Да и то порой супруги живут в разных крыльях особняка, встречаясь лишь в отдельной супружеской спальне. А для нас не зазорно друг при друге переодеться, не падая в обморок при виде обнаженного участка кожи. Ладно я, выросшая в других условиях, но и Шера ничуть не смущает мое спокойное отношение к его и своей наготе. Хотя как спокойное… Я припомнила все случаи, когда заставала его неодетым, начиная с нашей первой встречи. И да, наш почти случившийся интим тоже припомнила. И очень порадовалась, что в комнате полумрак и предательского румянца не видно. Выдохнула в ответ ласково: