Дракона возбуждать не рекомендуется  - Александра Черчень

– Ильф… – Я подняла голову, растерянно глядя на дракона, и задохнулась от нежного прикосновения его губ к щеке.

– Дальше? Давай дальше… Вспомни свое поведение. То, что ты меня соблазняла и провоцировала – это одно. Меня это скорее забавляло и веселило. Но потом в замке начали появляться гости. И ты с ними совершенно открыто флиртовала, притом, если я чего-то сам не заметил, сама же потом и рассказывала. Знаешь ли, это… бесило. Неимоверно.

– Ты ревновал.

– Да, – совершенно спокойно признал дракон. – И да, я не знаю, что будет дальше. Я не загадываю. Я просто понимаю, что мне нравится видеть, чувствовать тебя рядом. И ради этого я готов со многим мириться. Подумай… моя дорогая.

И меня отпустили, позволив сбежать в замок.

Рука, удерживающая талию, ослабла, и я вполне могла уйти. Могла, но не сделала и шагу от него.

Я встала на цыпочки и, решительно глядя в серые глаза, прижалась губами к его рту.

И меня ни капли не заботил ни ледяной ветер, ни то, что начиналась метель, ни даже громкий голос одного из слуг о том, что мы весь замок так выстудим.

Сейчас были важны лишь горячие, страстные и жадные губы моего дракона. Сильные руки, которые сжимали так, что было почти больно. Но так сладко…

И да, этот момент был очень важным.

Я в первый раз назвала его своим и не испугалась этого.

Мысленно, да. Но все с чего-то начинается.

Ритуальный зал в замке Оллисэйна Златогривого

Ритуальные залы – традиционно закрытые помещения. В них не пускают абы кого, их не открывают шутки или забавы ради. Ритуалы священны для драконов, чтящих Великую Ночь, что каждые сутки заслоняет наш мир от огня Великого Дракона Дня.

И это не просто обычай, мы и правда… чувствуем взгляд матери нашей изначальной.

Я никогда не была в ритуальном зале этого замка, но сейчас была слишком взволнована, чтобы по достоинству оценить его красоту. Он располагался на вершине одной из башен, а вернее венчал собой ее. Подобный распускающемуся цветку, который неторопливо расправлял лепестки навстречу светилу. Сложенный из зеркального хрусталя, играющего в лучах рассветного солнца, поднимающегося из-за гор, зажигающего лед всеми оттенками пламени. Изумрудами полыхали вершины, сапфирами искрились пропасти, а темные леса казались агатовыми росчерками на белом совершенстве снега.

Я дрожала. Легкое платье не было препятствием для ледяного ветра и обжигающе холодных снежинок, которые он швырял мне в лицо или под босые ноги.

Ильф стоял рядом. На нем были легкие полотняные штаны и рубашка, но, в отличие от меня, воина не трясло крупной дрожью. Дракон повернулся ко мне и, заметив мурашки на обнаженной коже, шагнул вперед, заключая в объятия и делясь жаром своего тела. Как ни странно, но мне и правда стало теплее.

– Ну и где они? – стуча зубами, спросила я, так как никого кроме нас с Ильфрисэйном на этой площадке не наблюдалось.

Мужчина лишь пожал плечами и ласково провел ладонью по моим припорошенным снегом волосам.

– Все будет хорошо, Ноэль.

– Кто же спорит, – не стала возражать я и чихнула. – Хорошо-то хорошо, вот только холодно.

Как раз в этот момент я почувствовала, как дрогнули нити мироздания, расступаясь и выпуская из портала троицу.

Глянув на них, я ощутила, как настроение рухнуло ниже некуда. Потому что Олли и сопровождающие его уже знакомые фейри были одеты по-нормальному!!!

То есть в шерстяные плащи, меховые шапки и нормальные зимние сапоги.

– Мерзнем? – радостно уточнил Лаллин, сдвигая на затылок соболиную шапку и окидывая нас ни капли не сочувствующим взглядом. – Ну молодцы, молодцы…

– Все готовы? – мрачно спросил Олли, который, как и всегда, был одет в бело-серебристых тонах.

– Только вас ждем, – со всей возможной вежливостью ответил Ильф.

– Отлично, – отрывисто кивнул Златогривый и неторопливо двинулся в центр зала. Под его ногами по хрусталю расплывались морозные узоры голубоватого оттенка, которые синели по мере приближения хозяина замка к центру. Там, на камнях, начинала проступать сверкающая пятиконечная звезда. Когда Оллисейн остановился в шаге от ее края, то фигура засверкала нестерпимо ярко и начала медленно подниматься из пола, образуя… алтарь.

Наставник был серьезен и бледен, как никогда. Словно не дежурный ритуал решился провести, а нечто из ряда вон выходящее.

За его правым плечом стоял темный фейри. Раньше я не задумывалась, к какому двору принадлежит этот Князь, но в этот миг все стало кристально ясно. Зимний двор, или как еще говорят – Неблагой. Злой фейри.

Но со своим кодексом чести и жизненной политикой.

В этот момент с Олли они казались противоположностями. Беловолосый дракон в светлых мехах, лишь золотая прядь в слабо завязанном хвосте разбавляла облик столь непривычного для моего глаза ледяного принца.

А за ним… за ним худой, черный… хищный. Лаллин не выглядел воином, не казался физически сильным мужчиной, но опасностью от него веяло за версту. Она забиралась в подкорку мозга, будила инстинкт самосохранения, который просто вопил о том, что от этого древнего дивного лучше держаться подальше. Он был стар. Бесконечно стар.

И мне было страшно подумать о том, что он мог сделать для того, чтобы сохранить в себе интерес к жизни. Нельзя забывать и о том, что Лаллин – ученый. Их средства от скуки всегда были… специфическими.

Оллисейн положил ладони на звездный алтарь и закрыл глаза. Его руки начали медленно проваливаться сквозь сияющий хрусталь, и я поневоле затаила дыхание.

Сейчас мы были свидетелями очень личного процесса. Единения замка и его крылатого властелина. Для того чтобы провести ритуал, нужен был кинжал, что хранится в сердце алтаря. Который в свою очередь был сердцем замка…

Когда ладони Златогривого вновь оказались на поверхности алтаря, то на них лежал небольшой клинок. Обычный. Самых простых форм, без изысков и излишеств, не было ни резьбы, ни узоров, ни камней на рукояти.

Но… кинжал казался совершенным. Серо-стальной, он был великолепен.

Князь фейри, который последние минуты напоминал антрацитовую статую с горящими от предвкушения черными глазами, пошевелился и медленно и плавно пошел к нам.

Как он оказался за моей спиной, я так и не поняла.

Казалось бы, только что был впереди, а спустя секунду на плечо ложится узкая, сухая ладонь, и тихий шепот фейри слышен даже сквозь завывание ветра.

– Что же вы стоите? Поверьте, Златогривому нелегко удерживать в руках воплощение силы этого замка. Ваш Оллисэйн не чистокровный дракон, и потому такие игры даются ему сложнее, чем другим крылатым.

Рука Ильфа сильнее сжала мою ладонь, и воин пошел к алтарю, увлекая меня за собой.