Вооружен и очень удачлив - Людмила Горбенко

Низкорослый стражник брезгливо приподнял пальцами рукав одежды Адама и тут же отпустил. Ковыляка замер, старательно расслабляя мышцы.

— Вот черт, не дышит! Натуральный жмурик, причем свежий — еще не окоченел. Откуда он тут взялся?

— Рядом трактир Ози, — подсказал второй страж, наклоняясь над ковылякой и дыша ему в лицо кисловатым перегаром. — Я слышал, недавно там драка была.

— Ты с ума сошел? Ози в авторитете, он такими вещами не занимается.

— Докладываем?

Повисло молчание. Адам терпеливо ждал решения своей участи.

Пребывание под землей в течение долгих часов оказало на зомби странное воздействие — он словно вернулся на давно забытую родину, обретя новые силы и качества, ранее ему несвойственные. Доведись сейчас Киорусу наблюдать своего слугу в работе, некромант наверняка бы отметил удивительную уверенность, с какой ковыляка двигался по дороге, его осторожность и находчивость. Кроме того, Адам уже несколько раз ловил себя на том, что гномы значительно понятнее ему, чем люди, и их реакция в большинстве случаев предсказуема.

Вот сейчас, например, ковыляка точно знал, что стражники не станут докладывать о нем начальству. Они просто сделают вид, что не видели окоченевшее тело, ради собственного спокойствия убрав его с основной дороги. Лишь бы не тянули слишком долго, а то враги успеют далеко уйти.

«Скорее!» — мысленно попросил Адам, старательно прижимая под мышкой кошель, припрятанный во внутреннем кармане.

— Мертв на сто процентов, уже не помочь. Но если мы оттащим жмурика на пост, то начнутся расспросы, — словно услышав четкую команду, сказал первый стражник. — Он вообще кто?

— Да никто, — откликнулся второй гном. — Одежда бедная.

«Я слуга! Какая у меня, по-вашему, должна быть одежда?»

— Лежи он чуток правее, ни в жизнь не заметить, — уже уверенней продолжил первый стражник.

«Умница! Вот и положите меня чуть правее».

— Смена скоро? — деловито засучивая рукава, уточнил второй.

— Успеем.

Когда стражники отошли на безопасное расстояние, заботливо передвинутый Адам отлип от стены тоннеля и встал на ноги.

Ловко прилепленный им на затылок одного из врагов клещ-шпион не работал. Те жалкие обрывки разговора, что ковыляка успел услышать, годились лишь на то, чтобы догадаться: враги его хозяина взяли лодку и намереваются куда-то плыть по Рену. Дальше пошло настоящее издевательство: смех, грубые выкрики. Если бы Адам не был уверен в том, что хозяин никогда не ошибается, он бы заподозрил самое страшное — не только он слышит врагов, но и они его. Однако усомниться в могуществе хозяина ковыляка не мог ни в каком случае, а потому просто вышел на дорогу и повторил уже ставший привычным ритуал поиска: шаг вправо — шаг влево — шаг вперед — шаг назад.

Убедившись, что повязка-проводник настаивает на «вперед и немного вправо», Адам молча потрусил по каменному настилу. Остановился он только на берегу реки и почти сразу же натолкнулся на неприветливого сторожа.

— Что надо? — буркнул гном, ежась и отряхивая капли с мокрого плаща.

— Мугу? — просительно сказал Адам, отступая в тень, чтобы сторож не смог разглядеть землистую кожу его лица и прочие подозрительные подробности.

— Немой, что ли?

«Не преувеличивай, просто мертвый».

— Мугу! — обрадовано закивал Адам, взмахивая руками и пытаясь обрисовать в воздухе продолговатый контур. — Мугу! Мугу! — Из-за пазухи выглянул уголок кошеля.

— Лодку? — догадался сторож.

«Ну соображай же скорее! Я заплачу!»

— Сколько? — не отводя глаз от кошеля, спросил гном.

Ковыляка на миг задумался, прикидывая сумму, и наконец уверенно показал два пальца.

— Дьявол! — с явным сожалением сказал сторож. — А я ее уже отдал! За монету отдал!

«Ну и дурак!»

— Э! Куда ты? Там вода, осторожнее!

«А то я бы сам не сообразил, что в реке бывает вода!»

Адам колебался не дольше секунды — именно столько ему понадобилось, чтобы взвесить «за» и «против». С одной стороны, хозяин велел беречь шарики с ядом от намокания, чтобы они не утратили рабочие свойства. С другой стороны, после явной неудачи с «клещом-шпионом» разочарованный ковыляка больше верил собственному внутреннему чутью, чем ненадежным приспособлениям.

Прибрежные камни были мокры и источали слабый запах плесени. Люк разверзся, впустив в подземную темень немного живого света. Бревно рухнуло с потолка свода и плюхнулось в воду точно напротив Адама, окатив его веером сверкающих брызг.